Чтение онлайн

Да как же ему только в голову могла прийти мысль вернуться на Прайвет-Драйв в Рождество! Радость Сириуса от того, что дом вновь полон, да к тому же и Гарри вернулся, — оказалась заразительной. Сириус уже не был тем неприветливым хозяином, каким предстал летом, сейчас он был поглощен тем, чтобы все гости получили максимум удовольствия и не сожалели об отъезде из Хогвартса, и вместе со всеми неутомимо занимался подготовкой к Рождеству, убирая и украшая дом так, что к ночи сочельника тот преобразился до неузнаваемости. На потускневших канделябрах теперь висела не паутина, а гирлянды из падуба и золотых и серебряных лент, на истертых коврах блестели сугробы волшебного снега, а генеалогическое древо семьи Сириуса скрыла из виду принесенная Мундугусом большая рождественская елка, украшенная живыми фейри, и даже чучела эльфовых голов на стене холла нарядили в шапки и бороды Деда Мороза.

Рождественским утром Гарри проснулся и обнаружил, что на кровати в ногах лежит груда подарков, а Рон уже распотрошил половину своей, еще более внушительной.

— В этом году богатая добыча, — сквозь бумажный ворох донесся до Гарри его голос. — Спасибо тебе за компас на метлу, он такой шикарный, куда там Гермионе, она мне подарила «Дневник добрых дел»…

Гарри порылся в подарках и обнаружил тот, который был подписан от имени Гермионы. Ему Гермиона тоже подарила книгу, похожую на ежедневник, с той только разницей, что всякий раз, когда Гарри перелистывал страницу, книга сообщала что-нибудь вроде: «Не откладывай на завтра то, что вчера отложил на сегодня».

От Сириуса и Люпина Гарри получил в подарок серию потрясающих книг под названием «Практическая оборонительная магия и ее использование против Темных искусств», снабженных прекрасными движущимися иллюстрациями для всех описанных там противопорч и антисглазов. Гарри жадно пролистал первый том и убедился, что на занятиях «ДА» эти книги будут просто незаменимы. Хагрид прислал клыкастый бумажник из бурого меха — клыки по всей вероятности предназначались для защиты содержимого от воров, но к несчастью Гарри не смог положить внутрь ни монеты без риска лишиться пальцев. Тонкс подарила маленькую действующую модель «Файрболта», которую Гарри запустил летать по комнате, тоскуя о своей полноразмерной версии; Рон подарил огромную коробку Бобов с разными вкусами, мистер и миссис Уизли — традиционный свитер ручной вязки и несколько пирогов с мясной начинкой, а Добби — совершенно отвратный рисунок, который, как Гарри предположил, эльф нарисовал собственноручно. Гарри как раз перевернул рисунок вверх ногами, чтобы посмотреть, не будет ли лучше так, и тут с громким треском в изножье кровати аппарировали Фред с Джорджем.

— С Рождеством! — поздравил Джордж. — Вниз пока не спускайтесь.

— А почему? — удивился Рон.

— Мама опять плачет, — уныло пояснил Фред, — Перси прислал назад свой рождественский свитер.

— И не написал ни строчки, — добавил Джордж. — Даже не спросил, как папа, и проведать не захотел.

— Мы попробовали ее успокоить, — буркнул Фред, пододвигаясь поближе, чтобы рассмотреть портрет Гарри, — сказали ей, что Перси просто здоровенный кусок крысиного дерьма.

— Не помогло, — признался Джордж и куснул шоколадную лягушку. — Теперь Люпин этим занимается. Так что пусть уж лучше он до завтрака поднимет ей настроение.

— А что это вообще-то должно означать? — Фред с подозрением взглянул на творение Добби. — Похоже на гиббона с фингалами.

— Это же Гарри! — воскликнул Джордж и ткнул пальцем в обратную сторону рисунка. — Так подписано на обороте!

— Изумительное сходство, — фыркнул Фред.

Гарри швырнул в него своим новеньким дневником, тот попал в стену, упал на пол и жизнерадостно провозгласил: «Расставил точки над «ё», гуляй смело!»3

Ребята встали и оделись. Слышно было, как обитатели дома поздравляют друг друга с Рождеством. По дороге на завтрак им попалась Гермиона.

— Гарри, спасибо за книгу! — оживленно воскликнула она. — Мне так давно нужна была эта «Современная теория нумерологии»! [201] Рон, духи — просто класс!

— Не за что, — буркнул Рон. — А это еще кому? — добавил он, кивая на аккуратно завернутый подарок в руках у Гермионы.

— Кричеру, — радостно пояснила Гермиона.

— Только не одежду! — всполошился Рон. — Помнишь, что Сириус говорил: Кричер слишком много знает, его нельзя освобождать!

— Это не одежда, — заверила Гермиона, — хотя, будь моя воля, я бы, конечно, подарила ему что-нибудь из одежды вместо той грязной старой тряпки. Нет, здесь лоскутное стеганое одеяло, я подумала, оно украсит его спальню…

— Какую спальню? — поразился Гарри, но шепотом, потому что они как раз проходили мимо портрета матери Сириуса.

— Ну, Сириус называет это не совсем спальней, скорее — берлогой, — призналась Гермиона, — кажется, он спит под паровым котлом в кухонном чулане.

Спустившись в подвал, ребята застали там только миссис Уизли, стоявшую у печи. Она пожелала им счастливого Рождества таким голосом, словно подхватила жестокий насморк, и все отвели глаза.

— Ну, здесь, что ли, спальня Кричера? — Рон направился к обшарпанной двери в углу напротив кладовки.

Гарри никогда не видел эту дверь открытой.

— Да, — кивнула Гермиона и нервно добавила: — Э-э… по-моему нужно постучать.

Рон постучал в дверь костяшками пальцев, но никакого ответа не последовало.

— Небось, наверху шляется, — заключил Рон и без лишних проволочек дернул дверь на себя. — Ффу!

Гарри заглянул внутрь. Большую часть чулана занимал громадный старинный котел, а у его подножья, в закутке под трубами, Кричер и соорудил себе нечто вроде гнезда. На полу валялась куча разных тряпок и старых вонючих одеял, вмятина в центре которой указывала на место, где еженощно сворачивается спать Кричер. То здесь, то там в числе прочего барахла попадались черствые хлебные корки и заплесневелые скрюченные ломтики сыра. В дальнем углу блестели маленькие вещицы и монеты, которые, как предположил Гарри, Кричер, словно сорока, спас от произведенной Сириусом зачистки дома. Кричеру даже удалось прибрать к рукам оправленные в серебро семейные фотографии, которые Сириус летом отправил в помойку. Несмотря на разбитые стекла, с них надменно смотрели на Гарри черно-белые человечки, в том числе и… тут у него перехватило дыхание — взглянула и темноволосая женщина с тяжелыми веками, суд над которой он видел в думосбросе Дамблдора: Беллатрикс Лестранж. Судя по всему, ее фотография была у Кричера любимой — ее он поставил впереди всех и неумело починил стекло чаролентой.

— Пожалуй, я просто оставлю ему подарок здесь, — решила Гермиона, аккуратно положила сверток в центр примятых тряпок и одеял и тихо прикрыла дверь. — Потом найдет, это будет очень кстати.

— Вот что мне пришло в голову, — в тот момент, когда ребята закрывали дверь чулана, из кладовки появился Сириус с большой индейкой в руках, — давно ли кто-нибудь из вас видел Кричера?

— С той ночи, что мы сюда вернулись, я не видел, — ответил Гарри, — ты тогда выгнал его из кухни.

— Да-да… — нахмурился Сириус. — Похоже, и я с тех пор его не видел… видимо, где-то наверху засел…

— Он же уйти не мог, да? — уточнил Гарри. — В смысле, когда ты сказал ему «вон», может он решил, что ты предлагаешь совсем убраться из дома?

— Нет, нет, домовые эльфы не могут уйти, пока им не подарят одежду. Они привязаны к родовому дому, — ответил Сириус.

— Но ведь могут выйти из него, если захотят, — возразил Гарри. — Добби же уходил, два года назад он вышел из дома Малфоев, чтобы меня предупредить. Потом ему пришлось себя наказать, но все-таки выходить — оказалось в его власти.

Сириус замешкался на мгновение, но затем решил:

— Ладно, поищу его попозже, скорее всего, найду где-нибудь наверху в рыданиях над ветхими матушкиными панталонами. Конечно, он мог залезть в сушилку и там скончаться… но нет, не льщу себя такой надеждой.

Фред, Джордж и Рон расхохотались, а Гермиона метнула укоризненный взгляд.

Сразу после рождественского обеда все Уизли, Гарри и Гермиона под конвоем Шизоглаза и Люпина намеревались вновь проведать мистера Уизли. К рождественскому пудингу и бисквиту подоспел Мундугус, умудрившись по такому поводу «позаимствовать» автомобиль — под тем предлогом, что в Рождество подземка не работает. Автомобиль, который, по мнению Гарри, скорее всего был взят без согласия владельца, увеличили таким же заклинанием, которое когда-то применяли для Уизлийского старенького форда «Англия». Несмотря на то, что внешне он остался прежних размеров, теперь в нем вполне комфортно разместились десять человек, не считая Мундугуса за рулем. Миссис Уизли замешкалась перед тем, как сесть — Гарри догадался, что осуждение Мундугуса боролось в ней с неприязнью к поездкам без магии — но, наконец, стылая погода и уговоры детей возобладали, и она благосклонно уселась на заднем сиденье между Фредом и Биллом.