Гарри Поттер и Орден Феникса (перевод Марго)
Шрифт:
— Это моё дело, — Гарри терял самообладание; он взял с тумбочки свою палочку. — Если не хочешь жить со мной в одной спальне, иди к МакГонагалл и попроси перевести тебя…а то вдруг твоя мама станет волноваться…
— Не трогай мою мать, Поттер!
— В чем дело?
На пороге спальни стоял Рон. Он во все глаза смотрел на Гарри, поднявшегося на кровати, направив палочку на Симуса, который сжал кулаки.
— Он оскорбляет мою мать!
— Что? — недоумевал Рон. — Гарри не стал бы — мы же виделись с ней, она нам нравится…
— Да, я не имел ничего против, пока она не стала верить той чепухе, которую про меня пишет «Пророк»! — кричал Гарри изо всех сил.
— А, — веснушчатое лицо Рона помрачнело. — Тогда…ясно.
— Знаешь, что? — заорал Симус, бросив на Гарри ненавистный взгляд. — Он прав — я не хочу жить с ним в одной комнате, потому что он псих!
— Ты не в себе, Симус, — сказал Рон, уши которого покраснели — признак опасности.
— Кто не в себе, я?! — кричал Симус, в отличие от Рона сильно побледневший. — Ты веришь всей этой чепухе, которую он рассказывает о встрече с Сам-Знаешь-Кем?
— Да, верю! — разозлился Рон.
— Значит, ты такой же псих, — бросил Симус.
— Да? Что ж, к твоему несчастью, дружище, я староста! — Рон пальцем показал на свой значок. — Поэтому следи за языком, если не хочешь схлопотать наказание!
Некоторое время Симус так смотрел на него, словно готов был высказать всё, что думал, и наказание ему не помеха. Потом он с недовольным шипением развернулся на пятках, прыгнул в кровать и так яростно задернул полог, что тот оторвался и упал возле кровати грязной кучей. Рон посмотрел на Симуса, потом на Дина с Невиллом.
— У чьих ещё родителей проблемы с Гарри? — спросил он агрессивно.
— Мои родители — маглы, Рон, — Дин пожал плечами. — Они не знают о смертях в Хогвартсе, потому что я не такой дурак, чтобы им говорить.
— Ты не знаешь мою мать, она верит любым слухам! — вспылил Симус. — И вообще, твои родители не получают «Пророк»! Они не знают, что наш директор исключен из комиссии Магического Суда и Международной Магической Ассоциации из-за того, что теряет хватку —
— Моя бабушка говорит, что это чушь, — подал голос Невилл. — Она говорит, что это «Пророк» катится вниз, а не Дамблдор. Она даже отменила подписку. Мы верим Гарри, — ответил Невилл искренне. Он забрался в кровать и натянул одеяло до лица, смотря на Симуса большими, как у совы, глазами. — Бабушка всегда говорит, что когда-нибудь Сами-Знаете-Кто вернется. Говорит, раз Дамблдор сказал, что Он вернется, значит, Он вернется.
Гарри почувствовал чувство огромной благодарности по отношению к Невиллу. Больше никто ничего не говорил. Симус вытащил свою палочку, починил полог над кроватью и лег в кровать, затихнув. Невилл, который больше ничего не смог сказать, стал смотреть на освещенный луной кактус.
Гарри ничком лежал на подушке, пока Рон пробрался к соседней кровати и разделся. Он был в шоке от ссоры с Симусом, с которым всегда ладил. Когда уже люди поверят в то, что он не врун и не сумасшедший?
Думал ли также Дамблдор этим летом, когда его исключили из комиссии Магического Суда, а потом из состава Международной Магической Ассоциации? Может, он был зол на Гарри и поэтому не виделся с ним всё лето? В таком случае, Гарри тоже злился на Дамблдора; ведь тот верил ему, рассказал о Вольдеморте с его слов всей школе, а потом и Магической Ассоциации. Любой, кто считал Гарри лжецом, думал так же и о Дамблдоре, а если нет, то думал, что Дамблдор одурачен…
В конце концов, они поймут, что мы были правы, решил Гарри со злостью, когда Рон забрался в постель и потушил последнюю свечу в спальне. Гарри подумал, что до того времени, как все поймут, ему предстоит еще много таких ссор, как сегодня с Симусом.
Глава 12
Профессор Амбридж
На следующее утро Симус оделся и ушел из спальни, едва Гарри натянул носки.
— Он, наверное, боится заразиться от меня психозом, если будет жить со мной в одной комнате, — громко сказал Гарри, когда Симус исчез из виду.
— Брось, Гарри, — буркнул Дин, закидывая на плечо портфель. — Он просто…
Но внезапно он замолк и после слегка напряженной минуты молчания вышел из спальни.
Рон с Невиллом посмотрели на Дина взглядом типа «это не твоё дело», но Гарри от этого легче не стало. Он думал о том, сколько таких разговоров у него впереди.
— В чем дело? — спросила Гермиона пять минут спустя, столкнувшись с Гарри и Роном в гостиной. Все трое направлялись на завтрак. — У тебя вид, словно — О нет, только не это!
Она посмотрела на доску объявлений, висевшую в гостиной. Там красовалась свежая крупная надпись:
«МИЛЛИОНЫ ГАЛЛЕОНОВ». Не хватает карманных денег на расходы? Хотите заработать немножко золота? Фред и Джордж Уизли приглашают Вас на легкую, не отнимающую времени, безвредную работу. (Предупреждаем, что согласившийся будет работать на свой страх и риск).
С предложениями к работодателю обращаться в общую гостиную Гриффиндора.
— Это незаконно, — мрачно сказала Гермиона, снимая их объявление. Под ним оказался плакат с датой первого похода в Хогсмид, который намечался на октябрь. — Надо с ними поговорить, Рон.
— Зачем? — испугался Рон.
— Затем, что мы — старосты! — ответила Гермиона, когда они вышли из гостиной через портретную дыру. — Мы не должны поощрять такие вещи!
Рон не ответил; по его мрачному выражению лица Гарри догадался, что ему вовсе не хотелось останавливать Фреда с Джорджем.
— И все-таки, что случилось, Гарри? — продолжала Гермиона. Они спускались по лестнице, и стена рядом была увешана портретами старых ведьм и колдунов, не обращающими на них внимания и разговаривающими между собой. — Ты, кажется, чем-то разозлён.
— Симус говорит, что Гарри всё наврал про Сама-Знаешь-Кого, — объяснил Рон, когда Гарри не ответил.
Гарри ожидал, что Гермиона разразится яростной речью, но та лишь вздохнула.
— Лаванда тоже так думает, — сказала Гермиона угрюмо.