Гарри Поттер и Орден Феникса (перевод Марго)
Шрифт:
— Взыскание, мистер Поттер! — ликующим голосом крикнула Амбридж. — Завтра вечером. В пять часов. В моём кабинете. Итак, как я говорила, это всё ложь. Министерство Магии гарантирует, что вы вне опасности и не должны бояться нападения темных сил. Если у вас еще остались сомнения, подходите ко мне после урока. А если кто-то запугивает вас небылицами о возрождении темных лордов, доложите мне об этом. Я ваш друг и нахожусь здесь для того, чтобы помочь вам. А теперь мне бы хотелось, чтобы вы продолжали чтение. Страница пять, «Введение для начинающих».
Профессор Амбридж села за учительский стол. Гарри, несмотря на это, поднялся с места. Все глазели на него; Симус выглядел наполовину испуганным, наполовину восхищённым его поступком.
— Гарри, не надо! — умоляюще прошептала Гермиона, вцепившись в его рукав, но Гарри высвободил руку.
— Значит, по-вашему, Седрик Диггори сам себя убил? — спросил Гарри дрожащим голосом.
Все в классе судорожно вздохнули; кроме Рона и Гермионы, Гарри ещё никому не рассказывал о кладбище с Вольдемортом и смерти Седрика. Они выжидательно уставились на Гарри, потом на Амбридж, глаза которой расширились, а фальшивая улыбка исчезла.
— Смерть Седрика Диггори была трагической случайностью, — отрезала она.
— Это было убийство, — сказал Гарри. Он чувствовал, что его трясёт. Ему трудно было говорить это кому бы то ни было, а тем более тридцати жадно слушающим одноклассникам. — Его убил Вольдеморт, и вам это известно.
Профессор Амбридж не изменилась в лице. На секунду Гарри показалось, что сейчас она накричит на него. Затем она произнесла самым сладким и звончайшим из своих голосков: — Мистер Поттер, дорогуша, идите-ка сюда.
Гарри отшвырнул стул в сторону, и быстро прошел мимо Рона и Гермионы к учительскому столу. Он чувствовал, как задержали дыхание все в классе. Он был настолько зол, что ему плевать было на последствия.
Профессор Амбридж вытащила из сумки маленький розовый свиток пергамента, распрямила его на столе, обмакнула перо в чернильницу и начала писать, так нависнув над свитком, что Гарри не мог видеть написанного. Все молчали. Через минуты или около того Амбридж свернула пергамент и дотронулась до него палочкой; оно свернулось так, что не осталось даже швов. Теперь Гарри не мог его прочесть.
— Отнеси это профессору МакГонагалл, дорогой, — Амбридж протянула ему записку.
Гарри взял свиток, не сказав ни слова, повернулся на каблуках и вышел из кабинета, не посмотрев ни на Рона, ни на Гермиону, и громко хлопнув дверью. Он очень быстро шел по коридору со сжатой в кулаке запиской для МакГонагалл, и за углом столкнулся с призраком Пивзом, маленьким человечком с улыбкой во весь рот, парящим на спине и жонглирующим набором чернильниц.
— А, Потрох, великий и ужасный! — закудахтал Пивз, уронив вниз пару чернильниц, которые разбились вдребезги и заляпали чернилами все стены; Гарри отскочил в сторону, как белка.
— Отвали, Пивз.
— Ой-ой-ой, Потрох совсем разбушевался, — хихикнул Пивз и потащился следом за Гарри по коридору, летя прямо у него над головой. — Что на этот раз, дружище Потрошок? Голоса? Видения? Говоришь чьим-нибудь — Пивз выдул гигантскую клубничину — языком?
— Я сказал — ПОШЕЛ ВОН!!! — заорал Гарри, сбежав вниз по ближайшей лестнице. Пивз всего лишь съехал следом по перилам, лежа на спине.
Все говорят, что Потрох — идиот, И говорят, что слабо у него с умом, Но Пивзик знает, что по Гарри Давно уж плачет сумасшедший дом.— ЗАТКНИСЬ!
Дверь слева открылась и оттуда с мрачным видом выглянула взбешённая МакГонагалл.
— О чем это вы тут орёте, Поттер? — рявкнула она, когда Пивз радостно крякнул и смылся подальше. — Почему вы не на уроке?
— Меня послали к вам, — растерянно объяснил Гарри.
— Послали? В смысле — послали?
Он протянул ей записку от Амбридж. Профессор МакГонагалл, нахмурившись, взяла записку, раскрыла ее палочкой, развернула и начала читать. Её глаза за квадратными стеклами очков бегали туда-сюда, пока она читала записку Амбридж, и с каждой строкой становились все больше.
— Входите, Поттер.
Гарри вошел вслед за ней в кабинет. Дверь за ним сама по себе захлопнулась.
— Ну? — профессор МакГонагалл изучала его взглядом. — Это правда?
— Что — правда? — спросил Гарри более агрессивно, чем хотел бы. — Профессор? — добавил он, чтобы вопрос звучал повежливее.
— Это правда, что ты накричал на профессора Амбридж?
— Да, — признался Гарри.
— И ты назвал ее лгуньей?
— Да.
— Ты сказал ей, что Сам-Знаешь-Кто вернулся?
— Да.
Профессор МакГонагалл села за стол, внимательно смотря на Гарри. Потом она сказала: — Возьмите печенье, Поттер.
— Взять что?!
— Печенье, — повторила она настойчиво, указав на жестяной поднос на стопке бумаг у стола. — И сядьте.
В прошлый раз, когда Гарри ожидал взбучки от МакГонагалл, его взяли в гриффиндорскую команду по квиддичу. Он упал в стул напротив неё и начал жевать имбирную ящерку, чувствуя себя неловко, как и на прошлом наказании.
Профессор МакГонагалл отложила записку Амбридж в сторону и серьезно посмотрела на Гарри.
— Поттер, вам следует быть осторожным.
Гарри с набитым ящеркой ртом сглотнул и уставился на неё. Тон её голоса был довольно неожиданным; он был не строгим и жестким, а странно тихим и обеспокоенным.
— Выходки на уроках Амбридж обойдутся вам не только во взыскание и очки, снятые с факультета.
— Что вы хотели ска —
— Поттер, рассуждайте здраво, — отрезала МакГонагалл, перестраиваясь на свой обычный строгий лад. — Вы знаете, откуда пришла Амбридж, и знаете, на кого она работает.
Прозвучал звонок с урока. Кругом раздался титанический шум сотен движущихся учеников.
— Теперь вам придется отрабатывать наказание у Амбридж всю неделю, начиная с завтрашнего вечера. — МакГонагалл снова посмотрела на записку Амбридж.
— Всю неделю! — воскликнул поражённый Гарри. — Но, профессор, не могли бы вы –