Чтение онлайн

— Посмотри на Снейпа! — прошептал Рон на ухо Гарри.

Профессор Снейп, учитель Зельеварения, бросал через стол взгляды на профессора Люпина. Все знали, что Снейп хотел бы занять место учителя Защиты от Тёмных Искусств, но даже Гарри, ненавидевший Снейпа, был потрясен выражением, искривившим его узкое, желтое лицо. Это была даже не ярость, это была ненависть. Гарри знал это выражение слишком хорошо: он видел его каждый раз, когда Снейп смотрел на него.

— И наш второй новичок, — продолжил Дамблдор, когда прохладные аплодисменты профессору Люпину затихли. — Я с сожалением должен сказать, что профессор Кеттлбёрн, наш преподаватель по Уходу за Волшебными Существами, вышел на пенсию в конце прошлого лета, чтобы успеть насладиться жизнью, пока не потерял все свои конечности. Тем не менее, я счастлив сообщить вам, что его место займёт не кто иной, как Рубеус Хагрид, который согласился на эту работу в дополнение к обязанностям егеря.

Потрясённые Гарри, Рон и Гермиона переглянулись и присоединились к аплодисментам, особенно громким за столом Гриффиндора. Гарри бросил взгляд на Хагрида. Тот покраснел и смотрел на свои огромные руки, пряча широкую улыбку в запутанной черной бороде.

— Мы должны были догадаться! — кричал Рон, стуча по столу. — Кто бы ещё порекомендовал кусающийся учебник?

Гарри, Рон и Гермиона закончили аплодировать последними, и, когда профессор Дамблдор снова начал говорить, увидели, что Хагрид вытирал глаза скатертью.

— Ну что ж, я думаю, всё важное я сказал, — произнёс Дамблдор. — Приступим к пиру!

Золотые тарелки и кубки перед ними внезапно наполнились едой и напитками. Гарри, вдруг ощутивший страшный голод, наложил в свою тарелку всё, до чего смог дотянуться, и приступил к еде.

Это был замечательный ужин; по залу разносилось эхо разговоров, смеха, звон ножей и вилок. Гарри, Рон и Гермиона, однако, торопились закончить как можно скорее, чтобы поговорить с Хагридом. Они знали, как много значило для него стать учителем. У Хагрида не было квалификации волшебника; его отчислили из Хогвартса на третьем году за преступление, которого он не совершал. Именно Гарри, Рон и Гермиона сняли с него обвинение в прошлом году.

Наконец, когда последние крошки тыквенных тарталеток исчезли с золотых блюд, Дамблдор сказал, что настало время всем отправиться спать.

— Поздравляем, Хагрид! — закричала Гермиона, как только они добежали до преподавательского стола.

— А всё благодаря вам троим, — сказал Хагрид, вытирая вспотевшее лицо салфеткой и глядя на них. — До сих пор не могу поверить. Замечательный человек, Дамблдор… пришел прямо ко мне в хижину сразу, как только профессор Кеттлбёрн сказал, что больше не может… Я ведь всю жизнь об этом мечтал…

Переполненный чувствами, он закрыл лицо салфеткой, и профессор МакГонагалл шикнула на них, чтобы они уходили.

Гарри, Рон и Гермиона присоединились к усталым ученикам Гриффиндора, идущим по мраморной лестнице, по веренице коридоров, вверх и снова по лестнице, к потайному входу в Гриффиндорскую башню — большому портрету толстой женщины в розовом платье. «Пароль?» — спросила Толстая Дама.

— Проходим, проходим! — крикнул Перси из толпы. — Новый пароль «Фортуна Мэйджор»!

— О, боже мой… — грустно пробормотал Невилл Лонгботтом. Ему всегда было очень трудно запоминать новые пароли.

Пройдя через отверстие за портретом, мальчики и девочки стали подниматься по разным лестницам. Гарри шёл вверх по ступенькам, думая только о том, как он счастлив, что вернулся. Они вошли в знакомую круглую спальню с пятью кроватями под пологами, и, оглядевшись, Гарри наконец-то почувствовал себя дома.

На следующее утро, войдя в Большой Зал, первым делом Гарри Рон и Гермиона увидели Драко Малфоя, который явно рассказывал какую-то забавную историю большой толпе слизеринцев. Когда они проходили мимо, Малфой издевательски сделал вид, что сейчас рухнет в обморок, за чем последовал взрыв хохота.

— Не обращай внимания, — сказала Гермиона, следовавшая за Гарри. — Просто не обращай внимания, оно того не стоит…

— Эй, Поттер! — завопила Панси Паркинсон, девочка из Слизерина с лицом как у мопса. — Поттер! Сейчас появятся Дементоры, Поттер! Ууууу!

Гарри рухнул на стул за гриффиндорским столом возле Джорджа Уизли.

— Новое расписание третьеклассников, — сказал Джордж, передавая им расписания. — Что с тобой, Гарри?

— Малфой, — сказал Рон, усаживаясь с другой стороны от Джорджа и глядя на стол Слизерина.

Джордж поднял глаза как раз в тот момент, когда Малфой опять изобразил падение в обморок.

— Маленький паршивец, — спокойно сказал он. — Вчера он не был таким храбрым в поезде, когда появились Дементоры. Удрал в наше купе, да, Фред?

— Чуть не обмочился, — сказал Фред, презрительно глядя на Малфоя.

— Я сам не сильно обрадовался, — сказал Джордж. — Эти Дементоры просто ужасны…

— Из-за них внутри всё будто леденеет, — сказал Фред.

— Но вы же не упали в обморок, — тихо сказал Гарри.

— Забудь, Гарри, — ободряюще сказал Джордж. — Папе однажды пришлось наведаться в Азкабан, помнишь, Фред? И он сказал, что это худшее место на свете. Вернулся весь как в лихорадке… Они высасывают счастье, эти Дементоры. Большинство заключённых сходят с ума.

— Ну, мы ещё посмотрим, как Малфой будет себя вести после первого матча по Квиддитчу, — сказал Фред. — Гриффиндор против Слизерина — первая игра сезона, помните?

Единственный раз, когда Гарри и Малфой сошлись во время матча по Квиддитчу, Малфой явно сел в лужу. Чуть приободрившись, Гарри положил себе на тарелку сосисок и поджаренных помидоров.

Гермиона изучала новое расписание.

— Ух ты, здорово, у нас сегодня сразу несколько новых предметов, — радостно сообщила она.

— Гермиона, — нахмурился Рон, заглядывая ей через плечо, — у тебя в расписании всё напутали. Смотри… у тебя тут уроков десять каждый день. Для этого просто не хватит времени.

— Я справлюсь. Я обо всем договорилась с профессором МакГонагалл.

— Да смотри, — рассмеялся Рон, — видишь, что у тебя утром? В девять утра — Прорицание. А ниже, девять утра — Маггловедение. А ещё — Рон склонился над расписанием, не веря своим глазам, — смотри, прямо под этой записью — Арифмантика, девять утра. Гермиона, я, конечно, знаю, что ты способная, но не настолько же. Как ты собираешься быть на трёх уроках одновременно?

— Не болтай ерунды, — отрезала Гермиона. — Разумеется, я не буду на трех уроках одновременно.

— Тогда…

— Передай мармелад, — сказала Гермиона.

— Но…

— Господи, Рон, какое тебе дело, если моё расписание немного раздуто? — бросила Гермиона. — Я же сказала тебе, что обо всём договорилась с профессором МакГонагалл.

Как раз в этот момент в Большой Зал вошел Хагрид. Он был одет в свою длинную доху и рассеянно размахивал дохлым хорьком, зажатым в его огромной руке.

— Как делишки? — бодро сказал он, остановившись на пути к учительскому столу. — Сегодня у вас мой самый первый урок! Сразу после обеда! С пяти утра на ногах, готовил всё… Надеюсь, всё нормально… Я — и вдруг учитель… надо же…