Чтение онлайн

Пивз парил над ними с трубкой наготове; все трое инстинктивно подняли сумки над головой, дожидаясь, чтобы он улетел.

–  Давай начистоту, - сердито сказал Гарри, когда они поставили сумки на пол.
– Сириус нас поддержал, и поэтому ты думаешь, что нам надо отказаться?

Вид у Гермионы был довольно несчастный. Глядя на свои руки, она сказала:

–  А ты доверяешь его мнению, если честно?

–  Да, доверяю. Он всегда давал замечательные советы. Чернильная пулька пролетела мимо них и попала точно в ухо Кэти Белл. Кэти вскочила и стала бросаться в Пивза всем, что попадало под руку. Понаблюдав за ней, Гермиона заговорила, тщательно выбирая слона:

–  Вам не кажется, что он стал… ну… опрометчивым с тех пор, как его упрятали в дом на площади Гриммо? Вам не кажется, что он… как бы… живет через нас?

–  Что значит «живет через нас»?
– удивился Гарри.

–  В смысле… конечно, он будет в восторге, что под носом у Министерства устраиваются тайные общества по защите… По-моему, он в отчаянии от того, что сам ничего не может, сидя взаперти… и, по-моему, как бы сказать… подстрекает нас.

Рон был в полном недоумении.

–  Сириус прав, - сказал он, - ты в самом деле рассуждаешь, как моя мать.

Гермиона прикусила губу и не ответила. Прозвенел звонок, и в ту же секунду Пивз, спикировав, вылил весь пузырек с чернилами на голову Кэти Белл.

День клонился к вечеру, а погода не улучшалась, так что в семь часов, отправившись к спортивному полю, Рон и Гарри сразу вымокли до нитки и то и дело оскальзывались на мокрой траве. Небо было темно-серое, грозовое, и они вошли в теплую светлую раздевалку с чувством облегчения, хотя знали, что облегчение это ненадолго. Фред и Джордж обсуждали уже, не прибегнуть ли к Забастовочному завтраку, чтобы отмотаться от тренировки.

–  Да она сразу догадается, - вполголоса говорил Фред.
– Эх, зачем я предложил ей купить вчера Блевальные батончики?

–  Может, попробуем Лихорадный леденец?
– сказал Джордж.
– Его еще никто не видел.

–  А он действует?
– с надеждой спросил Рон, поскольку дождь забарабанил по крыше еще настойчивее, а ветер за окном завыл еще злее.

–  Вообще да, - сказал Фред, - температура подскакивает.

–  А еще выскакивают гнойные чирьи, - сказал Джордж, - и мы пока не придумали, как от них избавиться.

–  Никаких чирьев не вижу, - сказал Рон, глядя на близнецов.

–  И не увидишь, - мрачно ответил Фред.
– Они на том месте, которое народу обычно не показывают.

–  Но на метлу сесть - все равно что…

Из капитанской комнаты вышла Анджелина.

–  Слушай меня, команда. Я знаю, погода не идеальная, но не исключено, что нам придется играть со Слизерином в таких же условиях. Поэтому стоит проверить, как мы к ним приноровимся. Гарри, ты ничего не сделал с очками, чтобы их не слепил дождь, как в прошлой игре с Пуффендуем?

–  Гермиона сделала.
– Гарри вынул волшебную палочку, постучал по очкам и сказал: - Импервиус!

–  Давайте все попробуем, - сказала Анджелина.
– Если сможем не допускать дождь до лица, это очень улучшит видимость. Ну, вместе: ИМПЕРВИУС.Всё. Пошли.

Они убрали палочки во внутренние карманы, взяли метлы на плечо и вышли за Анджелиной из раздевалки.

По глубокой грязи добрели до середины поля. Несмотря на заклинание Импервиус, видимость была плохая; день гас, и полотнища дождя охлестывали землю.

–  Ну, по свистку!
– крикнула Анджелина.

Гарри оттолкнулся от земли и взмыл в воздух; ветер немного сбивал его с курса. Он не представлял себе, как можно углядеть снитч при такой погоде. Даже единственный бладжер, который они взяли на тренировку, он заметил в самый последний момент и, чтобы не быть сбитым, вынужден был прибегнуть к Вялому Кистевому Крену. Жаль, этого не увидела Анджелина. Впрочем, она вообще ничего не видела - ни один из них не имел представления о том, что делают остальные. Ветер усиливался; даже издали Гарри слышал шипение дождя, падавшего на озеро.

Анджелина прогоняла их почти час, прежде чем смириться с поражением. Уводя промокшую и недовольную команду в раздевалку, она твердила, что тренировка не прошла впустую, но убежденности в ее голосе не было. Особенно удрученными выглядели Фред и Джордж оба шли враскоряку и гримасничали при каждом движении. Вытирая голову полотенцем, Гарри слушал их сетования.

–  У меня вроде несколько штук прорвалось, - глухо говорил Фред.

–  У меня нет, - морщась, отвечал Джордж.
– Дергает по-страшному… похоже, еще больше вздулись.

–  Уй!
– вырвалось у Гарри.

Он зажмурился от боли и прижал полотенце к лицу. Шрам на лбу обожгло огнем - такого не было уже несколько недель.

–  Что с тобой?
– раздались голоса.

Гарри отнял полотенце, раздевалка расплывалась перед глазами: он был без очков, но все же почувствовал, что все лица обращены к нему.

–  Ничего. Ткнул себя в глаз.

Но он со значением посмотрел на Рона, и, когда команда выходила из раздевалки, кутаясь в мантии и нахлобучив шляпы на самые уши, оба нарочно отстали.

–  Что случилось?
– спросил Рон, как только Алисия скрылась за дверью.
– Шрам?

Гарри кивнул.

–  Но он не может быть где-то рядом, правда?
– с испугом спросил Рон, подойдя к окну и вглядываясь в дождливую темень.

–  Нет.
– Гарри сел на скамью и потер лоб.
– Он, наверное, за много миль отсюда. А заболело… потому что… он злится.

Гарри совсем не собирался это говорить - слова прозвучали у него в ушах так, будто их произнес посторонний. И однако, он сразу понял, что они верны. Неизвестно, почему понял, но понял. Где бы ни был сейчас Волан-де-Морт, чем бы ни занимался, в эту минуту он испытывал гнев.

–  Ты его увидел?
– с ужасом спросил Рон.
– У тебя было видение или что?

Гарри сидел неподвижно, глядел на ноги, приходя в себя после приступа боли.

Путаница смутных форм, наплыв воющих голосов…

–  Он хочет, чтобы что-то сделали, но делается это слишком медленно.

И опять с удивлением услышал от себя эти слова, и опять почувствовал, что они верны.

–  Но… откуда ты знаешь?
– сказал Рон.

Гарри помотал головой, закрыл ладонями глаза и нажал так сильно, что поплыли огненные точки. Он почувствовал, что Рон сел рядом и смотрит на него.