Чтение онлайн

Наступило недолгое молчание, в котором словно прозвучало далекое эхо треска вышибаемой Хагридом входной двери, долетевшее сюда сквозь прошедшие с того дня годы. Тетя Петунья не сводила глаз с Вернона, Дадли - с Гарри. Наконец дядя Вернон выпалил:

–  А как же моя работа? А школа Дадли? Я что, должен бросить все на свете ради горстки болтающихся без дела волшебников?

–  Вы так и не поняли?
– воскликнул Гарри.
– Они будут пытать вас и убьют, как убили моих родителей!

–  Пап, - громко сказал Дадли.
– Пап, я лучше к этим пойду, которые из Ордена.

–  Дадли, - отозвался Гарри, - впервые за всю свою жизнь ты произнес нечто умное.

Он понял, что выиграл это сражение. Если Дадли испуган настолько, что готов принять помощь Ордена, родители отправятся с ним: о расставании с Дидинькой и речи никакой идти не могло. И Гарри взглянул на дорожные часы, стоявшие на каминной полке.

–  Они будут здесь минут через пять, - сказал он и, не услышав ни от кого из Дурслей ответа, вышел из гостиной. Будущее прощание - и, вероятно, навсегда - с тетей, дядей и двоюродным братом нисколько его не огорчало, однако некоторая неловкость словно бы оставалась висеть в воздухе. Что говорят при расставании люди, прожившие шестнадцать лет в прочной нелюбви друг к другу?

Вернувшись в свою спальню, Гарри бесцельно порылся в рюкзаке, затем просунул между прутьями клетки, в которой сидела Букля, несколько совиных орешков. Букля лакомством пренебрегла, и орешки со стуком упали на дно клетки.

–  Мы уже скоро уедем, очень скоро, - сказал сове Гарри.
– И тогда ты снова сможешь летать.

В дверь позвонили. Гарри поколебался немного, потом вышел из спальни и спустился вниз - ожидать, что Гестия и Дедалус справятся с Дурслями без его помощи, почти не приходилось.

–  Гарри Поттер!
– пропищал, как только он открыл дверь, взволнованный голос, и маленький человечек в сиреневом цилиндре отвесил ему низкий поклон.
– Большая честь, как и всегда!

–  Спасибо, Дедалус, - сказал Гарри, коротко и смущенно улыбнувшись темноволосой Гестии.
– Я очень благодарен вам за приход сюда… Они здесь, мои тетя, дядя и кузен…

–  Приятного вам дня, родичи Гарри Поттера!
– радостно произнес, вступив в гостиную, Дедалус.

Дурслям такое приветствие удовольствия явно не доставило, и Гарри испугался, что они, того и гляди, опять передумают. Дадли, увидев волшебника и колдунью, потеснее прижался к матери.

–  Вижу, вы уже уложились и готовы отправиться в путь. Превосходно! План, как наверняка рассказал вам Гарри, прост, - сообщил Дедалус, извлекая из жилетного кармана огромные часы и вглядываясь в них.
– Мы отправляемся в путь раньше Гарри. Поскольку пользоваться магией в вашем доме небезопасно - Гарри еще не достиг совершеннолетия, и такой поступок может дать Министерству повод для его ареста, - мы отъедем, ну, скажем, миль на десять, а затем трансгрессируем в безопасное место, которое для вас подобрали. Вы ведь, я полагаю, машину водить умеете?
– учтиво осведомился он у дяди Вернона.

–  Умею ли я? Конечно, черт побери, умею!
– выпалил дядя Вернон.

–  Весьма разумно с вашей стороны, сэр, весьма. Лично меня все эти кнопки и рычаги совершенно сбивают с толку, - сказал Дедалус. Он явно полагал, что говорит Вернону Дурслю нечто лестное, а тот прямо на глазах, с каждым произносимым Дедалусом словом, терял доверие к так называемому плану.

–  Даже рулить и того не умеет, - негромко пробормотал он, и усы его гневно встопорщились, но, к счастью, ни Дедалус, ни Гестия слов этих вроде бы не услышали.

–  Вы, Гарри, - продолжал Дедалус, - подождете здесь вашу охрану. В наших приготовлениях коечто изменилось…

–  То есть?
– тут же спросил Гарри.
– Я думал, за мной явится Грозный Глаз и мы с ним вместе трансгрессируем.

–  Нет, - сказала скупая на слова Гестия.
– Грозный Глаз вам все объяснит.

Дурсли, которые слушали их разговор, но, судя по лицам, ничего в нем не понимали, разом подпрыгнули, услышав громкий голос, взвизгнувший: «Поторопись!» Гарри тоже заозирался, однако тут же сообразил, что голос этот принадлежит карманным часам Дедалуса.

–  Вы правы, график у нас очень плотный, - сказал Дедалус и, кивнув часам, вернул их в жилетный карман.
– Мы хотим, чтобы ваше, Гарри, отбытие из дома совпало по времени с трансгрессией ваших родичей. Таким образом, защитные чары разрушатся в тот миг, когда все вы устремитесь к безопасности.
– Он повернулся к Дурслям: - Итак, все уложено и все готовы к дороге?

Никто ему не ответил: дядя Вернон все еще с испугом таращил глаза на вздувшийся жилетный карман Дедалуса.

–  Возможно, нам следует подождать в прихожей, Дедалус, - негромко сказала Гестия, явно считавшая, что с их стороны было бы бестактностью торчать в гостиной, пока Гарри и Дурсли будут любовно прощаться, проливая, быть может, обильные слезы.

–  Не стоит, - столь же негромко произнес Гарри, однако дядя Вернон сделал дальнейшие объяснения ненужными, громогласно объявив:

–  Ладно, парень, выходит - прощаемся.

Он протянул Гарри правую ладонь для рукопожатия, но в самый последний миг спасовал и просто сжал ее в кулак и помахал им вверхвниз, точно метроном.

–  Ты готов, Дидди?
– спросила тетя Петунья, суетливо проверяя замок своей сумочки, что избавляло ее от необходимости смотреть на Гарри.

Дадли не ответил, он просто стоял, слегка приоткрыв рот, - и вдруг показался Гарри немного похожим на великана Грохха.

–  Ну так пошли, - сказал дядя Вернон.

Он почти уже дошел до двери гостиной, когда Дадли пробормотал:

–  Не понимаю.

–  Чего ты не понимаешь, миленький?
– спросила, взглянув на сына, тетя Петунья.

Дадли поднял большую, как окорок, ладонь и указал ею на Гарри:

–  А он чего с нами не едет?

Дядя Вернон и тетя Петунья словно вросли в пол - оба глядели на Дадли так, точно он объявил, что желает стать балериной.

–  Что?
– громко спросил дядя Вернон.

–  Почему он не с нами тоже?
– спросил Дадли.

–  Ну, он… ему не хочется, - ответил дядя Вернон и, обратив на Гарри свирепый взгляд, добавил: - Ведь тебе же не хочется, так?

–  Ни капельки, - ответил Гарри.

–  Вот видишь, - сказал дядя Вернон Дадли.
– Ладно, пошли, ехать пора.

Он вышел из гостиной, открыл входную дверь, но Дадли так и стоял на месте, да и тетя Петунья, сделав несколько неуверенных шагов, тоже остановилась.

–  Теперьто что?
– рявкнул, снова появившись на пороге гостиной, дядя Вернон.