Чтение онлайн

Когда он попытался что-то сказать, он поймал ее взгляд на себе.

– Я не верю. Джастин Колльер в моем ресторане.

– Черт возьми!
– объявил Джифф слишком громко.
– Он настоящая телезвезда!

Колльер поморщился.

– Эй, Джифф, - женщина наклонилась, чтобы прошептать.
– Мистер Колльер, вероятно, не хочет много внимания.

– Нет, на самом деле мне не нужно, - сказал Колльер с облегчением.

– О, конечно, конечно, - Джифф понял.
– Скажите, как насчет еще пары?

Женщина налила еще два стакана и поставила их на стол. Затем она протянула маленькую, но немного шершавую руку. "Наверное, от мытья посуды", - предположил Колльер.

– Я Доминик Кушер, мистер Колльер, - представилась она.
– Очень приятно видеть вас здесь. Если хотите знать правду, ваше шоу - единственное, что я смотрю по телевизору в последнее время. Мне оно очень нравится.

– Спасибо, - сказал Колльер.
– Рад познакомиться.

Она подняла палец.

– Но, я помню, пару серий назад вы рекламировали новый раухбир из Орегона. Ух ты! Вам правда нравится эта чушь? Они заменяют ячмень кукурузой, и я могу поклясться, что чувствовала в нем вкус жидкого дыма.

Колльер рассмеялся над неожиданным, смелым замечанием. Он тоже не особо интересовался продуктом, но вопрос не давал покоя: какого черта посудомойщица пьет неизвестное пиво с дымком?

– Ну, иногда у бизнеса свои требования. Время от времени мне приходится кивать на пиво, которое не так уж и хорошо.

Теперь она улыбнулась.

– О, я понимаю. Рекламодатели.

– Бинго.

– Мне тоже приходится делать то же самое. Меня убивает размещение счастливого часа "Бада"... но если мы проводим акцию, то получаем скидку. Не знаю, как люди могут пить эту дрянь.

– Но ее пьют больше, чем что-либо другое, - заметил Колльер.
– Бизнес есть бизнес. Нужно подстраиваться под рынок. Но позвольте мне просто сказать, что этот домашний лагер превосходен. Не могли бы вы передать мои комплименты пивовару?

– Вы только что это сделали, - сказала она.

Колльер был ошеломлен.

– Вы...

– Верно, мистер Колльер, - сказала она без высокомерия.
– У меня есть степень магистра пивоварения в школе Кульмбаха, и я проходила дополнительные курсы в Будеёвице и в Нюрнберге, - указала она между двумя латунными бочками.

Там на виду висели сертификаты.

– Это невероятно, - сказал он.

За пятнадцать лет написания статей о пиве он не встречал ни одного американца, окончившего Кульмбах, и, возможно, только двух или трех женщин с сертификатами мастеров-пивоваров из других мест. Внезапно для Колльера она стала знаменитостью. Он сразу же почувствовал прилив сил.

"Эта южная женщина с черными волосами и грубыми руками - та, кто отвечает за то, что должно быть одним из лучших лагеров в Америке... Доминик Кушер".

Джифф, казалось, был доволен тем, что не участвует в разговоре, пока он отхлебывал еще пива и загребал остатки своих хардтаков. Доминик наклонилась на локтях, улыбаясь.

– Полагаю, вы в отпуске, да? Я не могу быть настолько высокомерной, чтобы думать, что вы проделали весь этот путь, чтобы попробовать мой лагер "Гражданская война".

– На самом деле, я так и сделал. Мне об этом рассказали несколько моих коллег-пивных снобов, - он сделал еще один глоток и не обнаружил никаких следов однообразия.
– Это действительно фантастика.

– Мистер Колльер заканчивает книгу, - встрял Джифф.

Колльер кивнул.

– Мне нужна еще одна запись для моего проекта "Великие американские лагеры". Я не хочу сейчас опережать события, но я почти уверен, что это будет оно.

– Это было бы настоящей честью, - она попыталась сдержать волнение. Но ее глаза сверкали.
– Пока нет усталости нёба, да?

– Никаких, - признался Колльер.
– Я не нахожу никаких недостатков. Позвольте мне купить вам один. Это известно к удаче...

– Купить пивовару бокал собственного пива, - закончила она.
– Это восходит к Закону о чистоте пива Райнхайтсгебот, - Доминик налила себе один, затем чокнулась с Колльером и Джиффом (хотя у Джиффа немного выплеснулось из его бокала).

– Прост, - сказали они с Колльером одновременно.

– Кто это?
– спросил Джифф.

– Это по-немецки значит "за здоровье", - сообщила она.

– А, да, верно...

Колльер улыбнулся ей.

– Я бы попробовал и некоторые другие ваши варианты, но мне стоит подождать. Я не хочу, чтобы что-то испортило мои первые впечатления от лагера. Есть ли что-то уникальное в рецепте, о чем вы можете мне рассказать?

– Это семейная традиция, - сказала она. Казалось, она пила свой бокал в точных дозах.
– Вариант этого сорта хмеля и некоторые температурные отклонения в процессе сусла. Но, пожалуйста, никому об этом не говорите. Мои предки вылезут из могил, чтобы прийти за мной.

– Так вы семья пивоваров?

– Да. Этот ресторан был здесь в разных воплощениях с начала 1800-х годов, и Кушерам удавалось удерживать его все это время, даже во время войны. Когда федеральные войска захватили город в 1864 году, они сожгли все здания в центре, кроме этого ресторана. Когда янки попробовали пиво, они не осмелились поджечь это место.

– Здравый смысл.

– Единственное другое строение, которое они не сожгли, был дом Гастов, теперь гостевой дом миссис Батлер.

– Интересно, почему они не сожгли и его, - спросил Колльер.
– Они были очень рады факелам, когда начали побеждать.

– Джифф может это сказать, - сказала она.

И снова этот болезненный взгляд на лице Джиффа.

– Да ладно, Доминик. Я изо всех сил старался не допустить, чтобы эта жуткая чушь добралась до мистера Колльера.

– Я знал это, - сказал Колльер.
– Истории о привидениях. Призрачный фольклор.

– Как это бывает, - начала женщина, - когда командующий Союза послал группу людей в дом Гаста, ему пришлось посадить их на частокол.

– Частокол? Зачем, черт возьми?

– Потому что они отказались выполнять приказы.

– Они отказались сжечь дом, вы имеете в виду?

Доминик кивнула с озорной ухмылкой.

– Они сказали, что слишком боятся заходить внутрь, сказали, что там присутствует нечестивое присутствие.

Джифф нахмурился, как и ожидалось, но Колльер не был впечатлен.