Чтение онлайн

Впрочем, тот же 2010 год в Китае даёт пример и идеально тихих ненасильственных выступлений. Именно так бастовала тысяча работников одного из расположенных в Гуандуне заводов японской корпорации Denso. Завод изготовливает сложные станки, предназначенные для производства автомобильных деталей. Китайские станкостроители в течение нескольких дней исправно посещали рабочие места, аккуратно регистрируясь во внедренной японцами системе электронного учёта рабочего времени, и без всяких лозунгов и требований положенное количество часов топтались у станков. Через несколько дней молчаливой забастовки администрация согласилась повысить их зарплаты на 20%.

Известные примеры забастовок в Китае показывают: чиновники пытаются лавировать между сторонами конфликта, стремясь не допустить разрастания протеста и принуждая собственников идти на уступки рабочим. Отчасти их выступления даже выгодны власти – социальные расходы ложатся на частные компании, а КПК предстаёт в роли мудрого справедливого арбитра; в условиях постоянно растущей экономики этот хрупкий баланс удаётся поддерживать не первый год.

Более того, в марте 2013 года на сессии Всекитайского собрания народных представителей, утверждавшей новое руководство страны во главе с Си Цзиньпином, впервые за 30 лет публично прозвучало предложение о легализации забастовок.

Депутат из Фудани Гэ Цзянсюн предложил вернуть в конституцию право на забастовку, назвав её «эффективным средством борьбы за законные интересы». По мнению парламентария, современному Китаю уже не стоит бояться, что забастовки отпугнут иностранных инвесторов. Заявление в своем роде откровенное до цинизма – правящая элита страны освоилась в стихии мирового рынка и чувствует себя более чем уверенно.

Тем временем, в 2013-м стало очевидно: забастовочная активность в Китае подчиняется уже сложившемуся графику – количество выступлений растёт в декабре-январе, когда наёмные работники получают премии по итогам прошедшего года и узнают размер зарплат на год будущий. К февралю забастовки стихают – наступает китайский Новый год с его массовыми гуляниями, а к весне протест вспыхивает с новой силой.

В этом марте сообщения о трудовых конфликтах в китайских СМИ цензурировались с особой тщательностью – исполнительные чиновники готовились к сессии Всекитайского собрания народных представителей. Однако и в этих условиях начало 2013 года ознаменовалось серией громких выступлений.

В январе пять тысяч работников ванадиевых заводов в Ченду перекрывали автотрассу, требуя повышения заработной платы. В феврале добились повышения зарплаты на 10% бастовавшие сотрудники фабрики в Гуанджоу, производящие обувь для американской компании Nike, печально знаменитой чудовищными условиями труда на своих фабриках в Юго-Восточной Азии.

По неточным подсчетам, количество крупных забастовок в Китае в феврале 2013-го из-за Лунного нового года снизилось до трёх десятков. Но уже в марте их счёт перевалил за полсотни. Бастовали докеры в порту Гонконга, работники японской корпорации Ohms в Шэньчжэне требовали перевыборов профсоюза, повышения зарплат добивались рабочие уже упоминавшихся заводов Honda в Наньхае.

На этом фоне официальная статистика выдаёт данные об устойчивом росте реальной заработной платы, сопутствующем росту китайской экономики в целом. Китайский бюрократ и китайский бизнесмен вряд ли щепетильнее своих российских коллег. Но пока главным ресурсом Китая остается овеществлённый труд его рабочих, игнорировать их интересы полностью невозможно. Поэтому практичный китайский госкапитализм вынужденно открыт для обратной связи – его будущее зависит не от потоков нефти, а от людских потоков у заводской проходной. Котёл социального недовольства в Китае кипит, но ещё движет вперёд тот паровоз, на котором красные капиталисты КПК въехали в своё светлое будущее – «социализм с китайской спецификой».

Алексей Волынец

Таков атеист Ленин. И очень многих всемирно известных людей его атеизм ничуть не смущал, они глубоко уважали Владимира Ильича, восхищались им как политиком и личностью. Приведу несколько примеров, среди них – и люди, приезжавшие в Россию не раз, лично встречавшиеся с Лениным или Сталиным, беседовавшие с ними.

Герберт Уэллс: «Я пришел к Ленину, готовый к столкновению с догматиком. Но он оказался совсем не похож на догматика. Я слышал, будто Ленин любит поучать, однако в нашей беседе ничего подобного не было. Много писали о его смехе, который поначалу как-будто неприятен, но вскоре начинает казаться циничным. Такого смеха я не услышал ни разу... Вера его в своё дело поистине непоколебима. Благодаря ему я понял, что коммунизм, несмотря на Маркса, всё же таит в себе огромные созидательные возможности» (1920 г.). «Ленин был поистине великим человеком. За короткие годы он сумел внушить России неиссякаемый и всё преодолевающий дух созидания, который не оскудел и сегодня» (1934 г.).

Ромен Роллан, Нобелевский лауреат: «Я не разделяю идей Ленина и русского большевизма. Но именно потому, что я слишком индивидуалист и слишком идеалист, чтобы присоединиться к марксистскому КРЕДО и его материалистическому фатализму, я придаю огромное значение великим личностям и горячо восторгаюсь личностью Ленина. Я не знаю более могучей индивидуальности в современной Европе. Его воля так глубоко взбороздила хаотический океан дряблого человечества, что ещё долго след его не исчезнет в волнах, и отныне корабль, наперекор бурям, устремляется на всех парусах к новому миру» (1924).

Шон О’Кейси, Нобелевский лауреат: «Ни одинокая жизнь в Лондоне, ни пустынные просторы Сибири не могли поколебать решимость этого великого человека, вдохновлявшего русских рабочих на то, чтобы ковать свободу из собственного мужества, спаянного единством воли и цели. Так он жил, ожидая своего часа, черпая силы в несокрушимом, невероятном терпении, основатель партии, которой суждено было потрясти и изумить мир, создать жизнь, воодушевляющую трудящихся всех стран».

Махатма Ганди: «Идеал, которому посвятили себя такие титаны духа, как Ленин, не может быть бесплодным. Благородный пример его самоотверженности, который будет прославлен в веках, сделает этот идеал ещё более возвышенным и прекрасным».

Максим Горький: «Я уверен, что террор стоил ему невыносимых, хотя и весьма искусно скрытых страданий. Как никто он умел молчать о тайных бурях в своей душе... Нередко меня очень удивляла готовность Ленина помочь людям, которых он считал своими врагами. А чтобы скрыть стыдливую радость спасения человека, он прикрывал радость иронией... Его частная жизнь была такова, что в религиозное время из него сотворили бы святого».

Альберт Эйнштейн, Нобелевский лауреат: «Я уважаю в Ленине человека, который всю свою силу с полным самопожертвованием своей личности использовал для осуществления социальной справедливости. Его метод кажется мне нецелесообразным, но одно несомненно: люди, подобные ему, являются хранителями и обновителями совести человечества».