Чтение онлайн

После экономического кризиса 1929 года число работающих в Западной Беларуси сократилось более чем наполовину. Находясь в центре Европы, она все более приобретала признаки глухой, далекой от современной цивилизации колонии, которую метрополия — Польша — и не собиралась развивать. Не случайно к 1938 году отсюда эмигрировало около 80 тысяч белорусов.

КАК "ВЫНУТЬ" ДУШУ

Сегодня, как и раньше, нас пытаются убедить, что никакой польской экспансии не было, что поляки боролись только за свою свободу, а если и захватывали чужие земли на Востоке (забывая, что они захватывали и Прибалтику, и даже Молдову), то несли в эти “дикие края” цивилизацию, высокую культуру и единственно правильную религию. При этом умалчивают, что это была "культура" безжалостной эксплуатации других народов, их природных богатств силой насаждения чуждого им языка и религии.

И самый яркий пример этого — все та же Западная Беларусь. Людей там не просто безжалостно эксплуатировали, а в прямом и переносном смысле попросту "вынимали" из них душу. Первое, что было сделано: 300 из 500 православных церквей и храмов преобразовано в костелы.

Сегодня белорусские националисты любят порассуждать, как тяжело жилось белорусам при Советах и как “добро” при польских панах. Действительно, если при треклятой советской власти в Восточной Беларуси издавалось 106 газет и журналов, работало 23 высших и 96 средних специальных заведений и была почти полностью ликвидирована неграмотность, то в Западной Беларуси из действующих до прихода поляков более 500 белорусских школ к 1928 году осталось только 27, а к 1939 году вся белорусские школы были преобразованы в польские. К тому времени на всей территории Западной Беларуси шло открытое ополячивание коренного населения, сопровождаемое преследованием всего белорусского. Такова была государственная политика Польши. Не случайно сегодня в республике подавляющее число тех, кто считает себя поляками, это ополяченные белорусы.

ВЕРНЫЕ ПСЫ, НАЦИОНАЛИСТЫ

Но вернемся к нашим национал-патриотам. Сегодня они считают себя прямыми наследниками так называемой БНР, созданной в оккупированной Беларуси кайзеровским генералитетом. Более того, по призыву Позняка бэнээфовцы и сегодня продолжают вести запись "на гражданство" в это мифическое образование. Но тогда его столпы, на словах выступая за независимость и белорусскость, принялись верно служить кайзеру, "продвигая в массы" германскую политику.

Собственно, вся политическая программа белорусских националистов была изложена ими уже в благодарственном послании Вильгельму II. Смысл ее можно кратко сформулировать так: возьмите нас под немецкий протекторат — и мы исполним вашу любую волю. Они никогда не считались со своим народом, не рассчитывали на свои силы и всю свою историю делали ставку на западные "армии-освободительницы".

Сначала они выступили на стороне Наполеона и вместе с его войсками шумно двигались на Москву, потом уповали на кайзера, затем верой и правдой служили Адольфу Гитлеру. Сегодня все их надежды связаны с США, с идеей вступления Беларуси под крыло НАТО. Но всегда, на всех этапах истории, белорусские националисты старались выслужиться перед поляками. И такую возможность "судьба" им время от времени подбрасывала. После ухода в 1918 году немцев и закрепления в западной части Белоруссии панской Польши они еще жестче, чем поляки, стали относиться к своим соплеменникам. Комплекс неполноценности, являющийся основной чертой этих политиканов, как тогда, так и теперь вынуждал их отрекаться от главного — от своего народа, от своей национальности. Их бесило "быдло", "пся крэў", которыми величали поляки этих служак. Тем не менее они предпочитали стать скорее поляками, чем отстаивать национальную независимость, то есть все то, что они декларировали, вступая в БНР. Тут же за ненадобностью была отброшена вся белорусскость: культура, язык. На польский лад переводили все, начиная с уклада жизни и заканчивая алфавитом и грамматикой. По большому счету вся их “белорусскость” была принесена в жертву главной польской идее — борьбе с Россией. Полонизация, считали еще в кайзеровском генштабе, это предбанник германизации. И не случайно в дальнейшем, когда к власти в Германии пришел Гитлер, нацистская идеология стала широко распространяться не только в Польше, но и в Западной Беларуси. Здесь под руководством Акинчица, Козловского и Островского (которые потом вместе с гитлеровскими войсками вступят в Минск) были созданы аж две "национал-демократические" партии. А один из лидеров "Белорусской христианской демократии", редактор газеты "Беларуская крынiца" Ян Позняк (дед нынешнего лидера БНФ Зенона Позняка) на страницах своего издания принялся усердно проповедовать отмирание парламентаризма и восхвалять фашистский корпоративизм. То же продолжалось с этой категорией людей и при Советах. Они рьяно служили и этой власти. Но когда та зашаталась, тут же переметнулись на другую сторону. Не случайно сегодня в лидерах БНФ ходят сын секретаря Витебского обкома партии Сергей Наумчик и сын работника ЦК КПБ Витя, а теперь Винцук Вечорка. Приди завтра любая новая "крепкая" власть, они тут же отбросят все свои националистические "позывы" и будут служить ей, угнетая, за гроши предавая и продавая простой белорусский народ. Сегодня наиболее реальным им кажется появление такой власти с Запада, с вступившей в НАТО Польши. Даже американский политэмигрант Зенон Позняк, убедившись, что Америка далеко и ей не до мышиной возни белорусских националистов, большую часть времени теперь отирается в Польше, где усердно трудится вместе с минскими "патриотами" над возвращением "усходнiх крэсаў".

ГИЕНА ТОЧИТ ЗУБЫ

Но оставим этих местечковых услужливых лакеев, потому что сами по себе они ничего не представляют, и вернемся к главному "герою" нашего сегодняшнего разговора — к Польше, а точнее, к тому ее постулату, что во всех польских бедах виновата Россия. И прежде всего виновата она в том, что в конце 30-х годов Польша снова была стерта с карты мира. Но почему это случилось? На этот вопрос не желают отвечать ни поляки, ни помогающие им "историки".

В таком случае, опираясь на исторические факты, попытаемся ответить на него мы.

Захватив Западную Украину и Западную Беларусь, правящая верхушка Польши, несмотря на утверждение в Европе ряда агрессивных, фашистских режимов, по-прежнему основным своим противником считала русских. Пилсудский, как некогда Ягайло, открыто говорил, что сфера польской активности лежит на Востоке. И Польша не оставляла своих планов расширения на Восток с включением в эту агрессию других государств, прежде всего фашистской Германии.

Собственно, переворот Пилсудского, который он осуществил в 1926 году, носил, по сути, фашистский характер и превратил Польшу из декоративной парламентской республики в государство с жесткой военной диктатурой. Правителей Польши сблизили с Гитлером идеология и политика: тот же крайний национализм, оголтелый антикоммунизм и стремление к внешней агрессии.

В 1934 году, высокомерно отвергнув советские предложения о создании системы коллективной безопасности в Европе, польское правительство заключает с Гитлером германо-польский пакт под названием "Декларация о неприменении силы", который стал одним из серьезных этапов на пути ко Второй мировой войне. Этот пакет укрепляет внутреннее и международное положение германского фашизма, помогает гитлеровцам создать ложное представление о своих мирных устремлениях, наносит серьезный удар по идее коллективной безопасности в Европе.

29 ноября 1934 года Советский Союз предупреждает, что этот пакт подрывает союз Польши с другими странами, оставляет ее в изоляции "лицом к лицу с фашистской Германией". Но правящая клика Польши рассматривает это соглашение в первую очередь как антисоветский акт, "начало осуществления германского похода против СССР, при активном участии Польши, при нейтралитете Англии и Франции".

В то время фашистские лидеры часто наезжали в Польшу, обсуждая с ее правителями планы совместной войны с СССР. Наиболее полно и откровенно о них говорилось в 1935 году, во время так называемой "охоты" Геринга в Беловежской пуще. Вот как изложена суть этих переговоров в официальной записке тогдашнего заместителя министра иностранных дел Польши графа Шембека: "Сегодня обсуждал с господином Липским вопрос о визите Геринга в Польшу. Посол утверждал, что во время бесед в Беловежье и в Варшаве Геринг был весьма откровенен. Особенно в беседе с генералами, когда он наметил в общих чертах далеко идущие планы, намекнув об антирусском союзе и совместном нападении на Россию, Геринг дал понять, что при этих условиях Украина стала бы польской сферой влияния, а северо-западная Россия — германской".

С фашистским диктатором Пилсудским и президентом Мосьцицким Геринг был еще откровеннее. Он предложил Пилсудскому принять на себя общее командование объединенными германо-польскими силами в войне против СССР. Предложение было встречено с восторгом.

Играя на антисоветских устремлениях правящих кругов Польши, Гитлер, повторяя слова Черчилля и Клемансо, к восторгу своих восточных слушателей, однажды заявил, что Польша является форпостом Европы против Азии, "стражем Запада против проникновения коммунизма с Востока". И сегодня, отбросив за ненадобностью антисоветскую риторику, поляки любят себя снова представлять этаким "форпостом", защищающим цивилизацию Запада от "азиатчины".

Уже 20 сентября 1938 года, более чем за неделю до печально известного мюнхенского сговора Англии, Франции, Германии и Италии, Польша уже договорилась с Германией о координации военных действий против Чехословакии. Сразу же после соглашения о расчленении этой страны 2 ноября 1938 года она вводит на ее территорию свои войска и отторгает Заользье и Цешинскую Силезию с преобладающим там чешским и словацким населением. Именно тогда Черчилль и сравнил Польшу с гиеной. Только через 5 месяцев, 15 марта 1939 года, фюрер выставляет непрошеных конкурентов на их собственную территорию. А уже 21 марта Германия начинает "дипломатично" требовать от своего союзника передачи ей Гданьска (Данцига), а 26 апреля в одностороннем порядке расторгает с ней договор о ненападении.

"ВАЖНО ИМЕТЬ В ВИДУ..."

Цели фюрера были уже всем ясны. Капкан захлопнулся. Тем не менее, и в этих критических условиях 11 мая 1939 года Польша отказывается заключить с Советским Союзом пакт о взаимопомощи. Вместе с западными политиками она по-прежнему все свои силы тратит на то, чтобы столкнуть лбами Германию и Советский Союз. Именно после того как Англия и Франция 19-21 августа окончательно срывают переговоры в Москве "О совместных мерах противодействия агрессорам" СССР принимает германские предложения и 23 августа 1939 г заключает договор о ненападении. Более того, как недавно стало известно, решение о заключении этого договора было принято после того, как советская разведка доложила о предстоящем полете Гесса (наци №2) в Англию для подписания секретных соглашений с британским правительством о совместных действиях против СССР. Но факт остается фактом — договор был подписан с Советским Союзом.