Чтение онлайн

По вечерам же профсоюзные активисты собираются в курилке, готовят список требований владельцам завода и увлеченно дискутируют о работах историка-марксиста Михаила Покровского. Подобные брожения в рабочей среде отчаянно пугают владельца завода (В. Епифанцев) и его отца - бывшего генерала КГБ, предавшего ГКЧП (В. Сергачев). По заданию хамоватого гопника-владельца наемные убийцы ликвидируют нескольких профсоюзных активистов, среди которых - о шекспировские страсти!
– оказывается сводный брат героя Епифанцева, срывают намечавшуюся забастовку и угрозами толкают героя Пахомова к позорной измене профсоюзному делу.

Тема рабочего движения в советском кинематографе поднималась неоднократно, начиная с ранних эпических фильмов Эйзенштейна и Пудовкина и заканчивая "производственными фильмами" 70-х. Все мало-мальски интересные советские киноленты подобной тематики отличали мастерская режиссура, грамотная драматургия и блестящее актёрское исполнение. И вот всем этим пунктам "За Маркса", претендующий на звание "нового советского кино", не соответствует никак.

До определенного момента фильм воспринимается как некая авангардная издевка в духе НОМ-кино: нарочито отрешенная актерская игра, примитивная и плохо исполненная съемка в духе модного нынче псевдодокументализма, бесконечные издевательски-абсурдные разговоры о кинематографе Годара и актерской школе Брехта. Но где-то к середине кинодействия начинаешь понимать - нет, это не шутка, "За Маркса" снят с абсолютной серьезностью чахоточного народника, но от народа своего страшно далекого. Показательно, что на встрече с кинозрителями во Владимире сама Баскова сказала: "Я знаю, что фильм получился. Пройдя много городов, я могу так сказать. И я выступаю перед разной аудиторией (молодежь в МГУ, показы в Новосибирске) - и фильм понимают. Хотя, конечно, помести меня перед аудиторией с рабочими не знаю точно, что получится"

О серьезности кинонамерений Басковой говорит и список консультантов фильма, появляющийся в заключительных титрах. Тут и Илья Будрайтскис ("Российское социалистическое движение"), и профсоюз "Единство" (Тольятти), и даже автор скандальных перформансов поэт Дмитрий Пименов. Да и сама Баскова заявляла: "Я живу в России, и у меня есть определенная гражданская позиция, которую я считаю своим долгом озвучить и ей следовать".

И тут мы сталкиваемся с крайне серьезной проблемой: до какой степени важность и общественная значимость темы художественного произведения может оправдывать низкий уровень ее раскрытия? По моему скромному взгляду, оправдания тут нет и быть не может. Откровенна плохая актёрская игра, невнятность драматургии и явственно провальная режиссерская работа нивелируют саму проблематику. Да, французский философ-марксист Луи Альтюссер в своей работе 1965-го года "За Маркса" (возможно, вот откуда берется название фильма, только с добавлением глубокомысленного многоточия) писал: "И если кому-то придет в голову спросить: "Но зачем же прилагать такие усилия, если речь идет лишь о том, чтобы выразить давно "известную" "истину" - то мы ответим, используя слово в его строгом смысле: существование этой истины было намечено, признано, но не познано". Но интересно ли зрителю наблюдать познание истины Светланой Басковой в данном фильме? Лично для меня ее "сатори" не вызывает никакого любопытства в силу общего художественного уровня фильма, который можно определить только как "несостоятельность".

В 1997 году Александр Баширов снял свой замечательный и неоправданно забытый фильм - "Железная пята олигархии". И тематически, и сюжетно киноленту Баширова можно назвать близнецом "За Маркса", только несоизмеримо более талантливым близнецом. Герой фильма Баширова - профсоюзный лидер Николай Петрович, вдохновленный романом Джека Лондона "Железная пята", - человек буйный, неудержимый и пассионарный. Сам фильм художественно связан с ранним советским кино, с лентами Пудовкина и Эйзенштейна. И этой неудержимости, этой эстетике веришь. Веришь герою и веришь в Героя. Чего, увы, о фильме Басковой сказать никак нельзя.

Не вызывают ни малейшего сочувствия постоянно рефлексирующие герои "За Маркса" Нет, вру - именно сочувствия эти люди вызывают: своей слабостью, бестолковой и бессмысленной болтовней, неспособностью на поступок. Даже герои комедийной "Большой перемены" (не говоря уже о хрестоматийных "Премии" и "Мы, нижеподписавшиеся") обсуждают свои рабочие проблемы активнее и конкретнее. В итоге - несостоявшаяся забастовка и несостоявшийся фильм.

В финале "Железной пяты" героический Николай Петрович перед смертью рвет тельняшку с криком "Врешь! Не возьмешь!" Персонажи Басковой, к сожалению, на такое не способны. Они только шепчут: "Возьмешь, возьмешь"

Алексей Касмынин

5 сентября 2013 0

Культура

Как рисовали поэты ХХ века

В доме Остроухова, который является отделением Литературного музея, открылась выставка "Рисунки поэтов". Она будет идти до 15 сентября, но, в зависимости от посещаемости, дату закрытия могут передвинуть на более поздний срок. В рамках выставки представлено более двухсот живописных и графических работ. Поэты ХХ века оставили после себя немало изобразительных материалов.

Дом Остроухова находится между Новым Арбатом и Центральным домом литератора, из окон видны здания-книжки, совсем недалеко расположен один из крупнейших московских книжных магазинов. Прямо сейчас решается его судьба, возможно, ему суждено стать бакалейной лавкой или колбасным супермаркетом. Судьба печатной книги в России попадает в зону неопределённости. Возможно, через несколько лет мы вернёмся в эру самиздата и хождения рукописей по рукам. Текстов в физическом обличье будет немного, основная масса удовлетворится Интернетом и цифровыми копиями. Но книжки останутся. Они могут стать художественными манифестами автора. Я подумал так, после того, как посетил выставку "Рисунки поэтов", где видел стих, написанный на белой рубашке, видел как раз и художественную рукописную книгу со старательно выведенными буквами, цветными чернилами и скрупулёзно выполненными рисунками.

Смотреть на рисунки поэтов - почти то же самое, что читать тайные, никогда не изданные дневники. Это утверждение касается даже общепринятых и общеизвестных многостаночников, таких, как Владимир Маяковский. Ему отводится отдельный зал, где висят эскизы к "окнам РОСТА", плакаты его руки, серия рисунков, посвящённых постановке "Мистерии Буфф". При одном упоминании фамилии Маяковский в сознании выстраивается ряд характерных визуальных образов. Вспоминаются официальные работы одного из главных дизайнеров только-только народившегося социалистического государства. Но мало кто догадывается о существовании рисунков, которые Маяковский делал "для себя" и, вероятно, никогда не планировал никому демонстрировать. Так, в его официозной художественной ипостаси сожительствуют плакаты времён Первой мировой со стихами, такими, как:

"Немец рыжий и шершавый

Разлетался над Варшавой,

Да казак Данило Дикiй

Продырявил его пикой

И ему жена Полина

Шьёт штаны из цеппелина",–

и образы "окон РОСТА", обрамлённые фразами, ставшими крылатыми. Но на небольших листах простым карандашом поэт-задира выполнял портреты современников в разных стилях рисовки. Уверенный штрих, осмысленное наложение линий, глубокая созерцательная вдумчивость.

У рисунков поэтов, у всех, что я видел на выставке, есть определённая черта - в них присутствует повествовательность. Даже горный или прибрежный пейзаж будто бы сопровождается невидимыми строками из пухлого писательского дневника. Возможно, самыми отстранёнными и завершёнными в изобразительном плане являются как раз работы Маяковского. Именно поэтому тексты в "окнах РОСТА" не кажутся излишними добавлениями. Остальные рисунки выставки буквально нашпигованы разнообразными смыслами, а чаще всего - некими историями. Авторы будто предлагают зрителю сыграть в игру, цель которой - распутать повествовательную нитку и "проникнуться". Да, рисунок не обязательно должен быть лишён нарратива, но всё же основная сила этого формата кроется в визуальных изобразительных средствах.

Иосиф Бродский на рисунках, датированных шестидесятыми, изображал котов с якорями на хвосте, что несколько не вяжется с официальной историей, в которой участвуют злые должностные лица из ОВИРа, обещавшие в 1972 г., в случае отказа от эмиграции, устроить поэту-диссиденту постоянные вызовы на допросы и поездки в психбольницы. Есть у Бродского изображённые простыми линиями "дальние берега" и подписи, касающиеся далёких путешествий.

Для поэта Серебряного века увлечение изобразительностью не было необычным, скорее можно было сказать, что отсутствие такового - это девиация. На выставке очень много работ начала двадцатого столетия, среди них есть рисунки Есенина.