Чтение онлайн

В борьбе с национальной памятью очень важна передозировка информации, перенасыщение словом. Человеческая память небезгранична. Наша память веками приучена вбирать в себя только необходимое — в быту, в работе, в духовном становлении. И когда в человека впихивают, вбивают, грузят тонны информации, ему не нужной, праздной, глупой, тогда память рушится под непосильной ношей "вестей", отказывается служить человеку в разумном осознании настоящей жизни, в понимании подлинных событий. Лужков в 93-м приказывал стрелять в народ? Не помню, пусть он снова будет мэром. Жириновский — извращенец? Нет, не помню, пусть принимает законы. Уходит осмысление жизни, бытие человеческое превращается в одни рефлексы, которые культивируют телескотоводы, все время рекламируя объедающихся, упивающихся, наслаждающихся жизнью идиотов, которым стремится уподобиться легковерное большинство.

На информационной войне умеют убивать и убивают наше национальное сознание. Уродуя само мышление народа, нейротехнологи вживляют в него ложные, вредоносные, болезнетворные для нации идеи в виде навязчивых словесных матриц — такие убийственные, как "лишь бы не было войны". Следа бы не осталось от России, дозволь она своим вождям вооружиться этим лозунгом. Вы только представьте себе Александра Невского, Петра I, Суворова или Жукова с этими словами на устах. Иноземцы давно бы стерли нас в пыль, а землю нашу растащили по своим огородам. В наши головы вживляют философию терпимости и покорности: бедствуй, страдай, недоедай, мерзни, умирай, но терпи, русский человек, лишь бы не было войны. Отказ от силы, отказ от вооруженного сопротивления враждебному миру разложил армию. В офицеры уже шли не Отечеству служить, а за высокими окладами. Взгляните на арбатский генералитет — ребята, что надо, как на подбор: малорослые, краснощекие, косопузые. Отказ от военной доктрины разрушил и национальный тип семьи. Коли войны не будет и ребенку до старости родителей опекать, стало быть, и детей много не надо, не так, как в старину: одного сына — Богу, другого — Царю, третьего — отца с матерью кормить. А без войны хватит и единственного, чего мучиться, рожать, нянчить, не досыпать, на прокорм зарабатывать. А потом, как единственного сына в армию отправлять, только и надежда — лишь бы не было войны...

"Лишь бы не было войны" — страшный пример изничтожения национального мышления. Война — вот она, вовсю хозяйничает, кроит страну на куски, режет по живому, пожирает людей, а мы все одно, крепко видать уже усвоенное, — лишь бы не было войны. Ни зарплаты, ни пенсии, народ, как в блокаду, голодный, падает от истощения, детей беспризорных — как в гражданскую войну, зато жиреют воры, жируют бандиты — где закон, справедливость, порядок? Перетерпим — лишь бы не было войны. Молодежь спивается, гибнет в наркотическом угаре — где суровое возмездие развратителям? А нам в ответ о мире и согласии в обществе — лишь бы не было войны.

Было бы наивно мне сегодня призывать к ответу генералов информационной войны, ведь они воюют с нами не ради одних лишь частных интересов крупного капитала, но само государство покрывает и поощряет их преступления, поскольку заинтересовано в создании управляемой человеческой массы под названием "россияне". Но нам, русским, другим коренным народам России, надо уметь защититься от информационного террора, сжигающего словесным напалмом наши души, а для этого необходимо понимать, как они промывают нам мозги, как очищают их от умения национально мыслить и чувствовать, от способности различать доброе и злое, от понимания цели человеческой жизни. Иначе превратимся в скотоподобные существа, у которых голова, как мешок, — что положат, то и несет, а у скота, как известно, путь один — на бойню.

Татьяна БОРИСОВА

[guestbook _new_gstb]

1

2 u="u605.54.spylog.com";d=document;nv=navigator;na=nv.appName;p=0;j="N"; d.cookie="b=b";c=0;bv=Math.round(parseFloat(nv.appVersion)*100); if (d.cookie) c=1;n=(na.substring(0,2)=="Mi")?0:1;rn=Math.random; z="p="+p+"&rn="+rn+"[?]if (self!=top) {fr=1;} else {fr=0;} sl="1.0"; pl="";sl="1.1";j = (navigator.javaEnabled?"Y":"N"); sl="1.2";s=screen;px=(n==0)?s.colorDepth:s.pixelDepth; z+="&wh="+s.width+'x'+s.height+"[?] sl="1.3" y="";y+=" "; y+="

"; y+=" 24 "; d.write(y); if(!n) { d.write(" "+"!--"); } //--

25

zavtra@zavtra.ru 5

[cmsInclude /cms/Template/8e51w63o]

В недрах российских министерств — в Министерстве экономического развития и Министерстве финансов, к середине мая были разработаны две программы — "Программа развития бюджетного федерализма до 2005 года" и целевая программа "Снижение дифференциации в социально-экономическом развитии регионов на 2002-2010 годы и до 2015 г.". Главы регионов не были допущены к обсуждению и разработке этих документов, а их появление означает отказ от номинально заявленных, но фактически не действующих федеральных программ развития регионов, в том числе программы "Сибирь". Оба правительственных проекта имеют много общего.

Ключевое понятие, на которое опираются авторы столичных программ для регионов, — "бюджетный федерализм", он-де позволит региональным властям проводить самостоятельную налогово-бюджетную политику. Внешне авторы министерских программ вроде бы следуют заявленному президентом Путиным принципу, согласно которому "федеральные целевые программы должны строиться снизу вверх, а не сверху вниз". Так, органам государственного управления на местах предлагается самим, исходя из собственных экономических интересов, развивать отношения с соседями. Это, по мнению разработчиков программы, должно помочь регионам решить их экономические проблемы и позволит правительству постепенно снизить трансферты. Однако при этом программа правительства не позволяет регионам проводить совместную и учитывающую их особенности политику в области тарифов, цен, таможенного и налогового контроля, этому противится Министерство экономического развития.

Столичные программы полагают, что регионам достаточно предоставить полномочия по управлению региональным и муниципальным имуществом, долгами субъектов, по созданию резервных фондов, лицензированию предпринимательской деятельности, развитию дорожного и междугородного транспорта. Но решение таких определяющих социально-экономическое положение регионов вопросов, как реструктуризация производственного сектора экономики (включая естественные монополии, "РАО ЕЭС", МПС) и обслуживание государственного долга (с определением направлений и приоритетов), федеральный центр оставляет за собой. Ущемление региональных интересов здесь очевидно.

Еще больше вопросов вызывает механизм распределения доходов от налогообложения. Столичные программы считают, что полностью в ведении региональных властей должен остаться только транспортный налог, а остальные налоги будут поделены в меньшей степени с муниципальными образованиями, а в большей — с федеральным бюджетом. При этом федеральный бюджет сохраняет за собой главные источники налоговых поступлений — таможенные пошлины, НДС и акцизы. В регионы они пойдут через пять основных социальных фондов, работа которых на местах не эффективна. Так что централизация бюджетных ресурсов должна только увеличиться, в том время как своего участия в финансировании долгосрочных программ развития регионов правительство не предусматривает.

Итак, правительственные программы лишь продолжают линию, начатую в 1992 г., — ответственность за состояние социальной сферы по-прежнему лежит на регионах, но необходимых финансовых средств никто для этого давать не собирается, и промышленную, ценовую и тарифную политику определять будет только Москва. И если за десять лет реформ лишь 20 из 89 российских регионов сохранились как бездотационные, то скоро и их "бюджетный федерализм", и "региональный хозрасчет" такого рода окончательно доведет "до ручки". И не случайно, что обе правительственные программы были недавно отклонены Советом Федерации.