Чтение онлайн

В-третьих, создание республиканской администрации, с передачей ей финансовых и распределяющих функций, неизбежно приведет к огромному росту всяческих злоупотреблений и воровства, как это опять же уже не раз было в прошлую чеченскую кампанию. И, следовательно, — к нарастанию экономического хаоса в республике, разочарованию населения в России и утрате федеральным центром драгоценной социальной поддержки.

В-третьих, сам Кадыров — фигура очень неоднозначная. И союзником России его можно называть разве что с очень большой натяжкой. Всю прошлую войну он активно участвовал в боевых действиях на стороне дудаевцев. И только резко усиливающийся в республике после войны ваххабизм, фактически вытеснивший в небытие традиционный ислам и его муфтиев, заставил его перейти в оппозицию.

Но аналитиков не послушались. Кремль был буквально зачарован обещанием Кадырова добиться в ближайшие месяцы прекращения боевых действий и добровольного перехода на сторону федералов таких известных полевых командиров, как Руслан Гелаев и Арби Бараев.

Кадыров стал главой администрации Чечни. И это имело самые печальные последствия. Уже в первые три месяца им были сняты с постов и заменены или добровольно сложили с себя полномочия более 80% всех местных глав администраций. Именно тех людей, кто в самое суровое и страшное время доказал свою смелость и верность России. Те, кто, собственно говоря, Чечню поднимал из руин и возвращал к мирной жизни.

Им на смену пришли люди с далеко не безупречным прошлым и настоящим, но зато преданные новому главе. Еще совсем недавно многие из них сражались против Российских войск и прослыли "непримиримыми"…

Очень скоро начались конфликты между военными и местными властями. Армия, еще совсем недавно служившая гарантом безопасности и порядка в республике, стала едва ли не главной виновницей обострения обстановки. Армейские части и гарнизоны стремительно выдавливались из поселков в поля, а все ее действия отныне должны были согласовываться с местной администрацией. Более того, с осени 2000 года армейцы вообще не имели права действовать в населенных пунктах, этим должны были заниматься местная милиция и ФСБ.

Надо ли говорить, что это был за подарок для боевиков.

Уже с сентября 2000 года агентурные источники начали предупреждать о массовом возвращении боевиков в села и города Чечни.

Фактически там начало складываться двоевластие, когда днем — власть в руках российских комендантов и МВД, а ночью в поселках хозяйничали боевики. Все это привело к тому, что местное население перестало открыто поддерживать российскую власть и перешло на позицию сдержанного нейтралитета.

Для боевиков же поселки превратились в настоящие оазисы для легализации и организации эффективного подполья и разведки.

Ровно год назад здесь же, на сайте АПН, я писал о том, что если федеральному центру не удастся за зимний период 2000-2001 годов окончательно разгромить и ликвидировать чеченское сопротивление, то уже к следующей весне инициатива полностью перейдет к боевикам. И сегодня мы видим, что так оно и получилось. Новую зиму боевики встречают, уже очень хорошо подготовившись к ней. При этом настроение и состояние российских частей в Чечне более чем критическое.

Еще совсем недавно боевая служба в Чечне если и не была почетна, то хотя бы выгодна. Согласно обещанию Путина, солдаты и офицеры получали здесь больше тысячи долларов в месяц. Но продолжалась эта царская щедрость очень недолго. Уже к лету 2000 года "боевые" стали платить с очень большой задержкой, а число военнослужащих, кому они полагались, было урезано до полного минимума. Деньги перепадали только "спецназам", разведке да нескольким частям, несущим службу в горах.

Понятно, что такой "облом" не прибавил армии и МВД служебного рвения. Но с переходом всей операции под контроль ФСБ начался вообще полный идиотизм. Теперь с чьей-то легкой руки "боевые" распределяются по частям сверху по некой разнорядке. Например, на мотострелковый полк спускается некий "план" на месяц — оплатить не более ста пятидесяти суток "боевых". Что это значит? А это значит, что, например, разведгруппе полка, неделю провоевавшей в чеченских тылах, по возвращению всем будут оплачены как "боевые" только два дня…

При этом возникает огромное поле для всяческих злоупотреблений. Кому-то командир посчитает лишний день, а кому-то и не захочет и неделю за одни сутки учесть. Подобная "лимитА" все больше и больше озлобляет армию. Солдаты и офицеры открыто говорят, что воевать и рисковать своими жизнями при таком скотском отношении правительства к собственной армии нет никакого смысла. Боевая деятельность стремительно свертывается. И пока военные, как собаки за кости, грызутся за боевые и тихо звереют на собственное командование — правительство, боевики перехватывают инициативу. Тем более, что они совершенно не испытывают нужды в деньгах.

Уже можно констатировать, что экономическую войну, еще год назад полностью проигранную федералам, они сегодня начинают выигрывать. Правительство Ильясова сегодня ничего не может предложить чеченцам, кроме копеечных заработков в дышащем на ладан сельскохозяйственном секторе да ограниченного числа рабочих мест на нефтепромыслах. Средняя зарплата по республике не превышает двух тысяч рублей. При этом более 60% взрослого населения числятся безработными.

Зато боевики за каждый поставленный фугас выплачивают по триста-четыреста долларов — полугодовую "федеральную" зарплату. И потому сегодня в списках желающих поставить мину или фугас (а подобные списки не раз и не два попадали в руки российских спецслужб) записано народу на порядок больше, чем на местной бирже труда. Чеченцы в очередь стоят!

Быть боевиком опять становится и выгодно, и безопасно, а значит, по чеченским понятиям — престижно…

Военная кампания в Чечне начинает стремительно проседать. ФСБ, взявшая на себя управление всеми силами и средствами, благополучно эту кампанию проваливает, под бодрые реляции верного Кремлю, как пионер, Ястржембского и хмурые уверения Патрушева о том, что "все под контролем".

Но вот в Гудермесе боевики наглядно продемонстрировали России один из образцов этого "контроля".

Грядущая зима обещает быть в Чечне для Путина более чем жаркой. Продолжать кампанию теми же способами, которыми она велась весь прошлый год, — это обречь себя на бесконечное кровопролитие. Уже даже любому солдату-первогодку, воюющему здесь, ясно, что администрация Кадырова не способна не то что взять Чечню под свой контроль, но и даже просто функционировать без прикрытия российских войск. Как снежный ком, нарастает процесс "переваривания" этой администрации (особенно на местах) боевиками. По оценкам офицеров спецслужб, сегодня до 30% местных сотрудников МВД уже так или иначе связаны с боевиками, и под контролем боевиков находится больше 40% поселковых и сельских администраций.

Как сказал в приватной беседе полковник ФСБ, отвечающий за оперативную работу в одном из ключевых районов Чечни: "Сегодня положение таково, что мы можем смело начинать все заново…"

Но на это "все заново…", скорее всего, просто не хватит политической воли. И потому Кремль лихорадочно ищет более-менее безболезненные способы вырваться из чеченского капкана. Хитрый Немцов совершенно не случайно заговорил недавно о готовности выступить посредником на переговорах между Путиным и Масхадовым. Лавры Лебедя не дают спокойно спать Борису Ефимовичу. Но он поторопился опередить Кремль, а этого там не любят…