Чтение онлайн

— А как они относятся к тому, что американцы их включили в так называемую "ось зла"?

— Корейцы — народ независимый, свободолюбивый, и их угрозами не испугаешь. А что касается претензий США, то Корея действительно еще в 1998 году запустила на околоземную орбиту спутник "Кванменсон N 1". Но работа эта ведется в народнохозяйственных целях. Корея готова отказаться и от этой ракетной программы в обмен на иностранную помощь, т.е. если те же США согласятся запускать ее спутники. Но США предпочитают угрожать Корее и другим странам, делая вид, что всерьез опасаются, что они могут напасть на бедные незащищенные Штаты. Но в отношении Кореи такой шантаж вряд ли пройдет. Кстати, заявление Буша об этой "оси зла" вызвало возмущение не только в КНДР, но и Сеуле. Ведь оно "поставило под угрозу процесс нормализации отношений между двумя Кореями". Этого американцы опасаютя больше всего.

— Ты так считаешь?

— Я в этом убежден. Если Китай в

дополнение к Гонконгу и Макао вернет себе и Тайвань, объединится, как Вьетнам, Корея, (а еще надо помнить, что там есть Япония, Сингапур, Малайзия, Индонезия), то центр мира окончательно сместится в Азию, Юго-Восточную Азию. В значительной степени это дело наших рук. Мы умудрились погубить не только себя, но прежде всего старушку Европу. Мы, по существу, уничтожили совершенно уникальное евро-азиатское пространство. Ведь вместо того, чтобы перетянуть Западную Европу к себе, мы опустились до ее уровня. Потянулись к Европе, у которой нет будущего. Ей уже нечего предложить миру. Когда-то там были пасспопарные нации, но сегодня весь этот пасспопарный потенциал задушен, растрачен. Европа — это заповедник, музей окаменелостей, в котором существуют сытые извращенцы-буржуа, давно разучившиеся даже рожать детей, мечтать, умеющие только потреблять. Не случайно все эти годы европейский вакуум так усиленно заполняют афро-арабские орды.

— Говоря о Европе, я думаю, ты имеешь в виду и Америку.

— Америка — это особый разговор. Это вообще тупиковая ветвь развития цивилизации, где собраны все отбросы человечества. Это клоп, намертво присосавшийся к земному шару, который пожирает большую часть его ресурсов, энергии, а в обмен поставляет миру отходы своей жизнедеятельности. И это будет продолжаться до тех пор, пока этот клоп не лопнет, стараясь погубить вместе с собой и весь этот "шарик". Что, как не предчувствие погибели, это ее метание по миру с огнем и мечом? И если у Европы судьба такая: дряхлеть, — ведь все, что могла, она совершила, то Америка — это преступление перед человечеством.

— Мне кажется, что ты обольщен Азией.

— Я просто воспринимаю ее как данность. Но мне, белому человеку, европейцу, обидно, больно, что в решающий период мы ошиблись, сделали неправильный выбор, тем самым загнав себя, по сути, в могилу. И теперь нам остается только наблюдать, помнишь, как в той песне "Алеет Восток"? И это сбылось, Восток алеет, его народы наливаются силой, и будущее цивилизации неуклонно перемещается туда, где она, собственно, и начиналась. Это надо видеть... Китай мощно, через тысячелетия шагнул вперед, Корея готова к своему гигантскому прыжку. А мы не нашли ничего другого, как выбрать, извини меня, "пепси".

Андрей Андреев

22 июля 2002 0

30(453)

Date: 23-07-2002

Author: Андрей Андреев

НОВОЕ ПРАВИТЕЛЬСТВО (Георгия Острецова)

Из манифеста Нового Правительства.

"Новое Правительство - это идеальная модель социального существования в государстве. Любое социальное преобразование начинается в момент, когда чувствует необходимость быть свободным в своих мыслях и географическом месте действия. То есть он чувствует необходимость нарушить табуированную зону старых порядков.

Россия конца ХХ века и начала нового тысячелетия заражена политической борьбой и экономическими реформами, носящими абсурдный характер. Тем самым общество полностью деморализовано и теперь жаждет крепкой руки нового правителя.

Искусство дает прекрасную и безопасную возможность осуществить социальную утопию в образах фантастической мифологии".

Новое Правительство - проект современного московского художника Георгия Острецова. Острецов известен в среде московских художников как автор активно работающий с "актуальным политическим и социальным контекстом". К примеру, цикл о Чеченской войне. Острецов придает теме эпический характер, обусловленный суровостью и трагизмом происходящего. Острецовские солдаты российской армии воюющие в Чечне весьма условны, напоминают героев западных комиксов, однако здесь нет карикатуры, издевательства… Скорее это попытка непосредственного сопереживания судьбе простого солдата.

Проект "Новое Правительство" - реакция на социальную инертность, катастрофическую политическую ситуацию. Несмотря на кажущуюся абсурдность и фантасмагоричность проекта, это предельно серьезная работа. Другое дело, что искусство, работающее с современным материалом, исследующее современную ситуацию порой обречено на некоторый временной интервал в возможном осмыслении со стороны публики. Тем более речь идет о проекте, который носит футурологический и, в глазах многих, гротескный характер. В модели Нового Правительства предусматривается полная анонимность исполняющего обязанности членов правительства, посредством такого атрибута униформы как маска. Пригодность кандидата на пост в правительстве определяется тестированием и прохождением сложной физической и психологической подготовки. Члены Нового Правительства проходят ежегодную переаттестацию и строго следуют государственной конституции. Вне работы и без маски сотрудник правительства является рядовым членом общества, не обладающим привилегиями. Предложенная программа позволит, по мысли Острецова, избежать коррупции, а также освободить народ от недобросовестных избирательных кампаний, что позволит сохранить огромные средства, идущие на политическую борьбу и исчезающие в карманах недобросовестных чиновников.

В художественной практике сложились три типа взаимоотношений с властью - апология, противостояние и игнорирование (так называемое "искусство для искусства"). Два последних претендуя на независимость, тем не менее тоже оказываются включены в процесс взаимодействия с властью. Тем самым получается, что искусство подвержено политическим и властным манипуляциям. Любое искусство, кроме искусства, говорящего на языке этих манипуляций. Острецов считает, что он не занимается апологией или критикой, но создает иконографию власти. "Сегодня попадая во власть, человек попадает на сцену, становится актером властного театра. Если лицо будет скрыто, то люди будут видеть не человека, а функционера, как и должно быть",- говорит художник.

Власть в древности покоилась на силе, авторитете и страхе. Сегодняшняя - на soft- насилии. Власть давно уже не президент или премьер. В России это Якубович и пресса. В своем проекте Острецов настаивает на необходимости вернуть власти архаический эффект реального присутствия. Но по факту Острецов рисует нового чудовищного тоталитаризма, замешанного на полной анонимности и, стало быть безответственности власти. Это странным образом коррелируется с основной политической тенденцией в сегодняшней России. Модель корпоративно-полицейского государства ХХI века предусматривает деперсонификацию правителей - диктатуру "серых пиджаков", безызвестных советников и подпольных олигархов. "Прекрасный новый мир" Острецова сегодня в газете "Завтра".

Даниил Торопов

22 июля 2002 0

30(453)

Date: 23-07-2002

Author: Даниил Торопов

БАРОН ЭВОЛА СРЕДИ РУИН

Разрушительное шествие либерализма по России спровоцировало сторонников красного и белого антилиберальных проектов на пересмотр своего рода идеологических святцев.. Оказалось, что значительная часть магистральных персонажей того или иного проекта и существенная часть их идейных разработок либо неадекватны времени, либо давным-давно показали свою несостоятельность или просто потерпели поражение. Догматики, в идеологии и политике, обречены. А заодно с ними и их наивные сторонники, попавшие под дурное влияние. В этой ситуации большой интерес стали вызывать фигуры и идеи, в свое время в силу обстоятельств вытесненные на периферию, невостребованные в силу некоей "еретичности" по отношению к "генеральной линии". С одной стороны - Грамши, с другой - Юнгер, с третьей - Савицкий. Однако даже на таком могучем фоне выделяется итальянский философ Юлиус Эвола. Феноменальная популярность барона Эволы в России, в среде правых (не в СПСовском смысле, естественно) интеллектуалов, порой даже трудно объяснима. За десять лет "рынка" было издано всего две книги (причем далеко не самых главных), опубликовано десятка два статей (включая отрывки из книг). И тем не менее … Возможно, ответ на вопрос дает один из идеологов русской новой правой Александр Елисеев: "Интерес, вызываемый его трудами не случаен. Он заслужил его своей блестящей критикой современного мира, своей беспощадностью и абсолютным нонконформизмом, и, наконец, своей личной отвагой, готовностью продолжать борьбу в любых условиях. Вся жизнь Эволы - это яркий след в ночи, свет от пролетевшего метеора, безжалостного в своем разрушении. Под его пером рушатся многочисленные идолы прогрессизма, такие как индивидуализм, демократия, буржуазный псевдонационализм". Эвола во многом сформировал правоинтеллектуальную позицию, дал оригинальный инструментарий. Даже язык, на котором говорят сегодня новые правые, находится в серьезной зависимости от работ Эволы. "Восстание против современного мира", "героическая традиция" - все это он.

И вместе с тем. Эвола - фигура, не укладывающаяся в привычные рамки. Кажется, он весь состоит из противоречий. Его академичная, спокойная манера письма контрастирует с его жизненным темпераментом. Его строгие реакционные взгляды - с культурным авангардизмом. (Был дружен с футуристами и дадаистами, разрабатывал теорию абстрактного искусства. Ранние художественные и поэтические произведения до сих пор привлекают широкое внимание). Как мыслитель, Эвола не был особенно известен в годы своего творческого "акмэ"(30-60гг. прошлого века) . Однако влияние его идей заметно даже в работах оппонентов. Критические - по отношению к капиталистической системе, к "мягкой тоталитарности" демократических режимов - идеи были востребованы новыми левыми философами. Эвола задолго до Барта и Бодрийара исследовал феномен Америки как особого мира. Его доктрина "оседлать тигра" лет на пятьдесят предвосхитила обсуждаемую сегодня в кругах леворадикальных художников стратегию непрямого действия. Хотя Эвола, безусловно адресовывал свои работы иным читателям. Его, мягко говоря, скептическое отношение к разного рода "бунтарям и р-р-революционерам", от битников до экзистенциалистов, хорошо известно. Эвола обосновывал легитимность революции, "если она направлена против той цивилизации, где все отныне лишено высшей оправданности, пусто и абсурдно, механизировано и стандартизировано, и которая неудержимо стремится к торжеству подчеловеческих реальностей в мире аморфного количества".Однако бунт ради бунта или проект революции во имя триумфа сломанного индивида, "которому удалось успешно интериоризировать и использовать репрессию и агрессию"(Маркузе) Эвола решительно отвергал. На его знаменах были -высшие принципы, идеалы иерархии, "кристальная ясность, окрыляющая простота, легкость духовной радости свободной игры".