Чтение онлайн

Механизм извлечения пользы из государственных компаний им хорошо освоен в бытность генеральным директором ЛОМО. На самом деле он прост, как все гениальное: при государственных компаниях создаются крошечные частные фирмы — для посреднических услуг. Затем все организации объединяются в холдинг, где руководящую роль начинает играть именно маленькая частная контора. А во главе госпредприятий ставят своих людей, что обеспечивает полный контроль над менеджментом (а значит — над финансовыми потоками) в масштабах всего холдинга.

Президент, видимо, понял, что деятельность куратора ВПК не во всем соответствует интересам государства, но его решение по Клебанову опять страдает половинчатостью: тот лишен должности вице-премьера, но сохранил министерский портфель. У министра, конечно, меньше возможностей, чем у вице-премьера, но изворотливый бизнесмен (а Клебанову изворотливости не занимать) еще найдет возможность преподнести "сюрприз" своему президенту.

Аналитики ожидали изменений в правительстве по истечении "ста дней" президентства. Потом через год. Через два. Уже не ждут. Даже после теракта на Дубровке. Между тем, правительство подготовило было президенту ценнейший предвыборный подарок — проект Закона о реформировании ЖКХ, по которому все нынешние льготники, в том числе ветераны труда, ветераны военной службы, сельские учителя, врачи и масса других категорий населения общим числом свыше 26 миллионов человек — лишаются своивсех льгот. Если учесть, что сегодня у черты бедности (по ту или другую сторону) находится более 38% населения, что задолженность по зарплатам растет и превысила 36 млрд. рублей, — такой Закон, будь он принят Госдумой, Советом Федерации и по недосмотру подписан президентом, был бы крайне "своевременным": он лишил бы президента голосов примерно половины населения страны. Видимо, правительству все же дали понять, что так поступать негоже, и 26 ноября оно представило в Думу новый вариант Закона, в котором уже не шло речи ни об ущемлении льготников, ни о стопроцентной оплате коммунальных услуг.

Между тем, деньги на все необходимые расходы и даже на развитие полноценной экономики в современной России есть. Только не надо от них отворачиваться. Раньше все было просто — на нефтяной и газовой трубах "сидел" весь Советский Союз. И ничего, трубы выдерживали. Но сегодня на них "сидит" сотня олигархов, отстегивая всем остальным лишь то, что уже не вмещается в их собственные карманы.

Тема "отъема" денег у олигархов не оригинальна. Об этом вот уж сколько лет говорят экономисты, которых только из-за этого и называют "экономистами левой ориентации" (С.Глазьев, Д.Львов и др.). Однако они вовсе не предлагают просто по-большевистски прийти и отобрать у крупных частных корпораций все, что у тех имеется в России и за рубежом. Мало того, они не предлагают отбирать даже то, что оказалось в руках этих корпораций благодаря их жульничеству в период приватизационного бума. Они просто пытаются убедить российское правительство перейти на такие отношения с сырьевыми корпорациями, которые приняты почти во всех развитых демократических государствах. А эти отношения предполагают, как минимум, изъятие в бюджет так называемой природной ренты, которую олигархи присвоили себе без всяких законных оснований. По расчетам С.Глазьева, только одна эта мера позволит увеличить поступления в бюджет почти в полтора раза.

Правительство М.Касьянова, однако, никогда не пойдет на ущемление интересов олигархов (если, конечно, на него не окажет давление президент). Скорее оно начнет вновь искать необходимые средства в карманах населения, форсируя переход к 100-процентной оплате жилья и коммунальных услуг, повышая тарифы на газ, электроэнергию и т.п. Но, во-первых, карманы эти уже пусты и, во-вторых, как показало "воронежское противостояние", в нынешних условиях этот путь для властей небезопасен.

Получается заколдованный круг: с населения взять точно нечего, а олигархов обижать вроде бы нельзя. Однако, если власть готова ради реализации новой "Концепции национальной безопасности" пойти на слом существующей системы отношений "власть—бизнес", ей придется "наступить на горло собственной песне". Хотя это и трудно, как показывает первая слабая попытка, сделанная весной прошлого года, главой Минэкономразвития Г.Грефом, который высказался за частичную интеграцию в новый бюджет ряда положений так называемой "программы Глазьева-Ишаева" (введение налога на пользование природно-ресурсной рентой, "мягкая национализация" экспорта энергоресурсов, особенно нефти). В ответ вице-премьер, министр финансов и тоже формальный "питерец" А.Кудрин квалифицировал меры, предлагаемые Г.Грефом, как самоубийство режима и конец российских реформ. Создается впечатление, что правительство видит в "курсе реформ" всего лишь инструмент обогащения олигархов и, не исключено, что связанного с олигархическими структурами каналами личного и корпоративного обогащения.

Этот непрерывный "пир во время чумы", которым вот уже второй десяток лет беспечно занимается российское чиновное сословие, по всем параметрам приближается к своему логическому завершению. Повторим, что finita la comedia лишь ненадолго оказалась отсроченной благодаря благоприятной ценовой конъюнктуре 2000-2002 годов на энергоносители. Когда и в каких конкретно формах произойдет массовое бегство этого прожорливого псевдобратства от опустевшей федеральной кормушки, сегодня достаточно сложно предвидеть — тем более, что стоимость нефти в начале 2003 года поднялась до "заоблачных" высот, превысив планку 30 долларов за баррель. Но в том, что оно состоится и будет во многом паническим, сомневаться уже не приходится. А значит, на повестку дня сам собой становится вопрос о предотвращении этого процесса или, по крайней мере, необходимом уровне контроля за ним. Созданная Путиным система "властной вертикали", к сожалению, не обладает потенциалом для выполнения этих функций, а потому не может считаться жизнеспособной.

* "E pluribus unum" (Во множестве единство) — одна из легенд на долларовой купюре США.

7 января 2003 0

2(477)

Date: 05-01-2002

Author: Александр Брежнев

«ПЕРЕКОС»

Мой знакомый Саша Яковлев должен был призываться в армию в 1996-м году. Тогда он служить не хотел, как и все его одноклассники. Как раз тогда просадили войну в Чечне, Лебедь подписывал капитуляцию. Тысячи солдатских смертей по всем перевалам, дорогам и кварталам Грозного были растоптаны в Хасавюрте… Идти в армию было ни к чему. Друзья и посоветовали: не надо заниматься членовредительством, ломать пальцы, руки, ноги. Проще косить под психа.

Саша "грамотно" отвечал на все вопросы психиатра на медкомиссии в военкомате, в анкету писал полный бред. А когда врачиха спросила, драчливый ли он, вскочил и имитировал удар табуреткой по голове этой самой врачихе. Тут ему и сказали: ступай, мол, домой, в армию тебе нельзя.

Прошло шесть лет. Александр закончил школу, выучился в ПТУ. Сейчас работает сварщиком. Зарабатывает не очень много, но хорошо оделся, имеет мобильник. Нигде и никогда у него не возникало проблем с паспортом, где не было военкоматской отметки. Не пьет, а значит, не попадает в дурацкие ситуации.

С октября 2001 года он стал заниматься борьбой в клубе "Кладенец", что на Беговой. Руководитель клуба, майор милиции в отставке Величко подготовил немало отличных бойцов, многие из них сейчас служат в "Скифе" и других спецназах. И из Александра тренер тоже сумел воспитать хорошего борца и патриота. А друзья по клубу много рассказывали парню о службе в армии. Объясняли, что такому, как Саша, она пойдет на пользу. Да и армии необходимы сейчас такие, как он. А главное, Саша понял сам: Родину надо защищать, у нее сегодня так много врагов…

Пошел в свой родной объединенный военкомат Головинского района. Ходил почти месяц, пока не застал, наконец, военкома. Сознавался, что в 96-м году "косил", а теперь просится в армию. В военкомате сказали, что пока не снимут "статью"-диагноз, в армию нельзя. Надо пролечиться, хотя бы формально пройти курс, а потом — новую комиссию.

Пришлось ехать в стационар, взяв путевку из психоневродиспансера. В стационар, слава Богу, не положили, хотя и угрожали несколько раз. Вообще, Яковлева здесь постоянно вводили в заблуждение. Вечером скажут: приходи наутро с вещами, будешь ложиться. Весь вечер собираешься, утром тащишь за собой тяжеленную сумку с едой и книгами, а врачи "берут анализы" и отправляют домой. И так несколько раз. Может, это был такой способ психологического давления — провоцировали на срыв? Но все испытания Александр выдержал героически, никому не нагрубил.

Наконец, дошло дело до комиссии. Александр добросовестно отвечал три раза на все вопросы анкет. Но врач Елена Викторовна, прочитав, смяла и порвала его листки: ответы были слишком "нормальными". Далее она сама заполнила анкеты, "как надо". К диагнозу "психа" приписали еще и скрытность…

Полный абсурд начался на самой аттестации. Перед Александром по очереди ее прошли несколько человек. Все они собирались "косить". В кабинете прямо говорили врачу, что не хотят служить, и радостные выходили с диагнозом 7-Б — психопатами. Настал черед Александра. Он заявил, что хочет служить в армии, что в 96-м году совершил ошибку, которую сейчас мечтает исправить. У него отец — военный, дед воевал в Великую Отечественную.

В ответ замглавврача прямо сказал, что это желание ненормально. Сейчас, мол, хотят служить только идиоты. И Яковлева, действительно, необходимо лечить. То есть выходило, что его желание защищать Родину говорит о "расстройстве личности и мышления". Когда диагноз был утвержден, Александр спросил: а что, офицеры — тоже психи? Яковлев уверяет, что замглавврача, представившийся Нарышкиным Андреем Владимировичем, ответил: "Да, они все психи и их надо лечить". Александра же отправили получать "белый билет", а потом новый паспорт.