Чтение онлайн

С Женей вышло несколько по-другому: здесь сыграла роль ведомственная кооперация российских и молдавских спецслужб. Весной прошлого года Женя выступил на местном телеканале "Месаджер", где чуть не дошло до драки с Рошкой, а у Рошки свои люди в службе безопасности Молдавии. "Розовый" Воронин, как редиска, красный снаружи и белый внутри, не смог очистить спецслужбы от сторонников "великой Румынии".

— Мне Воронин напоминает скорее ложный шампиньон: со всех сторон благороден, а колупнешь — зашатаешься от дурного запаха.

— Похоже на то. Так вот, выследить человека и "сдать" его зарубежным коллегам не составляет труда. Получается, что русского активиста "убрали" руками русских, притом проделали это крайне грубо, топорно. Я не знаю, могут ли теперь Грызлов и Патрушев с чистой совестью именовать себя русскими.

На видеозаписи митинга 15 сентября видно, что ни Голубович, ни Николаев в избиении старлея Романенко участия не принимали. Более того, Жени вообще не было в кадре! Ну, кто-то приложился древком флага к ментовской голове — но так должен был поступить каждый порядочный человек (помните, какая эйфория царила в обществе, когда депутат Дёмин отколотил милиционеров бейсбольной битой? Рейтинг он себе уж точно поднял). Зато нацболка Настя Удальцова, жена лидера АКМ, рассказывала, что за Женей постоянно следил, как она выразилась, "козёл в штатском". Такой же “козёл” следил и за Голубовичем. И когда Лёша, Женя и Настя пошли выручать задержанных друзей (а ведь Женя — юрист), их задержали омоновцы, отделили от прочих задержанных, страшно избили, долго возили по закоулкам. А потом предъявили вздорное обвинение в сопротивлении представителю власти, бросили в камеру. Настю от тюрьмы спасло только то, что у нее на иждивении 6-месячный ребенок.

— Дальнейшее известно: нарушения в процессе следствия, обвинительный уклон суда, полнейшее игнорирование доводов защиты.…

— Еще в самом начале, когда я требовал привлечь к ответственности омоновцев за избиение ребят, следователь Маковский с издёвкой заявил: ну, "сотрудники" ведь были в масках, если опознаете, тогда и заведем уголовное дело… Убийственная аргументация! Но больше всего поразили не паскудное ерничанье следователя, и даже не ангажированность судьи Сташиной, после судилища потерявшей всякое право называть себя женщиной. Больше всего меня сразила фраза прокурора Цыркуна: "Я исполняю закон, но как мне прикажут, так я и сделаю".

Короче говоря, налицо тупость, мерзость и подлость российской "правоохранительной" системы. Не зря ведь родители, отпуская вечерами детей на улицу, боятся отнюдь не бандитов, а родную доблестную милицию. Именно благодаря тем, кто вроде бы призван нас защищать, мы с женой отметили серебряную свадьбу вдвоем, без сына.…

Подготовил тов. Опер

Эдуард Лимонов

10 июня 2003 0

24(499)

Date: 10-06-2003

Author: Эдуард Лимонов

ПИСЬМО НА ВОЛЮ

Тюрьма шумит от двери до двора.

С утра вползает влажная жара

И выползает мокрый влажный зверь

Чтобы в окно протиснуться теперь.

Тюрьма гудит, кричит и говорит

Тюрьма ключами ковано стучит

На cуд-допрос

на Бледный Страшный Суд

Нас пацанов испуганных влекут.

Тюрьма живёт, вся мокрая внутри

В тюрьме не гаснут никогда, смотри!

В тюрьме ни девок нет, ни тишины

Зато какие здесь большие сны!

Тюрьма, как мамка, матка горяча

Тюрьма родит, натужная, кряхча

И изрыгает мокрый, мёртвый плод

Тюрьма над нами сладостно поёт:

"Ау! Ау-у! Ау-у-у! Соу-у-у-у! У-ааа!

Ты мой - пацан, ты мой, а я мертва

На суд-допрос,

на Бледный Страшный Суд

Тебя, пацан, вставай, пацан, зов-у-ут"

10 июня 2003 0

24(499)

Date: 10-06-2003

«KROSSA LETTISK FASCISM!»

24 мая в Стокгольме возле посольства Латвии прошел национал-большевистский пикет. Рассказывает его организатор — шведский нацбол Слава.

"К месту проведения пикета я добирался на метро с НБ-повязкой на рукаве. Пассажиры пялились на меня и "шептались" довольно-таки громко: "Rasse!" (Расист). Одна женщина, увидев значок со Сталиным на моём рюкзаке, воскликнула: "Да нет, это сталинист!" Ничего, скоро будут знать, кто такие нацболы.

Ментовская машина уже стояла около здания посольства. Увидев меня, полицейские сразу вышли из машины и направились в мою сторону. Пожали мне руку, убедились, что я ответственный за пикет. Вслед за полицейскими подошёл ещё один человек, я сперва решил, что это прохожий, и собрался вручить ему листовку. Но мужик оказался работником посольства — красная морда, испуганные недоумевающие глаза, пялившиеся на флаги и на серп и молот у меня на футболке. Он начал гнать на меня по-шведски: "Убирайся отсюда! Убирайся отсюда!" Я уже хотел было чисто по-русски выложить ему всё, что о нём думаю, но тут вмешались менты, которые спокойно объяснили: "У этого молодого человека есть разрешение на демонстрацию, и вы не имеете права с ним так разговаривать, он никуда не обязан уходить до конца выделенного ему времени!" Латыш поспешно удалился.

Подошёл мой, скажем так, личный состав — из пяти человек: два комсомольца-шведа, которые выразили желание вступить в НБП, женщина по имени Лилия, которую из Латвии вместе с семьёй выперли, и ещё один русский, симпатизирующий НБП. Мы развернули транспарант "KROSSA LETTISK FASCISM!" (СМЕРТЬ ЛАТЫШСКОМУ ФАШИЗМУ) и стали раздавать листовки — кстати, довольно-таки много листовок раздали. Листовки содержали в себе 3 главных пункта, по которым Латвия определялась, как фашистское государство: 1.Притеснение 600 тысяч русскоязычного населения. 2.Судебные процессы над ветеранами-антифашистами. 3. Репрессии против антифашистских партий в Латвии, активнейшей из которых является НБП (двое нацболов, Артур Петров и Раймонд Крумголд, сидят в тюрьме по вымышленному обвинению в терроризме). Такую же листовку, с подписью по-русски "Смерть фашистам! НБП", я вручил представителю посольства в виде петиции.

Цель акции была достигнута. Посольство Латвии было повергнуто в шок, ну не ожидали они появления нацболов на Западе, отсюда такая растерянная реакция работников посольства.

Борьба против латышского фашизма на этом, естественно, не закончится: как поётся у Летова "Пока мы существуем, будет злой гололёд..."

Славян

10 июня 2003 0

24(499)

Date: 10-06-2003

КАМЕННЫЙ КОРАБЛЬ (Документальная пьеса N.N. в трёх действиях)

Действие первое. Картина первая

Светит солнышко. Дворцовая площадь Санкт-Петербурга. Праздник. Море праздного народа, который толком не знает, чем себя занять. Общее внимание привлекает сцена: три милиционера конвоируют скомороха, одетого в шкуру медведя. Возле Александрийского столпа беседуют трое: обозреватель "Завтра", хмурый питерский рокер, похожий на пирата, и заезжий философ, заносящий в записную книжку впечатления.