Чтение онлайн

Почему я не прошел такого обучения? Причин тому – очень много. Главная из них – я никогда не стремился работать на танкерах. Я видел, как они взрываются и сгорают дотла. Кстати, такой взрыв произошел в 2011 году недалеко от Нижнеянска, от того самого места, в котором я в настоящий момент устраивался работать на теплоход под названием «Маяк». Взрыв танкера – крайне редкое явление, но иной раз подобное в жизни происходит.

В отделе кадров перечислили названия судов, на которых тогда были свободные вакансии. Из всего этого списка мне предстояло выбрать судно, на котором я планировал работать в дальнейшем. При выборе судна я обращал внимание на очень многие факторы. Для меня был важен район плавания судна, тип судна, задачи, которые оно выполняет. Я проработал на флоте немало лет, поэтому очень хорошо знал имена капитанов, от которых постоянно уходят люди. Очевидно, эти люди уходили не от самой хорошей судовой жизни. Люди от хорошей жизни никогда и никуда не бегут. Поэтому личность капитана также являлась фактором моего выбора. Немногие люди хотят работать у плохого капитана, и я всегда учитывал это, прежде чем пойти работать на то или иное судно. Я всегда выбирал себе судно, руководствуясь комплексом вышеназванных факторов.

Глава 11

Два маяка

В тот момент я выбрал судно и пошел работать на теплоход исключительно из-за его названия – «Маяк». Почему я тогда выбрал именно «Маяк»?

Мой выбор был тесно связан с русским писателем А.С. Новиковым-Прибоем и его книгой «Капитан первого ранга». В этой книге есть небольшой отрывок, где говорится о роли маяка в судьбе корабля и в жизни человека. Автор пишет о том, что корабль может взять свой курс на тот или иной маяк и всегда будет придерживаться выбранного курса. Этот корабль всегда будет на пути к своему маяку, даже если этот путь будет очень опасен, если будет лежать через бури и штормы, он все равно будет идти к своему маяку, пока не дойдет. На первый взгляд, это не рационально и недальновидно: ведь проще бурю обойти или подождать, пока она пройдет мимо. В этом же отрывке речь идет о роли маяка в жизни человека: если у человека есть мечта, его истинная мечта, то тогда в его жизни она будет играть роль настоящего маяка. И этот человек будет всегда идти к своей истинной мечте, к маяку своей жизни, несмотря на все возникающие на этом пути трудности. Человек будет идти до тех пор, пока не дойдет до своей мечты, до своего долгожданного маяка.

Мой читатель знает о том, что мне в свое время очень хотелось попасть на Крайний Север. Это была очень давняя заветная мечта, которая появилась у меня в ранней юности. Конечно, моя юность уже давно прошла вместе с давней мечтой. Но на Крайний Север я все-таки попал, и мне просто вспомнился этот отрывок про мечту человека и про его маяк. Я вспомнил об этом именно в тот момент, когда мне в отделе кадров назвали судно с названием «Маяк». Наверное, поэтому я и пошел на него работать.

Но вернемся к писателю А.С. Новикову-Прибою, его творчеству и его книге под названием «Цусима». Иногда человек совершенно случайно открывает для себя очень хорошие книги. Иногда ты подходишь к книжному шкафу, чтобы выбрать себе что-нибудь почитать, и в этот момент тебе на глаза попадается неброская и с виду ничем не примечательная, старая потрепанная книга. Открываешь эту книгу и на её загрубевших от времени страницах находишь повествование о событиях давно минувших дней. В книге «Цусима» речь идет о русско-японской войне, о походе нашей Второй эскадры во Владивосток с 1904 по 1905 годы. Это было ещё в Российской империи, а мы – уже Россия будущего. Это очень интересная книга. Всем рекомендую её почитать.

Я пошел работать на теплоход под названием «Маяк».Так началась моя навигация 2017 года. По своему назначению теплоход «Маяк» представлял собой тот же самый трактор, но только на воде. Трудно сказать, какими функциями он был наделен по документам, но фактически использовался как шаландировщик, как толкач и как буксир – три в одном. Это просто незаменимое судно, способное выполнять самые разные поставленные перед ним задачи.

В отделе кадров я закончил все свои дела по трудоустройству и оказался абсолютно свободен, предоставлен самому себе. На следующий день мне предстояло приступить к работе на теплоходе «Маяк». А до завтрашнего утра у меня было предостаточно свободного времени. Сначала я хотел пойти обратно в общежитие, но там все равно было нечего делать. В полном разгаре рабочий день, и в общежитие было пусто. Я хотел пойти в общежитие и отдохнуть после тяжелой бессонной ночи, проведенной в дороге. Усталость уже сильно сказывалась на мне. Вместе с тем я хорошо понимал, что если пойду спать прямо сейчас, то проснусь уже ближе к вечеру, а ночью опять не усну. А это значило, что следующую ночь я бы мог вновь провести без сна, притом что с раннего утра мне предстояло выйти на новую работу.

Я решил не нарушать режим, а побороть свою усталость и подождать до вечера, чтобы уже вечером нормально, как все, лечь спать, а утром вместе со всеми выйти на работу. Это позволяло мне выйти на работу бодрым и полностью отдохнувшим, а также снижало риск несчастного случая на производстве. Ведь отдохнувший человек всегда гораздо внимательнее, чем уставший, который может где-то, что-то недоглядеть. Позже этот человек будет горевать и сокрушаться, но оторванный палец или даже всю руку уже обратно не вернуть, тем более при скромных возможностях медицины на Крайнем Севере.

До вечера у меня было довольно много свободного времени. Свободное время – это не проблема. Проблема состояла в том, чем себя занять до вечера. Я решил сходить на «Маяк», на тот самый теплоход, который я выбрал для работы. Это была хорошая идея, которая позволяла не только до вечера время скоротать, но и заранее познакомиться с судовым экипажем, в которым мне предстояло работать следующие пять месяцев.

Глава 12

Весенний судоремонт

В затоне на всех судах полным ходом шел весенний сезонный судоремонт. Все члены экипажей находились на своих рабочих местах. Все судовые экипажи занимались подготовкой судов к предстоящей навигации. Я решил не возвращаться в общежитие, а отправился разыскивать место стоянки теплохода «Маяк», которому предстояло стать моим новым домом на следующие пять месяцев.

Весеннее полярное солнце стояло высоко в небе, ярко светило, но мало грело. Вокруг лежал весенний, уже подтаявший сероватый снег, который ещё хранил следы зверей, людей, автомашин. Недалеко виднелись контуры массивных кораблей, частично закрывающих собою линию горизонта. Место стоянки своего теплохода я искал не долго. Для меня было очень важно заранее познакомиться с его судовым экипажем.

На флоте я проработал немало лет, очень хорошо знал многих работников, но далеко не всех, работающих на Северном флоте. В первую очередь, я очень хорошо знал многих флотских с большим стажем работы. Наш флот тоже слухами полнится, поэтому мы все не только знали друг друга, но еще и очень многое знали друг о друге, зачастую заочно, еще до момента личного знакомства. Например, мы очень хорошо знали, кто из нас и где успел завести роман с судовым поваром и так далее. Если люди полгода живут на одном судне в тесном контакте, на виду друг у друга, они очень многое узнают друг о друге.

И юмора там всегда хватало, без него на флоте никак нельзя. И люди там были очень разные. За полгода совместной жизни приходилось наблюдать всякое. С каждым годом работы встречаешь и узнаешь все больше новых людей и все лучше узнаешь тех, кто имеет большой стаж работы на флоте. Каждый год на флоте появляются новые люди, например, практиканты.

В каждом судовом экипаже постоянно встречаешь абсолютно новых людей. Поэтому я совсем не удивился, что имена людей, работающих тогда на теплоходе «Маяк», были мне незнакомы. Я совсем не знал тех, с кем мне предстояло работать, поэтому пошел знакомиться с судовым экипажем теплохода. Теплоход находился на месте замыкающего в одной из двух «ниток» судов, которые были вытянуты по прямой, параллельно друг другу. Одно судно находилось сразу за другим, они стояли параллельно друг другу, находясь при этом на заданном и безопасном расстоянии.

Такая расстановка судов была чрезвычайно целесообразна. Весной, во время весеннего ледохода, впереди этой нитки всегда находились наиболее крупные суда с мощным корпусом, которые принимали на себя основной натиск льдин. Таким образом они заслоняли собою средние по размеру суда, которые были стальными тросами прикреплены к более крупным. Средние суда всегда находились позади более крупных судов. Они, в свою очередь, заслоняли собою более мелкие суда, которые прикреплялись стальными тросами к корме средних судов. Более мелкие по размеру суда всегда были позади средних и крупных судов, которые и заслоняли их от давления льда. Так была сформирована вся нитка судов. Её назначение – оградить более мелкие суда от пагубного воздействия льда во время весеннего ледохода.

Необходимость такого построения была тесно связана с отсутствием тихого затона, в котором корабли могли бы переждать весенний ледоход. Тихого затона не было здесь с советских времен. На это были свои серьезные причины. По тем же причинам не было смысла делать тихий затон и в настоящее время. Впрочем, последние восемьдесят лет наши люди с лёгкостью обходились без тихого затона. Северные суда становились на зимовку в русле реки Яна. Там же они встречали весенний ледоход, от которого им некуда было деться.

Мне не раз приходилось бегать по палубе с огромным багром в руках, с помощью которого я отпихивал гигантские льдины, направляя их мимо -вдоль нашего корабельного борта. Я отпихивал только те льдины, которые могли попасть под наш судовой корпус или же упереться в его носовую часть. Стоит только одной льдине упереться в корпус судна, как на нее наедет другая льдина, за ней – следующая и так далее. Вся эта масса льда начнет постоянно расти и давить на корабль, что явно к хорошему привести не может. Из-за этого стальные тросы и морские канаты иногда рвались как тонкие нити, из стальной корабельной палубы вырывались приваренные кнехты. Такова необузданная сила и мощь нашей природы.