Чтение онлайн

Вивиан не замечала, как с разных сторон к ней подступали люди в плащах, обходя толпу, внимание которой было приковано к народному памятнику, символу труда и самоотверженности первого класса. Статую в одиночку методично колотила невысокая щуплая девушка в рабочем комбинезоне. Она обрушивала град ударов и пинков на статую, которая не давала сдачи и не реагировала никак на свирепость Ви. Обломанные пальцы статуи оказались единственным повреждением.

Короткие черные волосы Виви растрепались и кололи глаза, пот проступил на лбу, а статуя все не поддавалась, будто насмехаясь над девушкой. Та замахнулась кулаком и ударила прямо в область паха одного из запечатленных работников, вызвав оглушительный гул по периметру, хруст собственных пальцев и проступившую кровь на костяшках.

По инерции девушку откинуло назад, она упала, ободрав правую ладонь. В этот момент ее окружила стража.

– Немедленно прекратите противозаконные действия.

Двое патрульных подошли со спины и начали заламывать руки девушки за спину. Та завопила на всю площадь, отпихнув локтем одного из стражников, а второго ударила затылком в нос. Она ощетинилась и зарычала на всех окружающих, кинувшись на следующего патрульного, схватив его руками за туловище и протаранив им толпу. Он пытался избавиться от железной хватки девушки, но та сжала его будто намертво, толкая, пока стражник не споткнулся о чью-то тележку с бижутерией и не свалился на железную пластину на земле.

Виви, не помня себя от бешенства, села на него верхом и впечатала в лицо кулаком пару раз, один раз промахнувшись. Ее грубо схватили и оттащили от стражника, но она продолжала молотить кулаками по воздуху и дергать ногами в попытке кого-нибудь задеть. Один из патрульных поспешил достать транквилизатор, но его отвлек жуткий визг, который раздался в паре метров от них.

А затем волна из десяти-пятнадцати молодых ополченцев с красными банданами кинулась в бой, превращая задержание Ви в настоящую массовую потасовку с представителями правопорядка.

Пятеро сразу же отбросили двоих стражников, державших Вивиан в своих тисках. Оставшиеся четверо патрульных были не в силах управиться со шквалом лютого сопротивления, которое грозилось окончиться кровавым мордобоем.

Когда ополченцы оттеснили патрульных, прикрыв собой Ви, которая тоже кидалась в драку, запястья патрульных запищали. Запрет на применение бластеров был снят. За плащом к темному ремню у каждого патрульного был прикреплен белоснежный продолговатый бластер, стрелявший парализующим зеленым разрядом и умерщвляющим синим.

Вивиан готова была стойко принять свою гибель, но несколько ополченцев прикрыли ее, выставив вперед самодельные черно-красные бластеры.

Началась перестрелка, и люди с криком хаотично побежали в разные стороны.

Ви могла расслышать громкий командный голос одного из патрульных:

– Задеты гражданские! Повторяю, задеты гражданские!

Рядом с ней материализовался один из ополченцев в красной кожаной куртке и с волосами выжженного русого цвета. Он громко скомандовал своим:

– Они будут отступать. Вызвали наряды. Надо уходить. Сейчас!

Как отлаженный механизм, все пятнадцать участников потасовки тут же разделились на небольшие группы и растворились в толпе, продолжая отстреливаться из-за перевернутых тележек и ларьков.

Ви потянул за собой парень в красном, под общий шум и хаос увел ее в переулок, где они долго петляли между двумя жилыми стеллажами, а затем резко остановились у самой границы Кварцевой площади. Парень постучал два раза по металлической плите. Стук вышел гулким и отдавался эхом внизу.

Повстанец резво вытащил складной нож, успевая озираться по сторонам, и, присев, ловко и проворно стал вскрывать плиту, которая была расшатана и слабо припаяна к металлическому покрытию земли.

Ви слышала вдалеке голос дневного патруля, звучавшего через громкоговоритель. Ее дыхание сбилось, шумело в ушах, костяшки пальцев правой руки опухли и гудели от боли. Девушка кровожадно оскалилась: «Пальцы за пальцы, вот как?».

– Эй, – послышалось снизу, и Ви увидела, что парень разобрался с плитой, под которой простиралась темная бездна. – Прыгай, и пошустрее.

Незнакомец глядел на нее снизу вверх, выжидая, пока девушка воспримет команду.

Вивиан плохо понимала, что она делает, но решила, что иного выбора нет. Оттолкнувшись, Вивиан прыгнула в зияющую холодную пустоту.

Приземление вышло жестким, Ви пришлось присесть, но ноги выдержали. Теперь она находилась в бесконечном темно-зеленом туннеле, похожем на те многочисленные трубы-черви, по которым работники заводов и фабрик покидали промышленную зону. Одно отличие – здесь было сыро, отовсюду стекали сточные серые воды.

Рядом послышался гулкий шлепок: повстанец приземлился аккурат возле нее и кивнул:

– Плиту закроют позже. Надо идти. В этой части труб не безопасно.

Вивиан не задавала вопросов. Пока что. Она молча последовала за незнакомцем, подозревая, что тот ведет ее в скрытый лагерь ополченцев.

Вскоре их накрыла кромешная тьма. Электричества не было в этой части труб, но парень шел твердо и уверенно, будто темень была его давним знакомым и вела его в нужную сторону сама. Ви приходилось идти вплотную к его спине, чтобы не оступиться и не упасть прямо в грязные лужи.

– Так, еще на два уровня вниз, – внезапно раздался его голос, но Вивиан понятия не имела, о чем он говорит.

Как бы Вивиан не пыталась напрячь зрение, слегка привыкшее к непроглядной тьме, она не сумела разглядеть, куда дальше вела труба. Но вскоре парень вновь заговорил:

– Тут крутой спуск по винтовой лестнице. Лучше положить руку мне на плечо, иначе свалишься и вывихнешь шею.

Вивиан к совету прислушалась и сделала так, как велели. Ткань, подделанная под кожу, неприятно заскрипела под шершавой ладонью девушки.

Они спускались медленно, ступенька за ступенькой, и у Вивиан неожиданно почти началась паника: потеря пространственной ориентации, клаустрофобия и ощущение бесконечности спуска.

Спустя долгое время, когда ноги уже начали неприятно гудеть от напряжения, они вступили на ровную поверхность, было так же темно.

– Почти на месте, – осведомил ее личный проводник.

После лестницы они резко ушли вправо, игнорируя прямой путь, и голос парня вновь послышался в паре сантиметров:

– Сейчас надо будет протиснуться в очень узкий коридор. Не бойся, он короткий.