Чтение онлайн

История знает случаи, когда юдофобией «вдруг» заболевали люди талантливые, незаурядные. Сейчас речь пойдет о человеке, с именем которого связаны кровавые еврейские погромы в Украине в годы гражданской войны, ставшие репетицией Холокоста. Способный журналист и оратор, наделенный большим организаторским даром и немалым честолюбием, стойкий в часы испытаний, Симон Петлюра стал символом борьбы за «самостийную», т. е. независимую, Украину — в глазах одних, символом жестокого, варварского антисемитизма — в глазах других.

В революционную эпоху, как ни в какую иную, ощущается жаркое, хмельное, порою смрадное дыхание истории, призвавшей для исполнения своего очередного акта внуков и правнуков тех, кто лег костьми на этой же сцепе в предыдущие века. Теперь их тени с горьким недоумением наблюдают, как потомки, начав с отважной попытки выйти на светлый, нехоженый путь, скатываются в старую, разбитую колею, пропитанную кровью их пращуров.

Насколько мне известно, ни современники, ни последователи С. Петлюры не создали его жизнеописания. Конечно, это не случайно. Я не задаюсь целью восполнить досадный пробел. Цель данной работы и шире, и скромнее: на основании архивных материалов, воспоминаний и исторических исследований предпринята попытка выяснить истинное отношение С. Петлюры к евреям и меру его вины в их зверском истреблении. Но это лишь часть проблемы.

Почему без избиения евреев не обошлось ни одно освободительное движение в Украине? Каковы плоды этих «героических» акций? Все ли шли этой проторенной дорогой? Что мог сделать и что реально сделал С. Петлюра — вот основные вопросы, нас занимавшие. Параллельно исследовался вопрос, возможно, не менее важный, и удалось, как мне кажется, выявить существенную, но пока не исследованную причину антисемитизма как такового.

СВЕТЛОЙ ПАМЯТИ

МОИХ РОДИТЕЛЕЙ

Интродукция

«І не встануть з праведними

Злиі з домовини.

Діла добрьіх обновляться,

Діла злих загинуть». Тарас Шевченко. «Давидові псалми»

Симон Петлюра был застрелен Шоломом Шварцбардом (Шулимом Шварцбурдом — согласно документам Балтской городской управы от 3 декабря 1891 г.) в полдень 25 мая 1926 г. в центре Парижа, на улице Расин.

Осенью следующего года суд присяжных в Париже объявил Ш. Шварцбарда невиновным в убийстве, тем самым признав совершенное им не уголовным преступлением, а актом исторического возмездия.

Споры о законности и справедливости такого решения не затихают до сих пор. Защитники С. Петлюры упорно доказывают, что Верховный атаман совершенно не повинен или повинен лишь косвенно в погромах, так как сам он антисемитом не был. Этическая и юридическая несостоятельность подобной позиции так очевидна, что она едва ли достойна внимания. Тем не менее, нужно понять ее скрытый смысл: господам защитникам кажется, что невозможно уличить в антисемитизме С. Петлюру, человека довольно образованного и способного, немало говорившего и писавшего о своих симпатиях к евреям. А если так — по логике их рассуждений, — то виноват он в погромах лишь постольку-поскольку. Следовательно, убийство его Шварцбардом — страшное преступление, а оправдательный приговор — грубая судебная ошибка, если не хуже. Такова «логика» рассуждения, основанного на заведомо ложной посылке.

Хотя субъективное отношение С. Петлюры к евреям (любое!) не имеет ни малейшего отношения к объективной оценке его роли в погромной эпопее и ее последствиях, важно разобраться в этом частном случае ради выяснения некоторых общих закономерностей.

Теперь я считаю себя вправе утверждать, что С. Петлюра антисемитом не был. Думаю, это устроит его защитников. Однако вынужден тут же их огорчить: С. Петлюра антисемитом стал. Показать, как и почему это произошло, — одна из главных задач данной работы.

Еще одно предварительное замечание. Вскоре после убийства С. Петлюры, когда шло следствие, «украинская сторона» всячески старалась убедить «еврейскую сторону» в нежелательности для евреев же объяснять выстрелы Шварцбарда его стремлением отомстить за пролитую еврейскую кровь. «Отмежуйтесь от Шварцбарда! Согласитесь, что он агент ГПУ или умалишенный, — и дело с концом! В любом случае не нужно заострять еврейский вопрос: это может привести к новой вспышке антисемитизма!» — таковы были аргументы умеренного крыла украинской партии, к которому принадлежал Александр Шульгин — министр иностранных дел правительства УНР в эмиграции. Вот что он писал своему недавнему коллеге Арнольду Марголину: «Поймите, украинская интеллигенция делает все возможное, чтобы прекратить антисемитскую пропаганду в связи с убийством. Но сейчас не черносотенцы, не антисемиты, а сами евреи говорят: «Мы убили погромщика Петлюру». Это страшная ошибка части евреев и, если они не изменят решительно своей позиции, могут быть, я опасаюсь, самые печальные последствия. Хорошо еще если обойдется «антисемитскими чувствами». Возможно и гораздо худшее: могут начаться ужасные погромы! Опять прольется кровь невинных людей. Страшно даже подумать, что может произойти!» Если учесть, что оба корреспондента находились далеко за пределами советской Украины, то о каких погромах и где идет речь — во Франции, в США, Канаде, Украине? Вероятно, «иностранный министр» свято верил в магическую силу самой угрозы погромов и в безотказность такого «аргумента».

Итак, мысль ясна: во избежание новых погромов забудьте о погромах прежних. Обсуждать погромную тему в связи с убийством С. Петлюры, — а это неизбежно приведет к оглашению документов, заслушиванию свидетелей и жертв кровавых злодейств, демонстрации фотографий на глазах у всего мира и при несомненном внимании прессы, — защитникам «самостийности» Украины было крайне нежелательно, вне зависимости от степени вины С. Петлюры и исхода процесса. Куда спокойнее, если судить будут умалишенного или тайного агента ГПУ.

К чести еврейской стороны, «мирные предложения» украинцев были отвергнуты. Процесс должен был пролить свет на злодеяния недавнего прошлого и предупредить о грядущих опасностях, на которые закрывали глаза.

К сожалению, разбудить совесть и сознание цивилизованного мира не удалось, и Большой Холокост, эта часть мировой катастрофы, состоялся.

Без некоторого знакомства с историей Украины нам не понять кровавых событий эпохи гражданской войны и той роли, которую в них сыграл Симон Васильевич Петлюра (чтобы не походить на русских, «независимые» украинцы отчества, как правило, не используют). Итак, постараемся разглядеть черты и путь нашего героя, не забывая о той почве, которая его породила.

* * *

Рассказывая о С. Петлюре, его современники и биографы с грустью отмечают полное отсутствие чего-либо яркого, достойного публичного внимания в жизни будущего «национального героя» до момента Февральской революции. И тем не менее, кое-что найти удалось. Сын небогатого возчика, он учился в полтавской бурсе и семинарии, откуда был исключен за слишком бурное выражение симпатий в адрес украинского композитора Н. Лысенко (предположительно). После странствий по южным губерниям он добрался до Москвы и Петербурга, где служил конторщиком и бухгалтером, одновременно занимаясь журналистикой, С. Петлюра входил в национальные кружки: «Союз Автономистов», «Товарищество славянской культуры», «Кобзарь», объединявшие в Москве украинскую интеллигентно. Одно время он вместе с А. Соликовским издавал на русском языке журнал «Украинская жизнь». Его успехи достаточно скромны, да и вообще пока что Петлюра малозаметен и не рвется в лидеры.

Среди немногочисленных отзывов о нем, относящихся к той поре, особняком стоят слова видного языковеда, академика Корша, которому С. Петлюра одно время помогал в литературной работе. Сообщены они вдовою академика упомянутому выше А. Соликовскому, тем, в свою очередь, — Максиму Славинскому, коим и включены в статью «Симон Петлюра». Цепочка сложная, а потому нам остается точно воспроизвести этот отзыв, не опровергая и не утверждая его подлинность.

«Петлюра — из породы вождей, человек из того теста, что когда-то в старину основывали династии, а в наше демократическое время становятся национальными героями. Если условия изменятся, будет он вождем украинского народа. Такова его судьба».