Чтение онлайн

Должен сказать, что советские офицеры и генералы глубоко верили в антигитлеровские и антифашистские силы болгарского народа и были убеждены в его прочных симпатиях к нашей стране. Мы надеялись, что ни один болгарский воин не будет сражаться против Красной Армии - освободительницы. Эта убежденность не была слепой. Она опиралась и на давние узы дружбы и признательности болгар нашему народу, освободившему некогда Болгарию от ига Оттоманской империи, и на точное знание фактической обстановки в стране: генштабист должен уметь сверять веление сердца с предупреждающим голосом рассудка. Нам было известно, что в стране развернута широкая борьба за национальное и социальное освобождение, что патриотические силы государства объединяются Отечественным фронтом, формирование которого уже завершалось, а во главе этой борьбы стоит Болгарская рабочая партия.

Лозунг Отечественного фронта был выдвинут в середине июля 1942 г. по инициативе Г. М. Димитрова. Признанный и мудрый руководитель БРП Георгий Димитров работал тогда в Москве, в здании, располагавшемся рядом с Сельскохозяйственной выставкой в Ростокино. В течение многих лет до момента роспуска Коминтерна в 1943 г. он находился на посту Генерального секретаря его Исполнительного Комитета. Г. Димитров возглавлял также Заграничное бюро ЦК БРП.

Программу фронта разработало Заграничное бюро ЦК БРП. Она включала прежде всего общенациональные освободительные задачи - разрыв союза Болгарии с гитлеровской Германией и ее союзниками, освобождение болгарского народа от германских нацистов, верховодивших в стране, вывод болгарских оккупационных войск из Югославии и Греции. Кроме того, выдвигались внутриполитические требования по демократическому переустройству страны: освобождение лиц, преследуемых за антифашистскую борьбу, восстановление попранных политических свобод, роспуск фашистских организаций. Ближайшей задачей ставилось свержение прогерманских правителей и создание правительства, опирающегося на доверие народа, обеспечение дружбы и сотрудничества с СССР.

Узнав содержание и лозунги этой программы, широкие слои болгарского народа - активисты Рабочей партии, члены Земледельческого союза, социал-демократы, патриотически настроенные военные, рабочие, крестьяне, ремесленники, мелкие чиновники и прогрессивная интеллигенция, революционная молодежь - с энтузиазмом поддержали Отечественный фронт.

Мы же, генералы и офицеры Генштаба, готовя операцию в Болгарии, нередко прибегали к трудам Г. М. Димитрова или пользовались в отдельных случаях его личными советами. Не было никого другого, кто бы лучше него знал Болгарию и мог судить о путях ее развития. Мне посчастливилось несколько раз встречаться с Георгием Михайловичем во время посещения им Ставки и присутствовать при некоторых его беседах с советскими руководителями. Для меня и других молодых в то время людей Георгий Димитров был живой легендой, примером настоящего революционера. После Лейпцигского процесса, в ходе которого, как известно, Георгий Михайлович вырвал у своих судей инициативу и превратился в обвинителя Геринга, Геббельса и всей системы фашизма, он стал известен в нашей стране каждому, приобрел необыкновенную популярность как мудрый и бесстрашный борец за идеи коммунизма. Советские люди знали и любили Георгия Димитрова как товарища и брата.

Хотя вроде бы и не было прямых связей у Генштаба с Генеральным секретарем Исполнительного Комитета Коминтерна и председателем Заграничного бюро Болгарской рабочей партии, но тем не менее мы, офицеры Генштаба, помнили, что спустя всего несколько часов после обсуждения в Кремле нового положения, создавшегося в связи с нападением гитлеровской Германии на СССР, Г. М. Димитров уже созвал совещание Секретариата ИККИ, на котором было решено развернуть всеобщую массовую кампанию за помощь Советскому Союзу, за организацию в Европе мощного национально-освободительного движения против немецко-фашистской оккупации и зависимости от нацистской Германии.

Тогда все мы реально ощутили, что Советская страна не одинока, что борьба советского народа сливалась в единый фронт с борьбой других народов против ненавистного врага.

Исполнительный Комитет Коминтерна предложил создать, а затем и практически сформировал интернациональную часть из политических эмигрантов разных стран. Здесь были испанцы, чехи, словаки, поляки, болгары, греки, румыны, немцы, австрийцы, англичане и представители других народов. Организационно часть вошла в состав Отдельной мотострелковой бригады особого назначения. В политическом отношении ею руководил непосредственно Г. М. Димитров.

В октябре 1941 г. по рекомендации Георгия Михайловича заместителем командира части был назначен болгарин Иван Винаров, ставший в последующем видным деятелем народной Болгарии. Выбор этот был всесторонне обдуман. И. Винаров являлся болгарским революционером. В свое время он был вынужден покинуть родину и эмигрировал в СССР, окончил Военную академию имени М. В. Фрунзе и получил звание пол-ковника Красной Армии. Затем последовала работа в аппарате Коминтерна и Заграничного бюро ЦК БРП. И. Винаров регулярно, не менее раза в неделю, являлся в Коминтерн к Г. М. Димитрову, докладывал об интернационалистах и получал указания и советы.

Бригада предназначалась для обороны непосредственно в Москве и несла в городе боевую службу. События не потребовали ввода ее в бой в полном составе, но отряды бойцов бригады, в том числе интернационалисты, участвовали в сражениях на подступах к столице. Многие воины интернациональной части вошли в нелегальные группы, которые были посланы в свои страны: родина требовала их помощи в борьбе против гитлеровских оккупантов.

Г. М. Димитров предвидел бесславный конец немецко-фашистских агрессоров, большие социальные перемены в странах и необходимость строительства там новых вооруженных сил. Как вспоминают работавшие к аппарате Секретариата ИККИ, он сказал однажды: "Для коммуниста очень важно иметь хотя бы элементарное понятие о военном деле. Вот поедем в свои страны, там придется заниматься не только политической работой, но потребуется создавать и армию"{43}.

Развитие внутриполитической обстановки в Болгарии позволило Г. М. Димитрову уже в июне 1944 г. сделать вывод, что страну ожидает обострение существующего в государстве кризиса. Причиной тому была антинародная политика правительства Багрянова. В одной из передач радиостанции "Христо Ботев" Г. М. Димитров заявил, что правительство обманывает народ, выражает интересы гитлеровцев и их болгарских пособников. Но оно не сумеет "сделать так, чтобы и волки были сыты и овцы целы". Г. Димитров предупредил, что внутреннее положение страны, настроение народа и армии не сулят ни Багрянову, ни гитлеровцам ничего хорошего{44}, поскольку правители Болгарии толкают ее на путь национальной катастрофы.

В советском Генеральном штабе внимательно изучали результаты огромной деятельности БРП и знали, что в Болгарии развернулось большое и хорошо организованное партизанское движение. В 1944 г. в стране существовала Народно-освободительная повстанческая армия Отечественного фронта численностью 18 тыс. человек. По болгарским масштабам это было много. Армия повстанцев создала подлинный внутренний фронт в Болгарии по всей территории государства, приковавший к себе монархо-фашистские войска, полицию и гитлеровские гарнизоны. На предприятиях и в учреждениях, в армии, городах и на селе действовала сеть боевых групп, объединявшая до 12 тыс. бойцов. К этому следовало прибавить еще более 200 тыс. помощников партизан. Попытки болгарского профашистского правительства подавить движение силой оружия были партизанами успешно отбиты.

Все это в Генеральном штабе учитывали как благоприятный фактор обстановки.

Нельзя было не считаться и с тем, что Болгария формально не находилась в состоянии войны против СССР. Но фашистское правительство, хотя и не решилось на такой опасный шаг, находилось в союзе с гитлеровской Германией и помогало ей всем, чем можно. Территория и транспорт государства использовались гитлеровской армией, болгарские войска несли оккупационную службу в Югославии и Греции, что позволило гитлеровскому командованию высвободить свои силы для действий на советско-германском фронте. Клика пособников Гитлера в Болгарии жестоко расправлялась с партизанами и другими патриотами.

Основная тяжесть работы над планами операций в Болгарии легла, как и следовало ожидать, на плечи офицеров направления 3-го Украинского фронта. Руководил ими генерал-майор К. Ф. Васильченко, человек умный, всегда готовый подать множество интересных мыслей. Однажды, докладывая мне планы операций, он вскользь заметил, что немецкое командование, на его взгляд, не ожидает поворота советских войск в Болгарию. Я попросил обосновать эту точку зрения. Если гитлеровская Германия не ждала нас в Болгарии, то, очевидно, она не строила здесь и прочной обороны. А мы, предприняв наступление, могли рассчитывать на внезапность наших действий со всеми вытекающими отсюда последствиями.