Гений. История человека, открывшего миру Хемингуэя и Фицджеральда
Шрифт:
Однако письмо, которое он получил от Элизабет Леммон после своего возвращения в Нью-Йорк, вынудило его пожалеть, что он не повидал ее, пока был в Вирджинии. Она упоминала новую стрижку, которая придала ей совершенно новый облик, а также говорила о растущем интересе к астрологии, который также можно было добавить к общим «изменениям». Макса взволновала одна лишь мысль о том, что Элизабет может как-то отличаться от того образа, который запомнился ему с момента их первой встречи. Он ответил ей:
«Не могу представить себе перемену, которая не сделала бы вас по крайней мере “настолько же прекрасной”. Могла ли новая Элизабет утратить божественность, которая, в числе прочих качеств, так отличала ее от остальных женщин, нетерпеливых, беспокойных и суетливых? И если да, то лучше мне не видеть ее вовсе, чем увидеть и навсегда потерять ту Элизабет, которую я знал и которая, по крайней мере, до сих пор жива в моей памяти. И все же вы заставляете меня жалеть, что я не рискнул вырваться к вам из Ричмонда. Я опасался въехать на ту часть Вирджинии и увидеть, что граница с Новой Англией всего лишь гранитная плита».
За несколько вечеров до этого Луиза назвала Макса «гранитной плитой Новой Англии» за то, что он не плакал над судьбой Лилиан Гиш из «Белой сестры». [75]
Тем же летом Макс несколько раз ездил в Грейт-Нек, чтобы поговорить с Рингом Ларднером о его работе. Они выпили чудовищное количество коктейлей, но, по словам Перкинса, почти не чувствовали их воздействия из-за жары. Ларднер планировал увидеться с Фицджеральдом в Европе, но выглядел не очень хорошо для такого путешествия. Он страшно кашлял, почти ничего не ел, а если и ел, то обязательно с сигаретой в руке. Он сказал Перкинсу, что собирается бросить пить и курить, чтобы ему хватило денег на поездку за границу вкупе с тем, что он должен был получить за работу над комиксом вместе с карикатуристом Диком Дорганом.
75
«Белая сестра» – фильм, вышедший в Голливуде в 1923 году, классика американского кинематографа.
С разрешения Ларднера Макс просмотрел собранные Рингом газетные и журнальные статьи, пока не набрал достаточного количества материалов для полноценной книги. Сборник должен был выйти в 1925 году. Макс был только рад издать его, хотя и надеялся, что Ринг дерзнет на что-то более амбициозное.
– Ринг, – говорил редактор, – если вопрос в деньгах, то ради романа мы бы не поскупились. Но я боюсь, что пять тысяч долларов, на которые мы сейчас способны, не будут считаться.
Ларднер сказал, что причина не в деньгах. Его m'etier [76] была малая проза.
76
Делом (фр.).
На Рождество 1924 года Ринг уехал в Европу, а по возвращении передал в печать антологию «Как насчет этого». Книгу открывала его новая статья, отрывок под названием «По эту сторону», «о его компаньонах и недавних приключениях “в старом пруду” Европы». В ней он написал:
«Мистер Фицджеральд, который работает над новинками, и миссис Фицджеральд – новинка».
Никогда прежде Ринг не был так доволен своей литературной деятельностью. До этого он по большей части относился к ней цинично и верил, что обязан своему творческому росту хорошим отношением с Перкинсом. Продажи сборника «Как писать рассказы» преодолели отметку в шестнадцать тысяч экземпляров, и, как и предсказывал Макс, переиздание Scribners старых работ Ларднера в новых обложках вдохнули жизнь в продажу остальных его книг. На новую написали множество превосходных рецензий, одной из которых стала рецензия Менкена. Ринг Ларднер – младший как-то написал в семейных мемуарах под названием «Ларднеры»:
«Неожиданный успех сборника “Как писать рассказы”; размеры произведения, за которые критики провозгласили автора мастером формы; а также неослабный контроль Перкинса, вернувший отца к работе, – вот составляющие, благодаря которым его репутацию в конце концов оставили в покое».
В декабре 1924 года Ринг написал Перкинсу:
«Думаю, теперь я могу порвать с карикатурами. Это сэкономит мне время, к тому же у меня есть цель писать по крайней мере по десять рассказов в год».
Три месяца спустя Перкинс прочитал рассказ Ринга под названием «Стрижка». В нем описывалась точка зрения парикмахера из маленького городка на то, как местного шутника застрелил местный недоумок. Этот рассказ был куда более мрачным, чем все предыдущие работы.
«Не могу выкинуть его из головы. И со временем впечатление, которое он на меня произвел, стало только глубже. Не думаю, что на земле есть хоть один человек, который мог бы сказать об этом лучше», – написал Перкинс автору. Ларднер ответил официальным машинописным письмом, состоящим из одного единственного слова: «Спасибо».
После выхода очередного сборника Фицджеральд написал Максу, что переживает, что Ринг может застопориться как писатель, если и дальше будет писать одни только рассказы.
– Господи, как бы я хотел, чтобы он написал более или менее личный роман. Вы не могли бы подтолкнуть его к этому? – спрашивал он Перкинса.
Предложение Фицджеральда пришло очень вовремя. В это время Макс как раз вынашивал для Ларднера грандиозную идею. Он решил, что это должна быть «пародия на биографический словарь», высмеивающая всю эту «торжественную болтовню, которая жутко бесит». Перкинс хотел задействовать такие блестящие умы, как Ларднер, Роберт Бенчли, [77] Дональд Огден, [78] Джордж Эйд [79] и Скотт Фицджеральд, чтобы те «создали ряд выдуманных биографий различных типов людей. А затем проиллюстрировать и переплести книги так, чтобы они были похожи на словарные тома». Перкинс высказал эту идею в то же время, когда уговаривал Ринга заняться какой-нибудь крупной работой. И в течение первой недели Макс уже держал в руках первую главу автобиографии Ринга Ларднера.
77
Родился в 1889 году в Вустере. Журналист, актер и сценарист. Известен едким юмором. Работал журналистом для «Vanity Fair», «The New Yorker» и других. Близкий друг писательницы Дороти Паркер, был среди лидеров литературного кружка Algonquin Round Table. В 1935 году был удостоен премии Американской киноакадемии за короткометражный комедийный фильм «Как спать» по собственному сценарию, в котором он также выступил в качестве актера и режиссера. Умер в 1945 году.
78
Родился в 1894 году в городе Колумбус, штат Огайо. Закончил Йельский университет в 1916 году. Заинтересовался театром и в 1920 году стал драматургом на Бродвее. Дружил с Дороти Паркер, Робертом Бенчли, Джорджем С. Кауфманом, Эрнестом Хемингуэем. Член голливудской Антинацистской лиги и член коммунистической партии США. В 1950 году его занесли в черный список «красной угрозы». Уехал с супругой в Лондон, где умер в 1980 году.
79
Родился в 1866 году в Кентленде, штат Индиана. Писатель, журнались и драматург. Закончил университет Пердью. В 1890 году сотрудничал с «Chicago Morning News». Литературная репутация зиждется на его достижениях в юмористическом жанре. Он блестяще показал американский характер периода первой большой волны миграции из сельской местности в разрастающиеся города. Его работы – это юмористические картины нравов американцев Среднего Запада XIX века. Современники считали его одним из величайших американских писателей своего времени. Умер в 1944 году.
– Ради всего святого, вы можете создать текст хотя бы в двадцать пять тысяч слов? Чем больше – тем лучше! – молил его Макс.
Ларднер ответил, что нет никакой возможности растянуть текст еще больше, потому что «тогда он станет ужасным испытанием не только для автора, но и для читателя».
Однако Перкинс настаивал. Он говорил, что полный текст автобиографии должен быть издан в первоначальном виде, пусть и раздутый при необходимости иллюстрациями, но издан быстро, так как «многое в этой книге придется как раз ко времени». В течение нескольких недель текст разросся до пятнадцати тысяч слов, и Ларднер назвал его «История удивительного человека». [80]
80
Оригинальное название «The Story of a Wonder Man». На русский язык не переведена.
Сама жизнь подкидывала Ларднеру материал для его пародийной автобиографии. Например, он писал: «Впервые я встретил Джейн Остин на “розовой вечеринке” [81] в Белом доме. Эту прекрасную миниатюрную англичанку прибило к нашему берегу заманчивое предложение от “Метро-Голдвин-Майер”: кто-то упомянул “Гордость и предубеждение”, и там подумали, что этот роман – прекрасный материал для комедии в семь футов длиной [82] ».
81
Розовой называют вечеринку, носящую лесбийский характер.
82
Имеется в виду длина киноленты.
Перкинс выделил несколько частей, которые, по его мнению, должны быть включены в книгу, а также выбрал название для каждой главы.
«Я не питаю иллюзий насчет своего чувства юмора», – сказал он Рингу, но продолжил работать над заголовками и приставать к автору со все новыми и новыми идеями: «Почему бы вам не написать про парня, который верил обещаниям рекламы о всяких непристойных штуках и затем испытывал их на девчонках!»
«Вам можно бы как-нибудь написать о руководстве Clean Desk».