Чтение онлайн

После завершения военной карьеры (1887–1918) он становится профессором Института геополитики в Мюнхенском университете и главным редактором геополитического журнала «Zetschift fur Geopolitik». Главной целью своей последующей деятельности Хаусхофер считал восстановление величия Германии. Как и большинство немцев, он глубоко переживал поражение своей страны в войне и несправедливость решений Версальского мирного договора [18] : Германия утрачивала значительную часть своей территории (примерно 88 тыс. км2, на которых проживало примерно 8 млн. жителей), а также своих колоний в Азии и Африке.

К. Хаусхофер после поражения Германии в Первой мировой войне много размышлял над вопросами геополитической роли Германии, ее места в Европе и мире. Не удивительно, что К. Хаусхофер, выражая мнение многих немцев, защищал идею реванша. Его работы, посвященные рассмотрению вопросов геополитики, будут пронизаны идеей возвращения немецкого могущества на основе развития особого «географического сознания» немецкого народа.

Размышляя над вопросами исторической судьбы и дальнейшего развития Германии, он приходит к пониманию необходимости отличать политическую географию от геополитики, которая имеет свои объектом «политическую активность в природном пространстве… и проявляет интерес к политическим процессам прошлого и настоящего». Новый подход должен был быть поставлен на службу политике, и на основе использования таких, например, инструментов, как картография, открывать возможность для отыскания и предвосхищения решений потенциальных противников.

Исходя из убежденности в том, что Германия не может согласиться с положениями Версальского мирного договора, а также из того, что только слабые государства довольствуются своими территориальными границами, Хаусхофер выступал за сильную Германию, способную расширять зону своего господства. Опираясь на идею пространства Ф. Ратцеля, Хаусхофер полагал, что его страна должна обладать такой территорией, которая соответствовала бы численности ее населения.

Данная позиция получила свое выражение в понятии «жизненное пространство» (Lebensraum). Такое пространство необходимо для того, чтобы достичь автаркии, особенно автаркии [19] экономической. Нужно сказать, что размышления К. Хаусхофера и других немецких геополитиков осуществлялись в своеобразном историческом контексте: в межвоенные годы Германия испытывала сильную зависимость от иностранных, и, прежде всего, американских капиталов.

Следует сказать и о том, что, согласно К. Хаусхоферу, границы государства являются «естественными», подвижными. Их реальное очертание определяется могуществом государства. И государство, стремящееся создать империю, призвано подтверждать свое могущество, в том числе расширением своих границ. Не составляет труда видеть в этом пункте влияние взглядов Ф. Ратцеля, его «универсальных законов» экспансии. При этом Хаусхофер и его сторонники исходили из факта существования немецкой цивилизации, которая выходит за рамки территориальных границ Германии, носителями которой были немцы, проживающие в Австрии, Чехословакии, Прибалтике и даже во Франции(Эльзас-Лотарингия).

Опираясь на признание, с одной стороны, некоего чувства принадлежности немцев к одной и той же цивилизации, а с другой – на понятие «жизненное пространство», Хаусхофер считал необходимым и даже легитимным объединение всех немцев, в том числе территориально, в единую политическую общность, в единый народ, что позволило бы Германии доминировать в Европе на основе своего демографического и экономического могущества, и тем самым обеспечить себе политическое господство на Старом континенте.

Развитие событий в Германии подтверждало возможность достижения подобной цели. С приходом к власти (январь 1933 г.) нацистов идея Великой Германии обретала политическую реальность. Сказалось и то, что еще в 1920-е гг. в Мюнхенском университете произошло сближение К. Хаусхофера с будущим видным деятелем нацистского движения Р. Гессом [20] . Через него немецкий геополитик познакомился с Гитлером, которому он изложил свои теории. Среди них – так называемые панидеи [21] . Эти идеи были связаны с необходимостью передела мира в соответствии с этническими и географическими параметрами. Согласно представлениям К. Хаусхофера, мир следовало разделить на четыре зоны, в каждой из которых утвердилось бы господство наиболее могущественного государства: США (панамериканизм), Германия (пангерманизм), Япония (паназиатизм) и СССР (паневразизм). СССР, по Хаусхоферу, смог бы установить свое господство в Индии и Южной Азии, правда, при условии отказа от идеи коммунизма.

Великая Германия, как полагал К. Хаусхофер, играла бы роль основного звена Европы (сказалось влияние концепции «heartland» Х. Маккиндера) и получила бы возможность утвердить свое господство в Африке и на Среднем Востоке. Союз Германии с Японией позволил бы сдерживать влияние могущества СССР, который был бы зажат в тиски Европой и Азией на суше, а на море – подчинен морскому могуществу немецкого и японского флотов. Указанный союз, по Хаусхоферу, позволил бы также противостоять растущему влиянию США.

Разрабатывался и другой сценарий. Германия могла бы утвердить союзнические отношения не только с Японией, но также и с Советским Союзом, установив на совместной основе господство в Евразии как центра мирового могущества (вновь видим влияние концепции «heartland» Х. Маккиндера).

Эти экспансионистские идеи не могли не найти отклика у Гитлера, который несколько раз встречался с К. Хаусхофером, хотя и не утвердил его в качестве своего советника.

Справедливости ради, нужно сказать, что вклад Хаусхофера в нацистскую доктрину и политику 1930-х – 1940-х гг., вряд ли, можно трактовать однозначно. Политические воззрения Хаусхофера определялись их опорой на географию. Идеологический фактор в них играл незначительную роль. Подход же Гитлера и его приспешников был полностью противоположным. Нацистское руководство, как известно, ставило задачу превращения своей страны в могущественную державу, но при этом, прежде всего, должно было быть обеспечено превосходство «арийской расы», чего в наследии К. Хаусхофера нет и не могло быть. Хаусхофер, как уже отмечалось, защищал идею формирования такого пространства, которое позволило бы обеспечить проведение политики хозяйственного обособления (автаркии) Германии. Для Гитлера куда как более важным было уничтожение евреев и превращение славян в рабов Рейха, что, опять же, никак не согласуется с взглядами Хаусхофера.

Нужно сказать, что отношения К. Хаусхофера с гитлеровским режимом были весьма противоречивыми. Так, он активно поддержал присоединение к Германии Австрии и аннексию Судетов в 1938 г. (формирование цивилизационного сообщества, по Хаусхоферу), также как и заключение пакта Молотова-Риббентропа в августе 1939 г. (союз двух могущественных стран, обеспечивающий господство в Евразии, согласно Хаусхоферу), однако он не поддержал идею войны против СССР, в чем, как полагал немецкий геополитик, решающую роль играли идеологические установки Гитлера, а вовсе не коренные интересы Германии.

Тем не менее, К. Хаусхофер осуществлял реальное интеллектуальное сопровождение политики нацистов, хотя и не несет прямой ответственности за откровенно расистскую политику режима. Он не играл решающей роли в стратегическом выборе Гитлера. Несмотря на многолетние дружеские отношения с Р. Гессом, Хаусхофер не был членом нацистской партии. Более того, в конце войны его подозревали в соучастии в покушении на жизнь Гитлера, имевшем место 20 июля 1944 г. В этом покушении, как известно, принимал участие сын Хаусхофера – Альбрехт.

Вторая мировая война вызывала горестные чувства и размышления у Хаусхофера. Это определялось тем, что политика нацистов никак не вписывалась в его геополитические воззрения. Сказывалось и то, что его супруга Марта была еврейкой по своему происхождению. И это могло обернуться в любой момент вполне определенными санкциями, которые предпринимались в Германии против лиц еврейской национальности.

После разгрома фашизма в 1945 г. К. Хаусхофера небезосновательно рассматривали как одного из вдохновителей нацизма. В самом конце войны он был арестован американцами. Несколько месяцев провел в заключении. Он был лишен права преподавать в университете. Желая уйти от ожидавшегося обвинительного судебного вердикта Нюренбергского процесса над нацистскими преступниками, Хаусхофер предпочел в возрасте 77 лет покончить жизнь самоубийством вместе со своей супругой 10 марта 1946 г.

Признавая большие заслуги К. Хаусхофера в развитии геополитики (он, вне всякого сомнения, был одним из крупных теоретиков), нельзя не видеть того факта, что сама эта наука, не без его участия, была полностью дискредитирована тем, что эта наука была превращена в идеологический инструмент нацизма. Хаусхофер не может не нести ответственности за превращение геополитики в псевдонауку, которая в нацистской Германии была призвана оправдывать планы обеспечения мирового господства III Рейха.