Герань мистера Кавендиша
Шрифт:
Только после ее слов я поняла, что действительно очень устала и проголодалась, и, конечно же, не отказалась бы от расслабляющей ванны. В сумерках, которые уже спустились на зимний Кейптаун (те месяцы, которые я привыкла считать летними, здесь были зимними, но зима в Африке, сами понимаете, не особо холодная), я не успела рассмотреть дом и двор. У меня будет достаточно времени, чтобы все здесь хорошенько изучить. Конечно, было страшно в который раз начинать все сначала, бояться, вдруг я не подойду для этой работы и мистер Кавендиш отправит меня назад туда, где идет война и где, по уверениям Аристарха Бенедиктовича, у меня нет достойного будущего!
Мы прошли через холл с высоким потолком и шикарной люстрой, по широкой лестнице с позолоченными перилами на второй этаж. Остановившись у тяжелых дубовых дверей, миссис Ортис основательно обвела меня взглядом, оценив шансы и возможности, и, судя по всему, осталась довольна, потому что в ее глазах тут же вспыхнули приветливые одобрительные огоньки.
– Ваша комната, мисс Ионеску!
– исполненная гордости, торжественно произнесла она, распахивая передо мной дверь.
– Какая красота!
– воскликнула я, бросив быстрый восхищенный взгляд на комнату и на миссис Ортис, которая, очевидно, и ждала этих слов, потому что сразу же расплылась в улыбке.
– Сейчас отдыхайте. На прикроватном столике вас ждет легкий ужин, ванна уже наполнена. Завтра утром я разбужу вас. Отдыхайте, мисс Ионеску.
Через мгновение дверь захлопнулась и я осталась одна. Чемодан выпал из моих рук и я бессильно опустилась на стул, стоящий у двери. Я была уставшей и казалось, будто мне лет сто - разбитость, разочарованность, жуткая усталость. Повинуясь какому-то импульсу, я прикрыла глаза руками и застыла, пытаясь осознать все, что со мной произошло за последние сутки...
За дверями послышался низкий мужской голос. Я не могла разобрать ни слов, ни тембра, слышно было только вибрации и отзвуки. Возможно, это сам хозяин дома разговаривал с миссис Ортис недалеко от моей двери. Первым моим порывом было выйти и поздороваться, но я тут же остановилась и села назад - уставшая, с темными кругами под глазами, растрепанными волосами, я не могла создать благоприятное представление о своей особе. Тем более, он просил не беспокоить меня вечером, значит, пока не хотел со мной встречаться. Что ж, воспользуюсь всеми предоставленными мне благами и посвящу этот вечер отдыху.
Теплая ванна придала немного сил и сняла усталость после ужасно длительного сидения в кресле самолета. Моя комната оказалась просто шикарной - так я еще не жила: высокая двуспальная кровать, рабочий стол, дамский столик, шкаф для вещей, своя ванная комната, которая блестела чистотой и сияла белизной. Пушистые полотенца и мягкий халат божественно пахли, на прикроватном столике я нашла чашку чая и бутерброд, и, подкрепившись, разобрала свой чемодан - единственное платье повесила в шкаф, единственную книгу положила на столик, документы спрятала в ящик. Что ж… Оглянувшись по сторонам, я нырнула под одеяло и сладко уснула. Но отдохнуть полностью так и не удалось - всю ночь мне снились разлетающиеся обломки стен и слышался ужасный свист пролетающих над головой снарядов.
Утро наступило неожиданно, и пришло оно вместе с миссис Ортис, осторожно трогающей меня за плечо.
– Мисс Ионеску!
– шептала она все громче и громче, пока я не открыла глаза.
Проснуться было сложно, я ощущала, как сон тащит меня на дно, а я все пытаюсь вынырнуть на поверхность и сделать хоть глоток воздуха. Усилием воли я все-таки сбросила с себя этот туман и села на кровати, глядя на стоящую напротив женщину, пытаясь поймать ее в фокус.
– Мисс Анна!
– повторила она, глядя мне в глаза, - Доброе утро! Как спалось?
Миссис Ортис подошла к окну и отдернула тяжелую занавеску, комнату залил неуверенный утренний свет и звуки природы. Восход только начинал разгораться.
– Отлично, спасибо, миссис Ортис.
– ответила я, поднимаясь с кровати и едва ворочая языком. На кресле я заметила платье, принесенное экономкой - длинный широкий подол, немного ниже колена, приталенное, с закрытым декольте и коротким рукавом. Материал был таким легким, воздушным, но плотным в то же время. Это скромное светло-серое платье очень сильно мне понравилось, и я спросила, - Это для меня?
– Да, это для вас, миссис Ионеску.
– Она подошла и подняла его, еще висящее на плечиках, показывая мне.
– Надеюсь, не слишком скромное и вам нравится? Наш хозяин очень странный человек и иногда делает необъяснимые поступки.
– Так это он сам выбирал?
– удивилась я.
– Конечно, мисс, он участвует практически во всем, что происходит в имении.
– Миссис Ортис засобиралась.
– Одевайтесь и спускайтесь вниз, хозяин уже уехал на встречу в город, вернется после завтрака, но я вас жду, чтобы позавтракать вместе. Я просто умираю - так хочу познакомиться с вами поближе и узнать вашу историю! На душ и одевание у вас полчаса. Хватит?
– Конечно! Спасибо, миссис Ортис!
Когда экономка закрыла за собой дверь, я подошла к распахнутому окну и, взявшись за подоконник, вдохнула до головокружения чистый воздух! Над парком разгоралось утро, какие-то птицы целой стаей взмыли в небо, громко хлопая крыльями и делая виражи. Прохладный утренний ветер трепал мои пока еще не уложенные волосы, невольно навевая воспоминания из детства, когда мне было лет двенадцать и я стояла на спуске к лугу там, на усадьбе своей названой бабки. Точно такое же утро разгоралось над родной землей, теплый ветер трепал мои распущенные волосы, которые были намного короче, и птицы летали другие, да и деревья были не те. И тогда я, одинокий уставший от разочарований ребенок, мечтала о другой жизни и верила, что скоро все изменится к лучшему!
Быстро приняв душ, надев свое новое платье, убрав волосы в тугой узел, я спустилась вниз не позже, чем через двадцать минут. Здесь пока еще все мне было неизвестно, поэтому я пошла на звук голосов и звон посуды. Проходя по коридору, я проводила рукой то по хромированной дверной ручке, то по шелковым обоям на стенах - мне нужно было почувствовать это место, чтобы оно действительно стало моим домом. Пройдя через тот же высокий шикарный холл, которым меня вели вчера вечером в комнату, я свернула направо и вошла в огромную обустроенную белоснежную кухню, где уже был сервирован стол на двоих. Навстречу мне вышла молодая девушка и, поздоровавшись, удалилась во двор. Миссис Ортис поставила на стол сливочное масло и присела, указывая рукой на второй стул.
Мы разговорились. Точнее, говорила она а я, по своему обыкновению, слушала.
– Род Кавендишей - очень старый и уважаемый в Англии.
– Говорила она, отправляя в рот ложку рисовой каши с соевой подливкой.
– Мистер Кавендиш достаточно известный в своей области писатель, он очень старомоден и даже консервативен, поэтому здесь мало что изменилось со времен родителей мистера Кавендиша, Норы и Артура Кавендишей.
– Вы сказали, что мистер Кавендиш достаточно известный в своей области писатель? В какой области?