Чтение онлайн

— Марионетка, — уверенно выдохнул Эдвин, когда дошёл до конца папки. Отбросив бумаги, он посмотрел на огонь, укладывая в голове новую информацию и восхищенно хмыкнул: — И ведь как грамотно спрятаны все нити! Рты знающих закрыты магией, лишних очевидцев уже просто нет в живых, и никто попросту не подозревает каким двуличным оказался император Валлиса.

Прикрыв устало глаза, глава Пауков принялся размышлять.

Если смотреть на деяния Этерии Шаттери только через призму слухов, домыслов и рассказов очевидцев, то было очевидно, что она была влюблена в императора, а из-за его благосклонности мнила себя главной женщиной империи. Запугивания, недостойное поведение, даже вереница любовников выглядела, как желание привлечь к себе внимание императора Альберта. И ведь другого мнения просто быть не могло! Все мелочи, что были выяснены до принятия заказа, подтверждали: девушка не в себе и творит ужасные вещи.

Однако с помощью хитрых артефактов специально обученные шпионы извлекли недостающие части мозаики. Теперь Эдвин видел не только аверс всей истории, но и её реверс.

Вот на лицевой стороне монеты наследник влиятельной семьи, разорвавший помолвку, после чего его оставляют без наследства и выкидывают из империи. А вот на обратной стороне уже иное — прогрессивный молодой человек, почти успешно агитирующий против повышения налогов. Новая монета и её лицевая часть — видная леди оказалась слишком близко к императору, и его фаворитка испортила ей не только жизнь, внешность, но и здоровье. На обратной стороне аристократка из древнего рода империи, которая должна была выйти за члена побочной ветви правящей семьи княжества Годланд, оказалась опозорена и сослана в глушь. И таких историй сотни!

Абсолютно все, кто, так или иначе, переходил дорогу императору Валлиса, оказывались втянуты в скандал с участием Этерии Шаттери. Вот только без ключевых деталей, что гильдии убийц удалось выкрасть, этого узнать никто не мог.

Растирая висок, Эдвин жалел, что пошёл на поводу у клиента. Ему изначально хотелось проверить эту историю как можно глубже, но заказчик отказывался ждать, а подобные деньги, да ещё и за такого человека мало кто предлагает. Глупец! Поддался жадности, а ведь сам всегда твердил, что вину человека надо проверить как можно тщательнее!

Ограничился, называется, доступной информацией… Да, у Эдвина было оправдание — о репутации, заказанной женщины судачили на каждом углу, и она даже с натяжкой не выглядела положительным человеком, но стоило проявить свою излюбленную дотошность! Ошибся, да ещё так глупо. И что в итоге? Трое согильдийцев пропали без вести, а вроде как невиновная, но слишком уж очернённая девица жива и явно приложила к этому руку.

Раз уж это ошибка Эдвина, то и исправлять её теперь он будет сам. Жаль, ребят это не вернёт, но их профессия не включает в себя долгую жизнь и спокойную старость. Если уж взял в руки клинок Паука, то будь готов умереть в любое время. Таков закон.

Бросив папку на место, Эдвин потянулся к артефакту связи. Сжав тёплый камешек и дождавшись ответа, он заговорил:

— Тобиас, остаешься за главного. Я беру заказ.

Короткие инструкции встретили бурным:

— Глава? С чего вдруг? — раскатистым басом спросил тот, кого Эдвин вполне мог назвать другом. — Ты же хотел больше не марать руки?

— Появилось дело, в котором клинки могут оказаться лишними, — спокойно ответил Эдвин, вставая из-за стола. — Придётся самому убедиться в этом.

На другом конце связи помолчали, а потом настороженно уточнили:

— Подстава?

Глава Пауков не хотел этого признавать, но все улики на лицо. Их руками император Валлиса собирался убрать очень опасную марионетку. Однако Тобиасу Эдвин не так уверенно ответил:

— Возможно. Кажется, с помощью нас хотят подчистить один очень шикарный хвост.

— Ну, так мы же на то и гильдия убийц, чтобы подрезать хвосты, — нервно смеётся Тобиас, на что ему отвечают:

— Да, но моё правило гласит — только не невинных. Цель может и не кристально чиста, но точно не виновата в том, что из неё сотворили. Нужно познакомиться с заказом поближе, заодно может удастся узнать много чего интересного. К тому же вогнать кинжал в печень проще, если подобраться поближе. Как можно ближе.

Холодный цинизм Эдвина его заместитель встретил хохотом. Сам же глава Пауков ещё не был до конца уверен, так ли ужасна та ведьма с погашенной светлой искрой, как её рисуют. Но для себя Эдвин решил совершенно точно — если Этерия Шаттери окажется хоть вполовину так бездушна, как о ней говорят, то он лично избавит их мир ещё от одного паразита.

~???~

Перетирая в ступке один из экспериментальных наборов трав, я проклинала неудобные рукава. Может и правда плюнуть на все эти замашки аристократов и купить себе вместо этого вороха кружев (и это я выбрала самый скромный вариант из принесённого женой торговца) и просто заказать себе крестьянский сарафан?

В Хильдем пришло лето, но жары с собой оно не принесло. За окнами моей рабочей башни всё утопало в зелени и влаге, так что шерстяные платья пришлось спрятать до начала осени. А ведь они имели плотно прилегающие к запястьям рукава, которые не мешали во время работы. В летних же комплектах, наиболее подходящих знатным леди, сейчас в моде помимо шляп с перьями были платья с пышным облаком кружев от локтя. Жутко неудобная вещь! Тем более с учетом моего… м-м-м… призвания.

Носить что-то подобающее приходилось из-за редких гостей моего поместья (по той же причине самым неблаговидным обитателя дома и его предместья строго настрого было запрещено бродить у главных ворот). Частенько мне приходилось выходить на улицу, и нельзя было, чтобы меня увидели в крестьянском платье. А переодеваться каждый раз у меня попросту не хватит терпения. Гости же зачастую появлялись слишком внезапно и именно в тот момент, когда я меньше всего кого-то ждала.

Уже несколько раз ко мне наведывались старосты ближайших деревень. Не сразу, но до них дошёл слух о появлении новой госпожи, и они спешили ко мне на поклон со скромными дарами. Все поселения, возглавляемые крепкими мужчинами навестившими поместье, больше похожими на дровосеков, нередко подвергались нападениям разбойников-наёмников, которые, оказывается, кошмарили ещё и имперский люд у границ. Народ терпел, слал жалобы в императорский двор, но ничего не менялось. До прошлого месяца, когда охотники наткнулись на пустой лагерь.

Старосты быстро смекнули, что пропажа налётчиков совпала с моим появлением и пришли не только выказать уважение, но и поблагодарить. Я не стала отпираться, лишь немного придержав правду. Сказала, что мои воины “разобрались” с лихим людом и моим подданным больше нечего бояться. Странно, но мне поверили сразу, хватило лишь слов даже не подкреплённых клятвой.

Гораздо позже я поняла, что дело было не в наивности старост, а в располагающей внешности и ауре Этерии — пока я жила как Медея, мне не удавалось вызвать в людях и крохи такого же доверия. Стало немного муторно, но, как и всегда, мне пришлось избавиться от этой обиды. Мир не переделать. Внешность всегда будет важнее внутренней красоты человека. А мне вообще изначально не повезло — и лицом не вышла, и характером. Зато теперь можно прятать свою тёмную сущность под красивую оболочку.

Со стороны лестницы вдруг послышались шаги, и я обернулась на звук. Спустя немного времени у порога моей лаборатории появилась чуть сгорбленная фигура в серой ливрее.

— Хозяйка, вторая группа чистильщиков принесла ещё материалов. — Бьерн, мой первый разумный слуга, поклонился и… его голова с треском отделилась от шеи и подкатилась прямо к моим ногам.

Я вздохнула — опять приращивать, а всё потому, что все мои первые блины всегда комом. Сначала неуправляемый гуль, затем этот ревенант*, поднявшийся сам лишь за счёт моих некротических эманации, что плотно разлились в воздухе поместья. А может все подосланные убийцы бракованные? Просто и третий из их компании, который умудрился стать полноценным умертвием, только и делает, что сидит на кладбище, да горестно вздыхает о тщетности бытия. И вот как тут становиться великим некромантом, когда спотыкаешься на каждом шагу?