Герцогиня в изгнании
Шрифт:
На ступеньках дома меня уже поджидал Бьерн, чем я поспешила воспользоваться. Велев ему проверить все приготовления, сказала, что мы выходим через двадцать минут. Дворецкий немного замялся и, сразу поняв, в чём дело, я мягко улыбнулась и произнесла:
— Призрак уже летит к Эдвину. Скоро вы встретитесь.
Ревенант благодарно на меня посмотрел и уже без колебаний исчез, чтобы выполнить приказ. Я же поспешила подняться по лестнице размышляя о том нормально ли добрались до деревни Иоланда и Мэйт в облике Бьерна — доппельгангер будет путешествовать под разными личинами, чтобы не вызвать ненужного подозрения. По моим расчётам подменный монарх Сарта должен будет пересечь границу примерно через неделю. Если, конечно, ничто и никто не задержит их в пути, в чём я очень сомневалась: наёмница прекрасно знала эти края, а теневой двойник во всем превосходил обычного человека. Эта парочка точно не пропадёт.
Спальня встретила меня тишиной и подготовленным комплектом дорожной одежды на постели. Сейчас Бьерну приходилось помимо всего частично прислуживать мне, но пока выбора особо не было — того же Шейта я к своей одежде не подпущу! Если подвернётся шанс, что нежелательно, нужно обязательно создать ему упырицу. Вдруг такой финт отвадит от меня этого восставшего поклонника? Было бы неплохо. Однако доводить какую-то несчастную до точки невозврата ради собственного спокойствия я точно не стану.
Так за пустыми размышлениями я быстро переоделась в шерстяную тунику до колена, широкие тёплые брюки, отчего сразу почувствовала себя очень странно, потому как до этого мне не приходило в голову такое носить, и переобулась в сапоги. Поверх туники набросила кожух на меху с глубоким капюшоном — погода стремительно портилась, и нас мог накрыть дождь. А то и снег, так что в глубокий карман довеском отравились тёплые рукавицы.
Уже у выхода замерла перед зеркалом, чтобы стянуть волосы в пучок на затылке, после чего повязать голову платком. Так пряди не будут лезть в лицо, да и голова не замёрзнет на слишком свежем ветру. Помимо этого взяла с тумбочки стопку плотных листов исписанных рунами, немного на них посмотрела и всё же решительно запихнула их во внутренний карман кожуха. Эта технология ещё не достаточно испытана, но когда ты некромант у тебя помимо планов «А» и «Б» должны быть парочка запасных.
Окинув комнату взглядом, чтобы убедиться, что ничего не забыла, повернулась к двери и уверенно подошла к ней. Потянув ручку, неожиданно почувствовала сопротивление — я вроде бы тяну створку на себя, а кто-то упорно держит её на месте. Бред какой-то.
Недоуменно свела брови и попыталась снова открыть дверь. Для более лучшего результата упёрлась одной ногой в косяк и успела даже немного приоткрыть створку, как вдруг над моим плечом появилась чья-то рука! Она уверенно расположилась на резном дереве и с подозрительной лёгкостью захлопнула дверь обратно.
— Не ходи, — выдохнули прямо у моего виска, щекоча горячим дыханием кожу, пока я растерянно разглядывала мужскую ладонь с чувственными пальцами. Меня поразило то насколько сильной, но при этом красивой она была — её не портили даже тёмные узоры, щедро разбросанные по смуглой коже. Но ещё больше меня удивило собственное спокойствие.
Сейчас кто-то мне неизвестный практически вжимает меня в дверь, а я стою истуканом и разглядываю его руку. При этом совершенно не чувствуя никакой опасности.… Да я из ума выжила!
Встрепенувшись после таких мыслей, я возмутилась собственному бездействию, и попыталась было повернуться, но незнакомец положил вторую ладонь мне на плечо и, не дав этого сделать, едва различимо добавил:
— Пусть пауком займётся твоя нежить. Не ходи в лес.
Гнев во мне нарастал — кто-то настолько обнаглел, что не только пробрался в мою спальню, но и без шуток указывает мне, пока я позорно бездействую! — при этом злость была больше обращена именно на себя. Обычно непробиваемое спокойствие смело в мгновение ока. Скрипнув зубами и собрав всю силу, я дернулась, оборачиваясь, несмотря на сопротивление. Однако стоило мне оглянуться, как обе руки тут же исчезли, а за спиной… никого не оказалось.
Что за бесовщина? Неужели в доме завелась какая-то нечисть? — принялась размышлять я, предусмотрительно открывая дверь за спиной и пятясь в коридор. — Тот же кошмарник умеет принимать облик человека и любит подпитываться тёмной магией, притом предпочитает постоянных доноров. Звучало логично, ведь ко мне пришли с предупреждением, а не с желанием отправить на тот свет. Если бы неизвестный гость хотел моей смерти, то кажется, я бы уже была мертва.
Получается предостережение дельное… Что ж, о благодарности не забуду — когда вернусь, отыщу эту нечисть и просто изгоню вместо того, чтобы уничтожить. Вот какой доброй я могу быть. А пойти в лес всё же придётся — арахну воскрешать надо на месте, потому что всего полчаса и морозная паучиха со своим сверхбыстрым тлением превратится в кучку праха. Таким нехитрым образом восьмилапые мамочки кормят своё многочисленное потомство после вылупления. Что для некроманта весьма проблематично — мне нужно тело, а не труха.
Но предупреждением я точно воспользуюсь — теперь, пожалуй, возьму всю свою нежить, что есть в наличии. С такой охраной мне сможет противостоять только немалая армия, но откуда ей взяться? Территорию контролируют стаи, Лаки лично проверил местообитания паучихи и не обнаружил там чужих следов, а леший всегда докладывает о подозрительных личностях, забредающих в лес. Вроде бы негде подкопаться, но… отчего-то на душе теперь стало неспокойно…
Глава 34.
Благодаря карте лешего, где он указал короткий путь, до места мы добрались довольно быстро. Правда поначалу пришлось двигаться медленно, пока я не привыкла к своему импровизированному скакуну — эту роль вновь взял на себя самый крупный из зомби-волков, которому на спину с помощью дополнительных верёвок закрепили седло. Оживлённый зверь хоть и шёл плавно, но мне понадобилось время, чтобы под него подстроиться. Зато потом я укрепилась в мысли: те же кадавры будут не так маневренны среди деревьев, а когтистые лапы в лесу полезнее копыт, потому стоит задуматься о парочке групп волчьих всадников. Но этим я займусь позже.
После случая в спальне меня не покидало чувство тревоги, благодаря чему моё сопровождение постоянно дробилось на отряды, чтобы разведать обстановку вокруг. Разношерстные стаи отделялись от моей безмолвной армии и возвращались через равный промежуток времени. И уже через пару лиг манёвр повторялся. На время пока наши ряды значительно редели Бьерн, Шейт и Лаки интуитивно оказывались как можно ближе ко мне, тем самым усиливая защиту — моя самая мощная нежить передвигалась без посторонней помощи и при этом совершенно не уступала в скорости самым быстрым хищникам из восставшего войска. Так что со стороны мы точно выглядели… колоритно.
Дневной свет с трудом пробивался в эту часть леса. Лапы вековых елей уже давно сплелись в дремучий полог отчего, несмотря на день, вокруг нас стояли сумерки в чьи сети, кажется по случайности, попадались порывы ветра с редкими холодными каплями. Чуя приближение чего-то опасного всё живое поспешно уносило ноги. Потому наше передвижение сопровождалось лишь тишиной, да едва различимым шорохом перегноя под лапами и ногами нежити.
Большая часть моих слуг из-за полумрака превратилась в неясные тени: жуткие, пугающие и совершенно непредсказуемые. Увидь сейчас нашу кавалькаду случайный путник, он бы точно поседел от страха, однако на счастье редкого ходока эта часть леса отделялась от основной вереницей оврагов и шипов из валунов, отчего делалась самым худшим местом не только для путешествия, но и для охоты.
Первые признаки незваной гостьи обнаружились уже через пару часов. Арахна разбросала очень аккуратно свою паутину между внушительных стволов и если бы мы не знали, кто нас поджидает впереди, то подумали что это угодья обычных пауков. Лишь зайдя глубже можно было с уверенностью сказать: ни один паук не способен создавать такие сизые, воздушные и опасные лабиринты. Будь во главе моей армии живые существа, они бы уже оказались парализованы с помощью яда щедро нанесенного на не такие уж и хрупкие нити. Но сердца моих слуг уже давно не бились и не гоняли кровь по венам — там струилась некротическая магия, которой яды не были угрозой.