Чтение онлайн

Ольга волновалась за мужа. Она старалась по мере сил помогать ему, защищая со спины. Пару раз ее лозы или шипы доставали слишком близко подобравшихся эльфов. Убивать вот так, при свете дня, видя сразу результат своих действий, Ольге еще не приходилось.

Она постоянно бледнела или зеленела лицом, но стискивала зубы и продолжала, пообещав себе оставить истерику на потом.

Людмила Ивановна тоже не очень хорошо воспринимала смерти. Ей, как созданию природы и жизни, вдвойне тяжелее было ощущать витающий вокруг смрад. Его, к слову, даже Ольга ощущала, но лишь как слабый запах. Наверное, именно поэтому Людмила Ивановна пыталась подбодрить себя, возмущаясь действиями эльфов.

В какой-то момент противники, крайне негативно относящиеся ко всем женщинам в целом и к Ольге в частности, смогли подобраться к ней очень близко. Она в этот момент была увлечена тем, что защищала Грона, на которого нападали с разных сторон трое.

Сознание Ольги было перегружено многочисленными задачами, поэтому она пропустила угрозу. Эльфы явно поняли, что следует как можно скорее от нее избавиться, ведь ее магия добавляла им ощутимых проблем.

Людмила Ивановна в этот момент пыталась спасти одного из поверженных гномов, на скорую руку приводя его в относительный порядок.

Грон сражался, но все-таки заметил, как со спины к Ольге приближаются несколько эльфов. Он вдруг с прозрачной отчетливостью понял, что не успевает. Она была слишком далеко от него. Он сам попросил ее держаться на расстоянии.

Болезненное чувство пронзило его насквозь. Голова стала холодной и пустой. Время словно замерло. Грон всей сущностью осознал, насколько сильно он не желает видеть Ольгу мертвой. Эта мысль была просто невыносимой. Даже тень от нее приносила ему страдания. Он представить не мог, что с ним случится, если жена все-таки оставит его.

В груди вспыхнул жар. Грон не обратил на него внимания, бросаясь вперед со всей возможной скоростью. Кажется, он что-то кричал. А может, нет. Он не мог сказать точно. Все его внимание сосредоточилось на Ольге и эльфах, которые были опасно близко к ней.

Все внутри задрожало. Грон закричал. От боли, от отчаяния, от бессилия. На короткий миг мир вокруг странно содрогнулся, но Грон не был уверен, что ему не показалось.

Со всех сторон до него донесся грохот. Что-то треснуло и будто разорвалось. В груди набухло от боли. Грон отстраненно подумал, что его, вероятнее всего, ранили в это место. Болело так, словно тело разрезали пополам.

А потом эльфов, которые подкрадывались к его любимой женщине, снесло каменным тараном, буквально пригвоздив к земле.

– Ты в порядке?! – закричал он, оказавшись рядом с женой. Ее каменные лозы, покрывающие ближайшее пространство, легко пропустили Грона, не причинив ему вреда.

– Что? – Ольга смотрела на мужа непонимающим взглядом. Все произошло слишком быстро. – Это я? – задала она новый вопрос, оглядываясь вокруг.

Грон, убедившись, что с Ольгой все в порядке, быстро вернулся к реальности, понимая, что они находятся в гуще сражения. К его изумлению, все вокруг было заполнено висящими в воздухе камнями разного размера. Они чуть подрагивали, словно не могли решить, что делать.

Грон охнул, ощутив новый прилив жара в районе солнечного сплетения.

– Нет, – Ольга перевела взгляд на мужа. – Это ты, – произнесла она уверенно. – Но…

– Печать сорвало, – прохрипел Грон, а в следующий миг сжал губы и прищурился. – Ложись!!! – закричал он, зная, что гномы, привыкшие выполнять любой его приказ, послушаются немедленно. Так и случилось. Все гномы упали на землю, будто им обрезали веревочки. В этот момент висящие вокруг камни еще раз дрогнули, а потом разлетелись в разные стороны, будто кто-то бросил их уверенной рукой.

Эльфы принялись уворачиваться от внезапных снарядов, но, ко всеобщему изумлению, скоро сами рухнули на землю без сознания.

– Что случилось? – почти шепотом спросила Ольга.

Камни посыпались на землю. Грон выдохнул. Он и сам не знал, из-за чего противники отключились, но вскоре его посетила догадка. Вскинув голову, он принялся искать глазами воронку.

***

Королева вышла из комнаты и потянулась довольной кошкой. Новые игрушки оказались весьма сильными и выносливыми. Правда, жизненной силы в них было не сказать чтобы много, но ее вполне хватило, чтобы насытить.

Некоторые оказались слишком хрупкими, но королева не огорчалась. Перед ней был открыт целый мир, в котором прямо сейчас находилось множество мужчин.

Вкусных, сладких мужчин, которыми можно будет питаться до скончания века.

Женщина практически замурлыкала.

Ее собственные подданные были изучены вдоль и поперек. Вкусно, но привычно, обыденно. Надоело. А тут такое разнообразие.

Жаль, конечно, что ей не попались обладающие магией, они особенно вкусны, но королева сдержала разочарование, так как знала, что вскоре ей приведут множество магов.

Только одно портило настроение – голова почему-то не переставала болеть. А еще казалось, словно внутрь пробралось насекомое, которое то и дело щекочет в солнечном сплетении. Королева знала, что там расположено ядро магии, и больше не могла оставлять свое недомогание без внимания.

Ей даже думать не хотелось, что она могла где-то подхватить магического паразита. Честно говоря, она не представляла, реальны ли такие существа, но кто знает, что пробралось в этот мир через открытый проход.

Поморщившись, женщина потерла висок и направилась в сторону тронного зала. По пути она остановилась около окна и принялась размышлять, наслаждаясь видом.

Ей нравилось наблюдать, как полностью принадлежащие ей мужчины копошатся на полях, стараясь обеспечить ее всем необходимым. Их она не трогала. Не потому, что жалела или что-то в этом роде.

Просто иногда рождались те, у кого жизненная сила была совершенно пресной. Из таких обычно вырастали безынициативные, глупые и скучные мужчины, пригодные только для тяжелой работы. Монотонная вспашка полей или уход за урожаем – предел их возможностей.

Но даже если и так, королева не собиралась упускать их из виду. Она любила смотреть с высоты своего положения, как все эти безвкусные муравьи возятся только для того, чтобы угодить ей.

Да, она была уверена, что каждый из мужчин внизу мечтает провести с ней хотя бы одну ночь. Она фыркнула. Можно подумать, кто-то им позволит. Тем более что эти тюфяки и в постели обычно бывали неуклюжими и бестолковыми.

И снова ее мысли вернулись к оставшимся позади гномам. Их жизненная сила была иной. Она отдавала холодом подземелий, бурлила, словно пенное пиво, ярилась, как огонь в очаге. В общем, была превосходной. И уж точно вносила разнообразие в ее жизнь.