Чтение онлайн

Когда внимание гномов перестало быть сосредоточенным на одном эльфе, все внезапно поняли, что и другие пленники давно пришли в себя, но никто из них ничего не сделал. Они просто сидели на земле и выглядели такими же растерянными и дезориентированными, как первый эльф.

Ольга с долей восхищения смотрела, как гномы общаются с теми, кто еще несколько часов назад пытался если не убить их, то ранить. Ей начало казаться, что они относятся к эльфам немного покровительственно. Не было никаких сомнений, гномам было жаль противников, и из-за этого чувства они готовы были рисковать.

– А если все это ложь? – спросила Оля Грона, когда тот подошел ближе.

– Вряд ли, – качнул он головой. – Ты сама видела, как он выглядел, когда очнулся. Подозреваю, что эта королева морочила им мозги.

– Разве такое возможно? – Ольга скептически поджала губы. – Она одна, а их вон как много. Она должна была обладать поистине ужасающей силой.

– Достаточной, чтобы разорвать пространство между мирами.

Ольга замерла, тревожно сглотнув. Она посмотрела в то место, где была воронка, а потом вспомнила Алину. По спине прошелся холодок.

– А ведь мы тоже пришли из другого мира, – прошептала она.

Грон практически сразу понял, о чем подумала Ольга.

– Ты думаешь?

– Все сходится, – прошептала она. – Разве нет?

Она сглотнула, все еще не до конца осознавая, чего им всем удалось избежать.

Если Ольга опасалась внезапного нападения со стороны эльфов, то этого не произошло. Вскоре ей стало понятно, насколько они растеряны.

Поначалу она не до конца понимала серьезности ситуации, но потом, немного все обдумав, ощутила острое сочувствие. С обрывом связи и потерей королевы их привычный мир рухнул. Причем кардинально. Ольга даже не знала, с чем можно сравнить подобное.

Промывание мозгов, которому подверглись эльфы с самого рождения, слишком искривило их психику. Они привыкли подчиняться женщине. Это была их суть.

Всем жителям этого мира повезло, что в программе имелся небольшой противоречивый изъян.

Магия заставляла эльфов верить, что существа женского пола – нечто противоестественное. Нечто, что не должно существовать в принципе. Они должны были видеть женщин монстрами, которых обязаны истреблять при первой возможности, не испытывая ни жалости, ни сочувствия. И в то же время магия требовала от них полного подчинения королеве. Но королева ведь тоже существо женского пола. Исключение? Конечно, однако это никак не отменяло определенную нагрузку на программу. Эльфам всегда приходилось подсознательно вспоминать, что королева – исключение. И даже так что-то внутри мужчин пыталось осознать это противоречие. Им было непросто принять это.

В глубине души эльфы стремились к гармонии. И для достижения ее имелось два варианта. Если все существа женского пола противоестественны, то нужно уничтожить всех без исключения . Если существование королевы нормально, то и остальные должны жить. Именно из-за этого явного противоречия эльфы с готовностью приняли новые правила. Связи, которая заставляла их делать все, что желала королева, больше не было. Их воля освободилась от навязанного давления.

Кто-то счел бы это потрясающим. Так и есть. Однако что делать существам, жизнь которых, по сути, им никогда не принадлежала? Они обрели внезапную свободу, но понятия не имели, что с ней делать и как существовать дальше. Старые шаблоны рухнули, правила резко изменились. Все, на чем стоял их прежний мир, в один момент превратилось в пустоту. Эльфам не на что было опереться.

Именно поэтому они после пробуждения инстинктивно искали глазами Ольгу или Любовь Ивановну (по сути, любое существо женского пола поблизости). Конечно, не для того, чтобы убить. Просто женщина всю жизнь стояла над ними. Она диктовала, как им жить. Благодаря связи эльфы считали, что это абсолютная норма, что иначе просто не бывает.

Если человеку, всю жизнь вдыхавшему воздух через рот или нос, скажут, что, вообще-то, природой задумано поглощать кислород через кожу, вряд ли он в одно мгновение начнет жить по-новому. Ему будет невыносимо сложно перестроить себя. И не факт, что в дальнейшем он сделает это, а не предпочтет жить по старым правилам. Ведь зачем ломать то, что работает? Мало ли что правильно, он ведь жил как-то до этого, и было вполне комфортно.

Грон хмуро взирал на толпящихся неподалеку эльфов. Учитывая, что к каждому был приставлен гном для присмотра, казалось, что рядом ступить негде.

– Надо что-то делать, – буркнул он.

– Они не агрессивны, – произнесла Ольга.

Она и сама была в растерянности. Было понятно, что придется как-то обустраивать жизнь такой толпе народа, однако ни у кого не было идей, что делать. Кажется, удовольствие от происходящего получала лишь Людмила Ивановна.

Нет, она не злоупотребляла внезапно рухнувшей на нее властью и вниманием стольких мужчин, ей просто нравилось, как на все это реагируют парни. Артем с Максимом по какой-то причине вдруг решили, что в их обязанности входит опека над женщиной. Они объясняли это тем, что у Ольги есть муж, который ее защитит, если что, а Людмила Ивановна одна. И как соотечественники они просто обязаны позаботиться о ее благополучии.

Ольга не вмешивалась в их отношения, позволяя Людмиле Ивановне действовать так, как хочется. Злой она не казалась, парнями вертела, конечно, но в этом не было чего-то необычного. Если поведение Алины сразу намекнуло на странность, то между эльфийкой и парнями никакой зловещей магии не ощущалось, обычные человеческие отношения, которые только начали развиваться.

Красивая взрослая женщина, любящая в пределах нормы чужое внимание, и молодые парни, желающие стать кем-то большим для этой женщины, поэтому с готовностью, но без фанатизма выполняющие ее мелкие капризы.

– Нет, но мы ведь не можем увести их всех в подземелья, – Грон с неудовольствием оглядел разбивающих неподалеку лагерь эльфов. Все они сейчас выглядели слугами, которых хозяин внезапно выбросил за порог, не сказав, что делать дальше. – Их слишком много. И мне не нравится, что они постоянно смотрят в твою сторону.

Ольга смутилась, а потом вскинула голову.

– Просто скажи, что ты ревнуешь, – храбро выдала она, смущаясь собственных слов. Она сразу вспомнила, что когда-то давно мечтала сказать нечто подобное своему возлюбленному. Вот только любимого ей так и не удалось найти, и слова остались несказанными.

Грон повернулся к ней и хмыкнул.

– Конечно, я ревную. Как иначе? – подойдя ближе, он собственнически обнял ее и притянул к себе, внимательно изучая любого, кто осмеливался глядеть на них.

К его разочарованию, эльфы даже не подумали отворачиваться. На самом деле они привыкли, что королева всегда с кем-то в тесном (иногда даже очень) контакте, поэтому демонстрация Грона не произвела на них никакого впечатления.

– В царство не пущу! – рыкнул Грон.

– Тогда, – пискнула Ольга. Ее слишком зажали, отчего даже дышать было трудно, – мы могли бы построить им город на поверхности. Тем более что Людмиле Ивановне теперь тоже негде жить.