Чтение онлайн

Э… что?!

— А что, этому можно научиться?!

— Конечно. Все Герои прошлого могли телепортироваться по своей воле, а не только на Волну.

— Кто именно и где этому учит? Я готов немедленно отправиться к нему!

— К сожалению, не помню. Но открыть эту способность не должно быть трудно, так как ею пользовались практически все, поищите.

Ну спасибо! Даже Эврисфей мне не давал таких заданий — «пойди туда не знаю куда, принеси то не знаю что». Надо будет с Арчером поговорить, это он у нас специалист по поиску всяких вещей и выяснению «что как работает».

Сразу после возвращения нас уже поджидали двое зверолюдей. Выглядели они, как нищие калеки — хромая лиса и слепой кот. Точнее, как их здесь называли, кицунэ и нэко. Изображали калек они очень профессионально, даже фактически стали ими — кот под очками ходил с закрытыми глазами, чтобы действительно ничего не видеть, а у лисы левая нога была парализована магией. И они приноровились двигаться с этими недостатками не хуже настоящих инвалидов. Только я без всякой системной справки видел, что открыть глаза и скинуть паралич эти двое могут буквально в полсекунды.

— Не боитесь использовать такую маскировку в Мелромарке? — поинтересовался я, подходя к «нищим». — Какие-нибудь работорговцы могут решить, что вы лёгкая добыча, а против десятка рыцарей даже ваша подготовка не спасёт.

— Вы проницательны, господин Герой, — едва заметно улыбнулась лиса. — Но видите ли, видящий нас работорговец вспоминает, что неизлечимые травмы бывают трёх типов: у тех, кто слишком беден и не имеет связей, чтобы получить доступ к целительной магии; в результате наследственных болезней; в результате проклятий. Потом он видит, что я — тридцать четвёртого уровня, а мой спутник — тридцатого. Это сразу отбрасывает вариант про отсутствие связей — воин с таким стажем, даже если бы совсем не имел денег, мог бы продать свои услуги в кредит — служба в обмен на исцеление. Значит, либо наследственное, либо проклятие. Проклятие вылечить в принципе можно, но это куда дороже, чем обычная травма, и в процессе лечения с таким же успехом можно и подхватить его самому. Работорговцы на такие риски не идут.

— Зато наследственное — вроде бы в самый раз. Далеко не для всякой работы, которую могут исполнять рабы, необходимо совершенно здоровое тело. Особенно, что касается женщин, прошу прощения.

Не то чтобы меня сильно интересовали все эти мелкие аспекты шпионажа нелюдей в стране людей-ксенофобов. Просто пока мы болтали, я приглядывался к ним, а они — ко мне. Оценивая опасность и перспективы.

— А с наследственными болезнями возникает другой вопрос. Если будучи слепым и хромой от рождения, мы сумели набрать такие уровни — то мы определённо умеем компенсировать свои недостатки, и кто знает, какими именно способами. Работорговцы не любят рисков и загадок. Их принцип — минимум затрат, максимум прибыли. Тем не менее, дважды нас пытались захватить… но это немного, учитывая, что мы работаем в этой стране уже три года.

— Не буду спрашивать, где лежат те, кто пытался. Силтвельт, как понимаю?

— Именно так, Герой Щита. Четыре великих клана приглашают вас вместо Фобрея отправиться в Силтвельт — страну, храняющую наследие Щита — и занять место, предназначенное вам по праву.

Конечно, в юности я бы за такое предложение схватился руками и ногами. Ведь Зевс предназначил мне стать верховным царём над всей Элладой, только благодаря обману Геры этот титул получил Эврисфей! Любой подросток считает себя недооцененным, недополучившим своё, обойдённым, затравленным, лучшим в мире (только этого почему-то никто не видит). А у меня, в отличие от многих подростков, были очень серьёзные реальные причины считать именно так. И попадание в другой мир — самый лучший способ реализовать эти комплексы.

Только эти посланники зверолюдей с их предложением опоздали лет на 25. Я до своей смерти успел немножко повзрослеть и поумнеть. И титул басилея уже не является для меня вершиной всех устремлений и не кажется величайшей мыслимой наградой.

— Вы имеете в виду царский… то есть королевский трон?

— О нет, господин Герой Щита, в Силтвельте народовластие. Однако поскольку народ безусловно почитает вас и будет рад исполнить любое пожелание Героя Щита, фактически ваша власть и оказываемые вам почести будут даже выше королевских!

Странное слово и не менее странное понятие. Хотя, кажется, его придумали именно в Элладе, но уже после моей жизни. Обрывки знаний из Трона Героев и того, что залил в меня Грааль перед Пятой Войной не дают судить чётко. Безумие ушло, а каша в голове с тех пор осталась — кушай не обляпайся.

— И что же, для решения любых вопросов все жители страны собираются на одной площади и обсуждают их, пока не договорятся?

— Что… нет, конечно, господин Герой, это было бы невозможно! Население Силтвельта — несколько миллионов! Народ выдвигает своих представителей — депутатов — в парламент, на заседаниях в котором и принимаются решения и законы.

— И сколько в парламенте этих самых депутатов?

— Точного числа законом не установлено, но обычно чуть более тридцати. По одному представителю от каждого крупного города.

Мне хотелось задать много ехидных вопросов — например, как назначаются эти депутаты в своих городах, кто обеспечивает их верность выдвинувшим гражданам, сколько времени им требуется, чтобы между собой договориться… Но это всё меня напрямую не касалось, поэтому я задал более эгоистичный вопрос:

— У вас есть документ, подтверждающий, что этот парламент готов беспрекословно исполнять любые указания Героя Щита?

— Ну вы же понимаете, господин Герой, — промурлыкал кот, — что нося с собой подобный документ, мы бы подвергались многократно большему риску при любом обыске…

— Понимаю, конечно, шпионов нигде не любят. А у вас вообще есть хоть какая-то прямая связь с командованием в Силтвельте?

— Есть, хотя она довольно медленная — по букве в минуту — и используется в крайних случаях.

— Отлично. Значит сейчас у нас и есть крайний случай. Используйте эту связь, чтобы послать запрос на родину: может ли ваш парламент подготовить для меня соответствующую грамоту — о безоговорочном подчинении — чтобы вручить прямо на границе? Если ответ положительный, то я еду в Силтвельт. Если отрицательный или ответа не будет — моё расписание не меняется, я еду в Фобрей.

По их лицам я и так видел, что ответ будет отрицательный. Но сеанс связи позволял этим двоим хотя бы сохранить лицо, переложив ответственность на руководство. Иначе, думаю, им бы по возвращении здорово влетело за то, что «плохо уговаривали Героя».

— Господин Герой… позвольте хотя бы сопровождать вас, пока не будет получен ответ!

— Почему бы и нет. Пара дополнительных бойцов мне не помешает. Только полагаю, вам надо сменить маски. Иначе у слишком многих возникнут вопросы — с чего это Герой Щита с собой таскает пару калек?

— О, за этим дело не станет, господин Герой! Мы и сами собирались менять имидж в ближайшие дни…

Взмах лисьего хвоста, немного магии иллюзий, пара секунд возни с одеждой — и вот на меня уже смотрела пара вооружённых до зубов авантюристов средних лет. А может и разбойников. Грань между этими двумя «профессиями» весьма тонка, как и в моё время.

— Так подойдёт, господин Герой?

— Совсем другое дело! Давайте в повозку!