ЖАНРЫ

Гибель богов (Хроники Хьерварда, Книга Хагена)

Перумов Николай Даниилович

Шрифт:

– Орк? Странное имя... Так называют всех подобных тебе в Западном Хьёрварде...
– заметил Хаген.

– Ничего странного, - усмехнулся вожак.
– Люди забыли, что на языке нашего Отца, в свое время владевшего всем Западным Хьёрвардом, "орк" значит всего-навсего "свободный".

– Ясно... А остальные из твоего племени? Остальной Ночной Народ?

– Все, кто еще не одичал окончательно, готовы. Пусть эта война станет последней войной между нами и людьми! Мы тоже хотим жить...

– Эта война не между вами и людьми, - строго произнес Хаген, сурово взглянув на гоблина.
– Это война между теми, кто предпочитает жить в рабстве, и теми, кто предпочитает умереть свободными. Мы бросаем вызов Молодым Богам, погубителям вашего Отца. Им, и только им, и сражаемся с их прислужниками - и людьми, и не людьми. Будет хорошо, если по пути ты объяснишь это своим. А теперь - вперед! Выслать дозоры! И забудьте об отдыхе! Помните, отставших не ждем!

Избегая дорог, выбирая самые глухие буреломы и овраги, войско Хагена поспешно продвигалось на северо-восток, напрямик к Столице Хранимого Королевства. Отставших не оказалось - Лодин выбрал для этого похода самых выносливых бойцов; похоже, так же поступил и предводитель орков. Над отрядами чувствовалась рука Хедина - его Ученику на пути не встретилось ни одного, даже самого мелкого лесного духа или иного прислужника Ялини. Чащобы точно вымерли.

– Не нравится мне это, - проворчал Фроди шагавшему рядом с ним Гудмунду. Злая тишина. Сколько нас еще терпеть здесь будут?

– Не каркай!
– оборвал его Гудмунд.
– Идем пока - и хорошо.

Однако Фроди лишь пробормотал себе под нос что-то унылое.

Наступил вечер; сгустилась ночь; а они все шли и шли мимо сливающихся в сплошную стену стволов, одолевая ручьи, оставляя позади тихие лесные озерки, обходя далеко стороной случайные под лесные деревни. И лишь когда рассвет вызеленил восточный край неба, Хаген, неутомимо гнавший воинов вперед, скомандовал, наконец, привал.

Люди и гоблины вперемежку молча попадали на траву. Тан довел их до глубокой ложбины с заросшими кустарником склонами; по дну журчал ручей.

– Здесь... спокойно...
– шумно принюхиваясь, удивленно проговорил Орк. Пока мы шли - всюду разлито... чующее... нас словно выглядывал кто-то, да никак углядеть не мог... А тут...

– Потому здесь и остановились, - отозвался Хаген. Он уселся на зеленую кочку подле чуть-чуть выступающего пласта дерна с несколько пожухлой травой. Отбросил травяную крышку и опустил руку в открывшееся глубокое и узкое темное отверстие в земле.

– А ну, все, отойдите подальше!
– Он повысил голос. Лодин, Гудмунд и Орк поспешно отскочили. Хаген медленно вытащил измазанный землей мешочек. Это все, что сумели сделать гарриды. Пронести амулет Хедина дальше, в глубь Хранимого Королевства, не смог бы никто.

– Отдыхаем, - бросил тан, пряча мешочек за пазуху.

Долина казалась заполненной мертвыми телами. Восемь тысяч бойцов покрыли ее сплошным живым ковром. А у сердца Хагена с каждым часом становился все холоднее бывший сначала почти раскаленным амулет Хедина. Когда тан окончательно перестанет ощущать его тепло. Это значит, что они больше ничем не укрыты и спустя самое большее несколько часов о них узнают в ставке Видрира, гоняющегося сейчас где-то на востоке за дерзкой армией Хьёрлейва. А быть может, жрецы Столицы и Маги, им помогающие, - Сигрлинн, например, - и не станут ждать правителя, а решат сами разделаться с дерзкими. Хаген содрогнулся при одном воспоминании о Диске Ямерта.

Солнцу еще оставалось далеко до зенита, как тан вновь поднял на ноги свое войско. Им предстоял последний переход. К вечеру они должны были достичь Столицы.

Леса кончились, лишь небольшие их обрывки еще таились по неудобьям и распадкам. Куда ни бросишь взгляд - поля, пажити, покосы, дороги, амбары, хутора, деревни... И повсюду - люди. Что ж, вперед, пока еще есть сила в амулете Познавшего Тьму!

Не таясь, длинная колонна полилась из лесного полумрака. Духи уже смогли бы увидеть их, но владения Бесплотных остались позади, в чащобах. А от людских глаз они укрыты... пока еще укрыты.

Они шагали обочинами, краями лугов, чтобы на них, прикрытых плащом невидимости, не налетел какой-нибудь селянин. Шли со скоростью рысящей лошади, не глядя по сторонам, придерживая на всякий случай оружие, чтобы не звякнула ни одна железка. Обогнули два небольших городка, встретившихся на пути, - и вот, когда минул полдень и светило начало клониться к западному горизонту, они увидели впереди исполинские башни и бастионы Столицы Видрира.

Все это время Хаген шел молча, низко опустив голову, погрузившись в размышления. Его сотники и тысячники не нуждались в постоянных подсказках, тан мог обдумать дальнейшие действия. Пока все шло в точности по задуманному Учителем Плану; и беспокоило Хагена совсем иное - слова, которыми Хедин проводил его.

"Ты спешишь, ты рвешься в бой, - произнес Маг, сурово глядя в глаза отчего-то смутившемуся Ученику. Ты любишь сражаться, я знаю. Ты не знал неудач. И, похоже, это несколько тебя испортило. Я чувствую, что ты возомнил себя непобедимым!.. Да, ты ловко владеешь мечом и воображаешь, что среди Смертных тебе нет равного, - однако это может погубить тебя в Столице. Пойми, там тебя будут ждать не мелкие короли Западного Хьёрварда и не раскормленные храмовые стражники Южного. В Столице ты наверняка встретишься с Учениками других Магов, и этого я страшусь больше всего. Я дал тебе все, что мог, из своего умения владеть оружием - и ты, увы, слишком уж сильно стал доверять своему клинку! Хранимое Королевство может выставить против тебя мастеров ничуть не хуже. Есть в этом Мире те, кто получше Магов умеет управляться с железными игрушками вроде твоего меча. Молодые Боги!.. Хранимое Королевство не зря зовется так. Смири свою гордыню! Опасность будет грозить не войску - оно лучше тех полков, что охраняют Столицу, - а тебе самому! Не сомневайся: когда вы втянетесь в дело, жрецы очень быстро поймут, кто главный у нападающих, и уж постараются выслать против тебя самых лучших, кого только смогут найти. А ты настолько уверен в своем превосходстве, что можешь потерять осторожность!.."

"Я не потеряю осторожность. Учитель, обещаю тебе, - подумал Хаген.
– За мной восемь тысяч мечей, и я нужен не себе, а им. Поэтому я лучше прослыву трусом, чем брошусь очертя голову, куда не надо..."

– Мой тан!
– раздался у него над ухом быстрый шепот. Лицо Лодина покрывал пот, в глазах была тревога.
– Похоже, нас сейчас увидят. Там, впереди, смотрите!..

Возле дороги стоял аккуратный серый двухэтажный дом, сложенный из тщательно обтесанного камня. У калитки палисадника, опершись на посох, неподвижно застыл высокий худой старик в широком сером плаще, с длинным благообразным лицом. Он встревоженно озирался по сторонам, точно отыскивая кого-то взглядом, от волнения даже прикусив губу. Тану бросился в глаза фронтон дома - крупно выведенный алой краской, там красовался

прекрасно ему известный, ненавистный герб Гильдии Волшебников Хранимого Королевства'.

– Проклятье!
– прохрипел Хаген, чувствуя, как быстро стал остывать амулет у тела. Напряженное внимание глаз сведущего в чародействе быстро высасывало из изделия Хедина последние силы. Пока еще войско Хагена было укрыто плащом-невидимкой, но невидимость вот-вот должна была исчезнуть.

Краем глаза Хаген заметил, как Гудмунд вскинул свой верный нож-крюк на изготовку, и едва успел схватить воина за руку; его яростные глаза и сжавшиеся, побелевшие губы были красноречивее любых слов. Гудмунд поспешно опустил оружие.

– Вперед!
– подал знак тан.
– Бегом!

Оказаться как можно ближе к городским воротам, когда колдун увидит их! Но ему, Хагену, нужно задержаться здесь, чтобы остановить этого проклятого старикашку, так некстати подвернувшегося под ноги.

– Лодин, веди дружину, - коротко приказал тан и двинулся прямо к колдуну.

Чародей медленно поднимал посох; белый резной набалдашник неторопливо клонился вниз, пока не замер, указывая прямо на Хагена, застывшего в пяти шагах от старика. Тепло амулета уже почти не чувствовалось; Ученик Хедина с лихорадочной поспешностью плел Заклятье Сна. Однако неразумно было бы возлагать все надежды только на него; одновременно вторым слоем мыслей Хаген творил Заклятье Тьмы - еще одно из Великих Заклятий.

Поделиться с друзьями: