Гибель империи. Тайные страницы большой геополитики (1830–1918)
Шрифт:
С точки зрения Лондона мир Сербии с Турцией мог быть заключен на основе status quo. При этом Босния, Герцеговина и Болгария получили бы административную автономию. Впрочем, Дизраэли при определенных условиях допускал и оккупацию первых двух провинций Австро-Венгрией, а Болгарии — Россией, однако указал и цену этой уступки:
«Константинополь с соответствующим округом должен быть нейтрализован и превращен в свободный порт… под защитой Англии». Разумеется, подобная «уступка» не устраивала ни Россию, ни Австрию.
17 октября под Дьюнишем сербская армия была наголову разбита, тем не менее Турция под различными надуманными предлогами саботировала все призывы великих держав к заключению мира с Сербией. В силу этого обстоятельства сильно увеличилась вероятность возникновения русско-турецкая войны. Однако начинать такую войну без предварительной договоренности с Веной Петербург не мог, и в результате длительных переговоров 15 января 1877 г. в Будапеште была, наконец, подписана секретная конвенция, которая обеспечивала России нейтралитет Австро-Венгрии в войне против Турции. Ценой этого нейтралитета явилось согласие России на австрийскую оккупацию Боснии и Герцеговины, при этом Вена обязывалась не распространять свои военные операции на Румынию, Сербию, Болгарию и Черногорию, но соглашалась на участие Сербии и Черногории в войне с турками на стороне России.
На отклонение Турцией Лондонского протокола Россия ответила мобилизацией. Царь выехал в Кишинев, где находилась ставка верховного главнокомандующего, и 24 апреля подписал манифест об объявлении войны Турции. Однако активные военные действия на балканском театре начались только в конце июня.
В ответ на объявление Россией войны Турции Великобритания 6 мая вручила Петербургу ноту, в которой сообщалось, что Лондон ни при каких обстоятельствах не может допустить, во-первых, блокады Россией Суэцкого канала, во-вторых, оккупации Египта, хотя бы только на время войны, в-третьих, захвата Константинополя и изменения статуса черноморских проливов. Горчаков успокоил англичан по поводу Египта и Суэца, а вопрос об изменении статуса Константинополя и проливов Россия обязывалась не решать единолично, но предупредила англичан о возможности временного занятия зоны проливов русскими войсками, если по ходу военных действий это окажется необходимым.
На это английская дипломатия не сочла возможным согласиться, и Лондон начал переговоры с Австрией о совместном отпоре России. Англия обязывалась послать свой флот в проливы, а австрийцам предлагалось ударить в тыл русской Дунайской армии. Но Вена от этих предложений отказалась, согласившись лишь проводить совместную политическую линию в вопросах послевоенного политического устройства Балкан. Зачем же Австрии было воевать с Россией, если та сама согласилась на австрийскую оккупацию Боснии и Герцеговины.
В ночь на 27 июня русские войска под командованием генерала М. И. Драгомирова форсировали Дунай в районе Зимницы, и 7 июля передовой отряд генерала И. В. Гурко занял древнюю столицу Болгарии Тырново, после чего двинулся на Казанлык. В сильную жару по горным тропинкам передовой отряд за 6 дней сумел пройти 120 верст. Известие о переходе Гурко за Балканы так сильно подействовало на турок, что занимавший Шипку отряд без боя покинул свою прекрасную позицию, бросил на перевале всю свою артиллерию и отступил к Филиппополю. В результате 7 июля Шипка оказалась в руках русско-болгарской армии, и кратчайший путь на Константинополь был открыт.
Однако турецкое командование, понимая стратегическое значение перевала, срочно перебросило из Черногории армию Сулейман-паши и решило провести контрнаступление с целью вытеснить русские войска за Дунай. Первой задачей Сулейман-паши было овладеть Шипкинским перевалом, при этом силы турок, брошенных на Шипку (27 тыс. чел. и 46 орудий), многократно превосходили силы его защитников (4,8 тыс. чел. и 27 орудий).
В исключительно тяжелых условиях русско-болгарские войска, героически обороняясь, удерживали свои позиции вплоть до подхода подкрепления во главе с генералом Драгомировым 24 августа, после чего русские стремительно контратаковали и отбросили противника, вплотную подошедшего к перевалу. Героическая оборона Шипки значительно нарушила планы турецкого командования и не позволила потерять важный стратегический рубеж, который русские удерживали вплоть до перехода основных сил в наступление в январе 1878 г.
Западному отряду русской армии под командованием генерала Н. П. Криденера было приказано взять крепость Никополь, после чего продолжить наступление на Плевну. 16 июля Никополь был взят, но с ходу занять Плевну русским войскам не удалось, поскольку Осман-паша сумел перебросить туда свой отборный корпус и организовать оборону города, создав при этом серьезную угрозу правому флангу и коммуникациям русской армии.
В кровопролитных боях за Плевну русские трижды предпринимали штурм города, но взять его им удалось только 10 декабря после длительной осады, в результате которой армия Османа-паши была вынуждена капитулировать.
Фактически под Плевной был решен исход войны. Еще до капитуляции Осман-паши английский премьер Дизраэли писал английской королеве:
«Падение Плевена (Плевны), который пока еще не пал, будет большим несчастьем для Британской империи».
В начале 1878 г. русская армия освободила много селений в долинах рек Марица, Стряма, Тунджа, Чая и глубоко проникла в район Родопских гор. Ее передовые части достигли берегов Черного моря и гор Странджи. Была освобождена большая часть Северо-Восточной Болгарии и вся Добруджа. Ко дню заключения перемирия 31 января был освобожден город Кюстендил, а затем и ряд населенных пунктов в долине реки Струмы, в том числе и Горна-Джумая (ныне Благоевград).
Наконец, 3 марта Турцией был подписан Сан-Стефанский мирный договор, который значительно расширял территорию Болгарии по сравнению с границами, намеченными Константинопольской конференцией. В том числе болгарам передавалась значительная часть Эгейского побережья, а турецкие войска лишались права оставаться в пределах Болгарии.
Однако итоги русско-турецкой войны 1878–1878 гг., зафиксированные в Сан-Стефанском договоре, не устроили Англию и Австрию. Британское правительство опасалось, что, включив Болгарию в сферу своего влияния, Россия станет средиземноморской державой. Вдобавок новые границы Болгарии так близко подходили к Константинополю, что проливы и турецкая столица оказывались под постоянной угрозой удара с болгарского плацдарма. Австрия же сочла, что оккупация Боснии и Герцеговины слишком малая плата за ее нейтралитет в войне. Ненасытная Вена требовала выделения ей еще австрийской зоны влияния в Западной Болгарии.
Уже через три дня после подписания Сан-Стефанского договора Австрия официально выступила с предложением созвать конгресс для обсуждения всех условий мира между Россией и Турцией, а не только статуса проливов, на что еще раньше согласился Горчаков. Фактически же речь шла о значительном пересмотре итогов русско-турецкой войны.
Россия не рискнула пойти на конфликт с двумя великими державами в сложившихся условиях. Ее армия и запасы военного снаряжения пострадали во время войны, а финансовое положение государства было весьма сложным. Поэтому царское правительство официально сообщило, что оно готово передать на обсуждение международного конгресса те условия мирного договора, которые затрагивают общеевропейские интересы.
Тем временем Великобритания, наращивая военные приготовления, демонстрировала, что готова воевать, в случае если Россия не уступит своих позиций, достигнутых в результате победы над Портой. И Петербург был вынужден подписать секретное англо-русское соглашение, по которому граница Болгарии отодвигалась от Константинополя за оборонительную линию Балканского хребта, а Англия обязывалась не возражать против передачи России Батума и Карса, а также против возвращения ей Бессарабии.
6 июня между Англией и Австрией было подписано соглашение о совместной политической линии на предстоявшем конгрессе. Оба правительства условились не допускать расширения болгарской территории южнее Балканского хребта и ограничить срок русской оккупации Болгарии шестью месяцами. Англия обязывалась поддержать притязания Австро-Венгрии на Боснию и Герцеговину.