Чтение онлайн

Элимер смотрел на нее и понимал, что до сих пор ничего не знал о былой любовнице. Перед ним словно незнакомка стояла, и никак не получалось соединить в голове два образа: Зарины прежней и Зарины настоящей.

– Я не увозил тебя силой, ты сама этого захотела, – наконец проронил он. – И я не хотел тебя мучить, мне жаль, если так вышло… Но теперь уже поздно что-то менять. Просто выбери свою смерть, свою казнь. Я даю тебе эту возможность.

Она снова долго молчала, а потом тихо спросила:

– Убьешь меня? – Голос ее прозвучал неуверенно, интонация разительно отличалась от прежней. – Ты хочешь казнить меня? Не отправить в заточение, как дикарку? Она ведь тоже убивала твоих людей. Там, в битве. И хотела убить тебя.

– О, боги, – прошептал Элимер, ошеломленный. – Так вот на что ты рассчитывала?

«Какая глупость», – чуть не сорвалось с языка, но кхан сдержался. Какой бы нелепой и наивной ни была надежда Зарины повторить судьбу Шейры и какой бы подлой ни была ее месть, не стоит смеяться над приговоренной. Да и не хотелось смеяться, если уж честно. Хотелось вернуться на несколько лет назад и оставить Зарину там, в Тилироне, предоставив ее судьбе.

Он поднялся с кресла, приблизился к женщине и как можно спокойнее спросил:

– Кто тебе помогал? Тебе кто-то помогал? – Она молча покачала головой, и тогда Элимер сказал: – Я позже решу, как с тобой поступить. А пока можешь идти, стража отведет тебя в темницу.

Лицо Зарины расслабилось и плечи тоже. Она отступила на пару шагов назад и развернулась к выходу. И ровно в тот момент, когда она разворачивалась, Элимер выхватил кинжал и вонзил ей в сердце. Она не вскрикнула, вообще не издала ни звука и сразу осела на пол. Скорее всего, даже понять ничего не успела. Ее красивое лицо выглядело спокойным...

В Инзар Элимер возвращался, чувствуя то горечь и тяжесть на сердце, то нетерпеливую радость от предвкушения встречи с Шейрой. Иногда эти два ощущения странным образом сплетались одно с другим: кхана удручало, что краткосрочная поездка в Орлиный замок обернулась почти месяцем потерянного времени, гибелью десятков людей и подпорченными переговорами – и он же испытывал облегчение, что все это случилось не в столице и обошлось малой кровью. Что, впрочем, не отменяло некоторых мук совести, ведь это произошло в том числе по его вине. В свое время он должен был внимательнее присмотреться к бывшей любовнице и не допустить подобного. Правильно гласила поговорка: обозленная женщина опаснее змеи.

Его путь от въезда в столицу и до крепостных стен как всегда сопровождался приветственным шествием, но кхан не задерживался, стремясь как можно скорее добраться до замка. Но и там до отдыха было еще далеко. После всех чествований и торжественного совета, плавно перетекшего в пир, Элимер только под ночь оказался предоставлен сам себе и смог крепко обнять Шейру вдали от чужих глаз, в своих согретых огнем очага покоях. По телу разлилось умиротворяющее тепло, и он наконец-то ощутил себя по-настоящему дома.

Айсадка уже во время пира не скрывала своей радости и облегчения от того, что он вернулся и он здоров: то и дело гладила его руку под столом и безмятежно улыбалась, глядя ему в глаза. Но все-таки на людях ей приходилось сдерживать свои эмоции, теперь же она отпустила их и ликовала, подобно ребенку, едва ли не прыгала от счастья. Так что и Элимер почувствовал себя почти счастливым, несмотря на горестный осадок, оставшийся от поездки. А потом, между ласками, Шейра сказала:

– У меня уже целых две луны не было крови.

И тогда он ощутил себя счастливым всецело.

Глаза айсадки сияли, губы изогнулись в плутовской улыбке, и пока Элимер приходил в себя от радостного изумления, Шейра посерьезнела и быстро произнесла:

– Но сразу же обещай, что имя выберу я! Это очень важно. Имя должно понравиться духам, чтобы они дали свое покровительство.

– Обещаю, – тут же согласился Элимер, касаясь губами ямочки над ее ключицей, а про себя подумал, что у наследника может быть и два имени. И пусть второе из них будет айсадским, почему нет. Лишь бы он родился и лишь бы здоровым.

На следующий день, когда все немного успокоилось, Элимер узнал, что ждали его не только Шейра и приближенные, но и ответ от иллиринских правителей, привезенный в Инзар гонцом неделю назад.

«Аззира Уллейта и Адданэй Кханейри, – гласило послание, – волею богов солнцеликие владыки Иллирина, властные над днями минувшими, сегодняшними и грядущими, выражают признательность кхану Отерхейна Элимеру II Кханейри – да славится его имя в веках! – за добрые пожелания и желают ему и его стране процветания. Пусть беды обходят стороной, и пусть не оскудевают руки богов, дарующие благо! Аззира и Адданэй Иллиринские будут счастливы увидеть Элимера Отерхейнского в Эртине и обсудить торговые отношения между нашими великими государствами в тот день, когда ему будет это удобно».

Элимеру показалось, что он видит глумливую ухмылку на лице брата, скрытую за витиеватыми строчками, видит, как искажается его лицо и как царственная незнакомка Аззира усмехается, вторя своему мужу, от которого, должно быть, без ума, как и множество других женщин. Кхан скомкал послание в руке – хорошо, что никто не видел этого бессильно злобного движения, – затем снова разгладил бумагу, тонкую и шелковистую, какой в Отерхейне не водилось. Принялся думать над ответом.

Лучше всего, конечно, было бы посетить Иллирин осенью, пока там не начались зимние дожди. К сожалению, он уже не успевал – после негаданной задержки слишком много дел накопилось здесь, в своей стране, и их предстояло решить прежде, чем снова надолго уехать. Но и откладывать поездку до весны тоже не стоило, ведь к весне уже надо определиться, пора ли начинать войну или есть еще время. Значит, придется ехать зимой… Если, конечно, Аданэй согласится принять его в это время года.