Чтение онлайн

– Завтра вечером пир... прощальный, – через силу произнес он. – Надеюсь, ты почтишь его своим присутствием.

– Разумеется. Благодарю, – непринужденно откликнулся Элимер, но видно было, что мысли его далеко. Он слегка склонил голову, прощаясь с Аззирой, потом кивнул Аданэю. – Тогда увидимся завтра на пиру. Пусть боги благоволят Иллирину Великому.

Он шагнул к двери, но тут снова раздался голос Аззиры:

– Богам нет дела ни до Иллирина Великого, ни до Отерхейна.

Можно было бы не отвечать на эту фразу, но Элимер все-таки обернулся и пробормотал:

– Возможно, ты права …

Не дожидаясь, пока Аззира скажет что-то еще, он вышел. Как только дверь за ним закрылась, Аданэй набросился на жену:

– Что ты тут наговорила?

– Правду… Как всегда. – Она устало опустилась на одну из темных глянцевых скамей между креслами, и багряное платье растеклось по полу вокруг нее, как вино из опрокинутого кувшина.

– Она никому не нужна, эта твоя правда!

– Отчего ты снова злишься? Не волнуйся: твоему брату я понравилась.

– Не сомневаюсь, – буркнул Аданэй.

– Он мне тоже понравился… Я бы с ним...

– Да ты бы с любым! Тебе вообще все равно с кем!

Она тихо засмеялась:

– Я хотела сказать, что побеседовала бы с ним подольше, и, может, мне все-таки удалось бы... А ты о чем подумал, мой бог?

– Ты знаешь о чем! И не думаю, что я ошибся! Иначе почему ты так… так… – он указал на нее, повел рукой вдоль тела и замолчал, подбирая нужное слово.

– Вырядилась? – помогла Аззира.

– Именно! Ради меня ты никогда…

– Вообще-то как раз ради тебя. Ты ведь сам твердил о церемониале. И я знаю, ты хотел, чтобы твой брат увидел меня такой. Прекрасной. Увидел царицей. И чтобы позавидовал тебе. Разве не так?

– Может быть… немного, – признался он, только что осознав, что она права. – Но я не думал, что ты вообще придешь на переговоры.

– Поэтому я пришла, когда они закончились и началось что-то другое. Что-то плохое, чему я хотела помешать. Не смогла, не хватило сил… Я так устала…

Она вдруг перекинула одну ногу через скамью, как бы оседлав ее, а руки поползли вверх по бедрам, задирая платье так высоко, что там, промеж ног, обнажилась влекущая, вожделенная, пьянящая расщелина, в которую он так хотел погрузиться, избавиться от болезненной твердости в паху, и он не мог устоять. Аззира сказала:

– Иди ко мне.

И он подошел. Подбежал. Он подхватил ее за бедра и усадил на себя. А она обняла его, оседлала, как до этого скамью, и поглотила.

– Почему? – шептал он, пока она наплывала на него, как штормовая волна, размеренно и мощно. – Почему только ты разжигаешь во мне это пламя?

– Ты готов сгорать от страсти, но боишься тепла любви, – шепнула она в ответ. – Вот поэтому – я.

Он спустил платье с ее плеч, обнажив грудь с маленькими сосками, и припал к ним губами, Аззира выгнулась и застонала. И огромная пустая зала преобразилась, наполнилась огнем, словно пыльный старый сосуд – вином.

В самый пик наслаждения, за миг до разрядки, Аданэй почувствовал чье-то присутствие. В уверенности, что показалось, все-таки слегка повернул голову – и увидел: выродок. Он стоял там, у двери, ее брат, и смотрел на них студенистыми рыбьими глазами.

– Что?! – Аданэй спихнул с себя Аззиру и вскочил со скамьи, поддерживая штаны и чувствуя, как липкое семя толчками выплескивается в них. В бешенстве и растерянности он даже не сразу сообразил, что сказать, только и выцедил: – Что? Что он здесь делает?!

– Это же Шеллеп – мой брат, – спокойно ответила Аззира, оборачиваясь к двери.

– Я и без тебя вижу! Я спросил: что он здесь делает?!

– Ничего. Просто смотрит. Он любит смотреть.

Аданэя охватил истерический не то хохот, не то вопль.

– Вы... да вы... Блудливые больные выродки!

Наскоро поправив одежду, он выскочил из залы и даже не заметил, как долетел до своих покоев. Там раздраженно махнул рукой Парфису, чтоб оставил в покое, и рухнул на кровать, сжимая пальцами виски. Будь все проклято! И переговоры эти, и Иллирин с его царицей! Он хотел домой, где все просто и понятно. Хотел в Отерхейн, в котором не будет Элимера.

Элимер…

Его мысли тут же устремились в другое русло.

Брат не шутил, угрожая войной, но что если Иллирин начнет первый? Что если сосредоточить войска на границе с Антурином под предлогом защиты от возможного вторжения кхана? Ускорить так постройку укреплений. Для отвода глаз. А самим напасть на провинцию. Только вот как преодолеть его непреодолимые, если верить легендам, стены? Надо обсудить это с Ниррасом. Вместе они обязательно что-нибудь да придумают. Элимер даже опомниться не успеет.