Чтение онлайн

– Три года.

– Так тебе было всего шестнадцать? И как это произошло?

– Ну, однажды она позвала меня к себе…

– А до тебя? Был кто-то?

– Ну конечно, Айн. Она же царица. Многие… мечтают. До меня был наследник одного знатного рода. Но его, кажется, в Лесной Клык отправили.

– И за какие прегрешения?

– Не знаю. Но поговаривают, что все это – интриги Нирраса.

– Вот как. А что будет, если Ниррасу и ты чем-то не угодишь?

– Да чем я могу не угодить? От власти, как и от свободы, я далек. И хватит, Айн, не люблю это обсуждать.

– Я заметил.

– Вот и давай прекратим, – и Вильдерин сразу сменил тему: – На твоем месте я бы сейчас отдохнул, Айн. После отравления зериусом, знаешь ли, сон не повредит.

Аданэй решил последовать благоразумному совету, тем более, он и впрямь ощущал слабость и сонливость.

***

Проснулся он, когда солнце переползало с востока на запад, и на полу, возле окна, играли его рдяные отблески. Блаженно потянувшись, Аданэй с удовольствием обнаружил, что усталость прошла, голова больше не болела, а рассудок прояснился. Он приподнялся, сел, и тут же столкнулся с взглядом чьих-то круглых больших глаз. От неожиданности вздрогнул, но в следующий миг признал в этом детском лице с пухлыми губами Латтору – царевну. Девушка сидела на краю дивана и разглядывала Аданэя с наивным интересом. Он медленно, не отрывая глаз от царевны, опустил ноги на пол. Латтора, напротив, подобрав длинную юбку, забралась на диван, подогнула ноги под себя, и широко улыбнулась.

– Айн…– протянула.

– Здравствуй, царевна, – озадаченно откликнулся Аданэй.

– Я Латтора, – еще шире улыбнулась девушка, тыча себя пальцем в грудь.

– Я знаю. Что ты здесь делаешь?

– Ну, я была у мамы, но к ней пришел Аххарит, и я ушла.

– Кто это – Аххарит?

– Он рыжий. Рыжий-рыжий, как лисичка, – хихикнула царевна.

– Да, но кто он? – переспросил Аданэй. Он понимал, что важно как можно больше узнать о людях, окружающих царицу: тут любые сведения могли пригодиться.

– Ну, он бастард Хаттейтина.

– Так. Подожди. А кто такой Хаттейтин?

– Он… ну, он раньше был кайнисом – помощником военачальника, – но потом мама его прогнала. Она его не любит.

– Почему?

– Не знаю, – рассеянно протянула Латтора. – Наверное, он злой и некрасивый, поэтому.

– А зачем его бастард пришел к царице?

– Тоже не знаю. И не спрашивай меня о таких скучных вещах! – девчонка поморщилась.

– Извини. Но, царевна, наверное, ты пришла сюда не просто так? Я что-то могу для тебя сделать?

– Ой! Да чего ты можешь сделать? Ни-че-го. Я просто так пришла. Шла, шла – и зашла. Поболтать с Вильдерином. А тут не он, а ты. Я уже долго здесь сижу.

– Зачем?

– На тебя смотрю, – хихикнула она. – У тебя, когда глаза закрыты, ресницы забавно дергаются.

Аданэй не нашелся, что ответить, а царевна повторила:

– Очень забавно.

– Не думаю, – немного резко отозвался он и, поднявшись, отошел к окну.

Девчонка тут же вскочила следом и подбежала к нему.

– А ты и не должен думать, ты же в рабстве, забыл? А я – царевна. Я буду за всех думать.

"Было бы чем", – мысленно усмехнулся Аданэй.

– Когда-нибудь я стану царицей! – продолжила Латтора. – И знаешь, что я тогда сделаю? Я тебя оцарю!

– Что-что ты сделаешь?

– Оцарю! Ну…– она хихикнула. – Оцарю-одарю – смешно ведь!

– Наверное… – пробормотал Аданэй, все больше поражаясь ее поведению.

– А знаешь, почему оцарю? – Латтора склонила голову набок, отчего напомнила Аданэю глупого цыпленка. – Потому что стану царицей. Разгоню нудных советников и заведу много любовников. Ты тоже будешь в их числе.

– Я польщен, – Аданэй отвернулся, чтобы скрыть усмешку.

– Конечно, ты должен быть польщен. Я бы и Вильдерина взяла в любовники, но он моей маме принадлежит. Но знаешь, что я еще сделаю? Первым делом прикажу казнить ее! – во взгляде Латторы вспыхнула злость.

Аданэй чуть не поперхнулся:

– Кого? Царицу?

– Да ты что! Как ты можешь думать такие глупые мысли?! – царевна негодующе всплеснула руками. – Ее – это Аззиру!

Аданэй оживился. Кто-кто, а уж загадочная дочь Гиллары и все, что с ней связано, интересовало его сильно. Выходит, не зря здесь появилась Латтора со своими бреднями.

– Кто такая Аззира?

– О, она чудовище! Нет, правда, она ведьма, – Латтора подвинулась ближе к Аданэю и понизила голос. Теперь в ее глазах отразился страх. – Ты ее не знаешь, Айн, тебе повезло. Она проклята всеми-всеми Богами. Такого злобного существа нигде в мире нет! А еще я сама слышала, как она говорила с духами мертвых мертвецов! А еще, когда я была маленькая, она жила здесь и всегда меня пугала, а потом смеялась. А я боялась пожаловаться взрослым, потому что она бы меня убила. Но, – Латтора огляделась, – не будем о ней к ночи.

И снова, как ни в чем не бывало, принялась нести какую-то ерунду. Скоро Аданэй понял, что ничего полезного от девчонки больше не услышит и полностью утратил интерес к разговору, задумавшись об Аззире. Ему показалось, что Латтора боится ее каким-то инстинктивным, животным, страхом – таким, который невозможно изобразить или надумать.

Прозвучавший в темноте голос Вильдерина прервал его мысли, равно как и беспорядочный лепет девушки.

– Царевна, что ты здесь делаешь? – юноша решительно подошел к Латторе и, не выказывая особого почтения, за плечи повел к выходу.

– Но Вильдерин, я хотела поболтать с тобой. И я так хорошо с Айном болтала, – капризно протянула она.

– Ты ведь знаешь, повелительница не позволяет тебе слишком много общаться с рабами. Лучше уйди, пока она не узнала.

– Ох, ну хорошо, хорошо. Уже ухожу. Но мы же еще увидимся, да? – Латтора помахала рукой и неуклюже выбежала из комнаты.

– Наконец-то, – вздохнул Вильдерин, когда дверь за ней захлопнулась. – Эта девица меня раздражает. А почему ты сидишь в полутьме?

Он зажег свечи и снова обратился к Аданэю:

– Что она говорила тебе, Айн?

– Какие-то глупости.

– Вещала, как станет царицей? – заметив удивление Аданэя, Вильдерин рассмеялся. – Она говорит это при каждом удобном случае. В такие моменты с ней лучше не спорить, иначе станешь свидетелем величайшей в мире истерики.

– А про Аззиру она тоже всегда говорит? – осторожно поинтересовался Аданэй.

– Аззиру? – Вильдерин вдруг напрягся и спросил: – Что она говорила про нее?

– Она ее боится. Очень сильно. Неужели эта Аззира так ужасна?