Чтение онлайн

Лев нахмурился и развернулся к Халибу:

— Ты говорил, что эти корабли не предназначены для варп–путешествий. Но грузовик такого размера должен быть способен летать через имматериум.

Капитан Железных Рук несколько секунд рассматривал главный пикт–экран, а затем коснулся его, заставив изображение замереть.

— Да, должен, — кивнул он. — Теоретически. Но посмотрите на двигатель. — Он указал на пикт. — Его модифицировали. Полагаю, варп–привод был демонтирован.

Обвел рукой корабль и продолжил:

— Очень много заплат. В несколько слоев. Я бы сказал, что они накладывались веками. Это судно вытащили со свалки и использовали для коротких маршрутов несколько владельцев.

За все время разговора Халиб только один раз взглянул на Льва. Если легионеру и было интересно, почему примарх настоял на личном участии в исследовании остова, то он ничем этого не выдал. По изуродованному лицу воина тоже ничего нельзя было прочесть. Даже если ему не нравилось участвовать в миссии Темных Ангелов на правах гостя, вместо того чтобы возглавить поиски самому, он ничем этого не выдал.

Ольгин, однако, выглядел таким же озабоченным, как и на борту «Непобедимого разума».

— Я должен увидеть все своими глазами, — сказал ему Лев, обрывая поток возражений лейтенанта. — И убедиться в том, что мне было рассказано.

Ольгин открыл было рот, собираясь спросить кем, но остановился и просто сощурил глаза. Он и так знал ответ.

«Хорошо, — подумал Лев, — Значит, ты понимаешь, почему мне нужно убедиться во всем самому. Если секрет продвижения вперед скрыт где–то в этих обломках, то я не могу позволить кому–то другому его обнаружить».

— Можешь предположить, что послужило причиной гибели судна? — спросил он у Халиба.

— Я не вижу ничего, что указывало бы на столкновение. Двигатель выглядит целым. Качество ремонта корпуса оставляет желать лучшего. Подозреваю, что дело в усталости металла. Внутреннее давление разорвало корпус.

— Как раз в тот момент, когда корабль прибыл сюда. И в то же время похожая участь постигла и остальные корабли.

— Я тоже не верю в подобные совпадения, — произнес Халиб.

«Грозовая птица» влетела внутрь «Хорала». Пробоина тянулась почти на полтора километра и составляла около сотни метров в ширину. Сквозь нее виднелось несколько грузовых палуб. Штурмовой катер Темных Ангелов приземлился в одном из наименее пострадавших ангаров на верхних уровнях корабля, как можно ближе к мостику и основным транспортным отсекам. Лев надел шлем и отдал команду опустить трап еще до того, как маневровые двигатели «Грозовой птицы» опустили корабль на пол ангара. Примарх выпрыгнул наружу, его ботинки тут же примагнитились к металлическому настилу.

Отряд из пяти бойцов, отобранных лично Ольгином, двинулся следом, держа болтеры наготове. Нашлемный фонарь лейтенанта первым осветил дальнюю стену ангара.

— Это вражеский корабль, — сказал он.

Лев подошел ближе. Стену покрывали рунические надписи. Некоторые были выжжены на поверхности, другие — намалеваны кровью. Рот примарха презрительно скривился. Надписи казались знакомыми в самом неприятном смысле этого слова. Длительное воздействие открытого космоса никак не повлияло на их неестественную и омерзительную природу. Чем дольше примарх смотрел на надписи, тем сильнее становилась уверенность, что символы вот–вот начнут двигаться. Стены исписали люди, но использовали они язык, которому не было места в материальной вселенной и на котором не должно разговаривать ни одно разумное живое существо.

Чаще всего встречалась восьмиконечная звезда.

— Все становится понятнее, — заметил Халиб.

— То есть вам тоже приходилось сталкиваться с этими культами? — спросил Ольгин.

— Да. И с теми, кому они поклоняются, тоже. — Его голос наполнила ненависть, и он начал скрежетать даже сильнее, чем раньше. — У нас есть база на Триносе — это луна в соседней системе, Анесидоракс. Там укрылось много беженцев с разных миров. Эта чума расползлась по всему субсектору.

— Думаешь, кто–то из них прибыл оттуда же, откуда и эти корабли?

Халиб покачал головой:

— Мы проверяли все суда, на которых прибывали беженцы. Там не было следов этой скверны. И ни один из кораблей не был таким старым и в таком плохом состоянии. Те развалины, что здесь собрались, не должны были выйти за пределы родной системы.

Отряд двинулся дальше, в глубь корабля. Покинув отсеки, пострадавшие от разгерметизации, они начали натыкаться на тела, которые не улетели в космос с потоками воздуха. Кто–то застрял между искореженными переборками, оказался зажат между дверями, иные просто лежали в запечатанных комнатах. Лев остановился у одного из закрытых отсеков, взглянул на пластальную дверь, вырвал ее из пазов и вошел внутрь.

— Они умерли не от нехватки кислорода, — сказал он, осмотрев тела.

В отсеке произошла настоящая бойня — повсюду лежали выпотрошенные трупы с рассеченными глотками, Многие сжимали в окоченевших руках примитивные ножи. Некоторые, похоже, убили сами себя — вероятно, когда других уже не осталось.

— Это было не убийство, — сказал Ольгин.

— Нет, — согласился Халиб. — Это жертвоприношение.

— То есть пробоину в корпусе создали преднамеренно?

— Я бы не стал игнорировать такую вероятность, — ответил Халиб. — Похоже, так и было.

— Слишком много кораблей погибло одновременно, — произнес Лев. — Теперь мы знаем, как это произошло. Остается вопрос: зачем?

— Похоже, что результатом этого стал варп–шторм, — сказал Ольгин.

— Но для чего? И почему здесь? — спросил Лев.

По дороге к мостику им продолжали попадаться трупы, на каждом виднелись ритуальные раны. На застывших в предсмертной муке лицах читался болезненный экстаз. Корабль одновременно стал и склепом, и памятником триумфу Губительных сил. Мертвецы с «Хорала» были настоящим отребьем даже при жизни. Лев обратил внимание на их одежду и предметы быта — шкуры, которые надели, не дав им просохнуть от крови, амулеты из человеческой кожи и костей. Оружие было грубым и создавалось с целью внушить противнику ужас. Примарха удивило, что такие люди могли управлять космическим кораблем, пусть даже таким примитивным. Они казались ему дикарями, настолько поглощенными верой в богов варпа, что должны были утратить всякий рассудок.

Прямо перед входом на мостик Ольгин опустился на корточки у груды трупов. Они умерли до того, как успели дорисовать жуткие руны у себя на лбу. Эти культисты пытались выцарапать символы ногтями, когда смерть настигла их.

— Похоже, они торопились, — произнес лейтенант, указывая на раны. — И они одеты иначе.

На телах не было видно извращенных символов, а их одежды, хотя и примитивные, не вызывали подозрений.

— Похоже, они должны были отправиться куда–то еще, — заметил Лев.

— Шпионы? — предположил Ольгин.

— Возможно. Вы уверены в своих беженцах на Триносе? — поинтересовался примарх у Халиба.

— Настолько, насколько можно быть уверенным в существах из плоти и крови, — ответил легионер.

Лев кивнул и снова перевел взгляд на трупы.

— Они не должны были умереть здесь, — продолжил он. — А когда поняли, что все же погибнут, попытались завершить свой ритуал. Но их жертвоприношение изначально задумывалось в другом месте.

— На Пифосе, — сказал Халиб.