Гибельный шторм
Шрифт:
— Что прикажете? — спросил избранный лейтенант.
— Пусть хор астропатов свяжется с моими братьями. Отправьте весть. Мы нашли путь.
Приказ отдан. Весть отправлена. Сделать это было непросто.
«В конце концов они всех нас убьют», — подумала Важета Лициния. Глава астропатического хора «Непобедимого разума» была не до конца уверена, кем именно были эти «они». Она не ставила под сомнения приказ примарха. Не сомневалась в необходимости такого приказа. Она готова была отдать жизнь ради передачи сообщения.
Но тем не менее эта мысль появилась в ее мозгу. Она выходила за пределы ее контроля — внезапная мрачная вспышка, которую астропат не смогла подавить.
«Эта война», — подумала она. Война разрывала на части и Галактику, и всякое понимание окружающей реальности. Невозможное путешествие сквозь тьму требовало невозможных усилий от каждого.
И теперь ее хор тоже попросили совершить невозможное. Само сообщение было простым и коротким. «Путь найден. Летите к Триносу». Преобразовать его в ментальные образы было несложно. Но вот отправить… Тут совсем другое дело. Это–то и было невозможным.
Лициния стояла за своей кафедрой. Механизированный корсет, прикрепленный к грудной клетке, позволял ей держать спину вертикально. Ноги на сервоприводах давали возможность передвигаться с места на место. Полукруглые ряды астропатических кресел поднимались перед ней, как амфитеатр. И хотя Лициния была слепа, ей часто казалось, что она видит эту комнату в тусклом сером свете. Первый ряд астропатов казался смутными тенями, фантомами, обманом зрения. Когда же она открыла свой внутренний псионический глаз, отсек превратился в водоворот энергии. Каждый астропат сиял, как маленькая звезда. За спинами хора развернулось не–пространство варпа, в котором бушевал Гибельный шторм. Простое понимание происходящего буквально резало ножом ее разум. Передача сообщения подразумевала необходимость заглянуть в глубины безумия. Полностью открыться его потокам.
— Мы взываем к Ультрамаринам и Кровавым Ангелам, — обратилась Лициния к хору. — Призываем их сюда. Зовем их, чтобы они пришли к нам сквозь вечность.
Эти слова были одновременно и приказом, и заклинанием. Она инструктировала астропатов, заставляя их концентрироваться на задаче, и накапливала коллективную мощь всего хора. Их сила заключалась в единстве. Только так каждый из них мог надеяться на выживание.
— Мы взываем к ним через наши узы верности. Через нашу связь с Императором.
Кандалы, которые все астропаты носили на ногах, были символом объединения их душ с Императором. В процессе передачи сообщения, когда каждый из них не только становился частью чего–то большего, но и подвергался риску сгинуть в потоках варпа, эти оковы становились связующими звеньями, позволяющими не потерять себя и свою цель.
Как только передача началась, Лициния замолчала. Ее команды стали исключительно псионическими. Она потянулась вперед, используя объединенную мощь всех астропатов, и хор последовал за ней.
Они тянулись к своим коллегам на кораблях IX и ХII легионов, не зная, где и как далеко они находятся. Ни местоположение, ни расстояние не имели значения. Сообщение улетало в бесконечность.
Но бесконечностью правило безумие. Хор астропатов столкнулся с Гибельным штормом, и тот не преминул ответить со всей присущей ему яростью. Его ветра стремились разрушить целостность сообщения. Его волны били об утес разума хора. Ревущая буря оглушила Лицинию и затянула ее в свою пучину. Она пыталась бороться, уговаривая хор подняться выше, искала силы в целеустремленности. Но буря становилась все сильнее — проникала в разум каждого астропата, пыталась уничтожить их единство.
Где–то далеко из глаз и ушей Лицинии потекла кровь.
Она кричала, раз за разом бросаясь в бурю, пока наконец не появилась внезапная трещина в ткани не–пространства. Сообщение прошло сквозь этот разлом и отправилось в путешествие по волнам сновидений. Но в то же время эта трещина стала мощным разрядом, ударившим по хору, будто молния. Казалось, варп принял сообщение, но при этом решил наказать отправителя.
Лициния закричала. Ее псионический взор заполнила серебристая вспышка, и неодолимая сила отбросила ее пси–проекцию обратно в физическое тело. Она судорожно втянула пахнущий озоном и горелой плотью воздух и отключила ментальный взор от образов боли и потоков мистической энергии. Астропат снова была в амфитеатре хора, окруженная серостью и неясными призраками. Но теперь в этой серости был свет. Даже закрыв внутренний взор, она не могла полностью игнорировать псионическую энергию, бушующую в зале хора. Какие–то узлы горели. Люди кричали. По амфитеатру, постепенно затихая, каталось эхо, которое с равным успехом могло быть и громом, и смехом.
Лициния вдохнула и выдохнула. Легкие работали с хрипом и бульканьем. Она бы с радостью упала, но поддерживающий корсет не давал этого сделать. Лицо и шея стали липкими от ее собственной крови. Она с трудом заставила уняться бурю в голове. И когда наконец поняла, что справится, позволила себе приоткрыть псионический глаз и сосчитать погибших.
Огни угасли. Во многих креслах сидели обмякшие безжизненные фигуры.
Сообщение отправлено. Почти четверть ее астропатов погибли.
«В конце концов они всех нас убьют».
Глава 6
СЛИЯНИЕ СУДЕБ
«Исходные данные: это была засада».
«Следствие: они знали, где нас искать».
«Следствие: они могут путешествовать через варп по собственному желанию».
«В теории: их навигаторы могут то, что недоступно нашим».
«На практике: использовать их».
На «Благовещении» оказалось два навигатора. Необычно. Возможно, это имело какое–то отношение к успеху засады. Закованные в кандалы пленники стояли в центре камеры для допросов — маленького помещения с голыми стенами. Блок люминосфер направленного света под потолком работал на полную мощность» заливая узников ярким белым светом, не оставляя теням ни малейшего шанса. Пленники в этом сиянии не могли ничего спрятать и ничего рассмотреть. Жиллиман знал, что видится им сейчас просто огромным силуэтом» а стражники, стоявшие по углам помещения, — сгустками тьмы. На лбах навигаторов красовались свинцовые полосы, исписанные гексаграмматичесхими схемами, скрывавшие третий глаз мутантов. Функцией навигаторов было видеть то, что другие не могут. Но сейчас они были слепы.
Однако Жиллиман подозревал, что пленные навигаторы даже сейчас видели общую картину лучше, чем он. Прежде чем заговорить, примарх какое–то время рассматривал узников, словно поле боя перед грядущим сражением. Мужчина и женщина. Ятиний и Некрас. Оба — уроженцы Терры, члены знатных семей Навис Нобилите. Робаут отметил их родословную и включил в свои планы на будущее чистку всех родственников этих предателей, дальних и ближних.
Оба навигатора состарились прежде срока. С их почти голых черепов свисали редкие пряди сальных волос. Пленники были настолько слабы, что в кандалах не было никакой функциональной необходимости. Они были облачены в мантии ставшего традиционным для Несущих Слово багрового цвета с вышитыми на них цитатами из книги Лоргара — мантии, обгорелые и изодранные после встречи с разрушителями Гиеракса. Когда–то Жиллиман считал эту книгу печальной. Она была посвящена ошибочной философии, идеям которой его гениальный брат отдался полностью, понапрасну тратя время. Но сейчас владыка Ультрамара изменил мнение. Результат работы Лоргара был не бесполезен. Он был чудовищен.
Ятиний широко распахнул глаза, глядя прямо на свет, совершенно не беспокоясь насчет возможной травмы зрительных органов, и улыбнулся. Кровь хлынула изо рта. Он разжал челюсти и выплюнул откушенную половину собственного языка.
«И ты думаешь, что сможешь использовать это создание?» — спросил сам себя Жиллиман.
— Вы можете видеть сквозь Гибельный шторм, — произнес примарх.
Ятиний продолжал улыбаться, но Некрас решила говорить.
— Да, можем, — сказала она.
— Каким образом?