Чтение онлайн

На первый взгляд он казался совсем безобидным, этот город. Дель-сун. Его имя было как карамелька на языке, как шаг по хрустальному мосту или звонок колокольчика. Что может ожидать путник, въезжающий в эти смешные, для вида установленные деревянные ворота, где стоят улыбающиеся караульные? Что может ожидать путник, въезжающий в Дельсун на закате, когда город становится красивым золотым миражом? Миражи всегда манят, зовут… Кто-то наверняка хотел бы здесь остаться.

Я хотела убежать. Я чувствовала их, слышала. Под кожей бегали мурашки от постоянного присутствия тех, кто пришёл из-за Свен. Такого не должно быть. Люди не должны жить в таких местах.

— Ты привыкнешь, — заверил меня Каус.

— К чему?

Он улыбнулся.

— Ты сидишь, как на иголках, и стараешься делать вид, что ничего не происходит… Мой совет, хочешь что-то скрыть — следи за руками.

Я раздражённо скрипнула зубами и с трудом разжала пальцы, уцепившиеся в складки плаща.

— Я догадался по тому, как ты отреагировала на шнырка — ещё до его появления. Я понял, потому что и сам такой же.

— Ты о чём?

— О повышенном восприятии к пустынным тварям. Когда ты обуздаешь свой страх…

— У меня нет никакого страха! — разъярилась я.

— Страха не может не быть. Эти существа противоестественны, их боятся все люди. И никуда тут не денешься — инстинкты. Но с этими инстинктами можно и нужно работать, и тогда они станут тебе хорошим подспорьем. Можешь мне не верить, но я тоже боюсь. Однако при этом чувствую, откуда может прийти опасность, и знаю, что пока она даже не смотрит в мою сторону.

Я промолчала. Может, Каус был и прав, и страх тоже имел место быть. Но то, что происходило со мной, я бы больше отнесла к дурным предчувствиям.

У меня было стойкое ощущение, что в Дельсуне мне не понравится.

10.

Я сидела на подоконнике узкого окна в комнате, которую мне удалось снять на часть подъёмных. Кстати, недурных — целых двести фертов. В клетке на тумбочке весело щебетал мой новенький, пока безымянный, письмоносец, которого я пока не решилась выпускать. Пусть сначала привыкнет ко мне.

Деньги я получила сразу, как прошла собеседование, ещё пару дней пришлось потратить на поиски жилья. Комнатка была маленькая, прямо под чердаком, и из окна виднелись крыши соседних домов, острые, багряные, с замшелой черепицей. Они были так близко, что при желании можно было бы преодолеть по ним весь квартал, используя для поддержки карнизы, водосточные трубы и узкие пожарные лесенки. За крышами проглядывалась площадь, маленькая, мощёная, с аккуратным фонтаном. Над площадью парил шпиль с флюгером в виде трубки — филиал Гильдии медиков, отражал низкие вечерние облака стеклянный купол Дельсунской Оперы, но я смотрела не на них, а на видневшуюся мне с подоконника балюстраду длинного двухэтажного здания, бледно-серого, с белыми колоннами. Именно здесь находился Центр Пустынных Аномалий.

Здание было нарядным только снаружи. Внутри оно разваливалось. Эдакий большой трухлявый пень с окошками в гнилых рамах. Впрочем, видела я пока не много. Длинные мрачные коридоры, лабораторию со стеклянными кубами, в которых сидели застывшие существа… И, конечно, кабинет директора, Грента-Райи, широкоплечего мужчины с залысинами, напоминающего большого приземистого пса — из тех, которых держат для того, чтобы было кому вцепиться в ногу грабителю. Даже речь его была похожа на собачий лай — отрывистая, громкая, напористая.

Мы сразу друг другу не понравились.

— Расследованиями не увлекаемся, — сердито сказал он, подписывая мои документы. — Первое время будешь ловить тварей и докладывать мне. Сразу мне! Лично! Даже если это будут вонючие шнырки, ясно?! Впрочем, на них лучше время не трать, мимо проходи…

— Клятва, которую я приносила после выпуска, не позволит мне пройти мимо, — сухо ответила я.

Грента-Райи пожевал губы. Недобрый взгляд из-под большого лба не сулил мне ничего хорошего. Мысленно я была готова к тому, что он взорвётся, устроит мне разнос… но он не взорвался. Вместо этого веско сказал:

— Гильдия далеко. А здесь я управляю. Так что делай, как я говорю. От Тормура отмажу, если что… Всё, свободна. Каус, останься.

Всё то время, пока мы общались с директором, Каус стояла возле моего стула, молчаливый и прямой. Мне казалось, он мне улыбнётся, когда я пойду к двери, но парень даже не посмотрел в мою сторону.

Последующие два дня я его тоже практически не видела. Хотя, надо сказать, что времени на общение у меня не было бы в любом случае: Каус оказался прав, и существа из-за Свен действительно попадались здесь слишком часто. Как бродячие кошки. Я бегала по городу, едва успевая присесть, а вчера забыла даже про обед. Пойманные мною тварюшки скапливались в кабинете Грента-Райи и исчезали вечером. Каждый мой пленник удостаивался либо недовольного взгляда, либо такого же недовольного кивка. Я старалась не обращать на это внимания, помня, что должна радоваться хотя бы тому, что меня избавили от преследования властей Морлио, не говоря уже о том, что я получила престижную работу, но… сложно было радоваться, осознавая, что тебя едва ли считают человеком.

Однажды, столкнувшись с Каусом по дороге из столовой, я поинтересовалась, нельзя ли мне вообще не общаться с директором.

— К сожалению, вряд ли это возможно, — ответил тот.

— Он похож на пса.

— Прости?

— Грента-Райи похож на сторожевого пса, — повторила я громче. Проходивший мимо лаборант как-то странно на меня покосился, но я, любившая точные определения, не считала, что сказала что-то неправильное. — Такого, знаешь, низкорослого, кругломордого, который гавкает, когда подходят к вверенному ему дому. Только непонятно, что он сторожит…

— У тебя изумительные аналогии.

Я подозрительно покосилась на Кауса. Тот насмешливо улыбался, но осуждения в его взгляде не было.

— Знаешь, меня всегда настораживали люди, которые так легко используют в речи слово «изумительный», — проворчала я, отчего его улыбка стала ещё шире. — Послушай, а тебя вообще устраивает, как он с тобой обращается? Он же разговаривает с нами, как будто мы огрызки!

Каус тихонько фыркнул.

— Какие огрызки?

— Яблочные! Которые валяются под ногами, и можно пнуть!

— Директор немного резковат, — признал Каус. — Но он всегда стоит горой за своих сотрудников. И за тебя будет, так как ты теперь одна из нас. Он, кстати, говорил, что очень доволен твоей работой.

Я скрипнула зубами.

— Он перестанет быть довольным моей работой, когда я взорвусь. А я могу. В любой момент — если так пойдёт дальше.

— А ты, когда входишь в его кабинет, представляй, что на месте директора действительно сидит собака. Лучше игрушечная. Сложно срываться на игрушечную собаку.

Я призадумалась и поблагодарила за совет, но воспользоваться им у меня не получилось: чтобы этот совет сработал, Грента-Райи должен был молчать. В итоге я прилагала все усилия, чтобы смириться с его манерой общения, как с неизбежным злом, и гордилась тем, что у меня получается.

К Дельсуну, как и предсказывал Каус, я действительно притерпелась на удивление быстро. Он мне даже начинал нравиться — было в этом городке особое очарование, действовавшее даже на мою, далёкую от романтики душу.