Чтение онлайн

Проведенное журналистами «Родной земли» расследование показало, что энтузиаст «гипнорепродукционного опроса» А. И. Скрыпников в 2004 году уже не работал во ВНИИ МВД РФ, а числился «полковником в отставке» 126. Однако журналисты продолжили свои эксперименты и направили публикацию А. И. Скрыпникова в аппарат уполномоченного по правам человека в РФ, предложив оценить рекомендации по применению гипноза к опрашиваемым лицам с позиций прав человека. Начальник отдела просвещения в области прав человека Г. Спирина в письме за № 7571-36 от 15 марта 2005 года сообщила в редакцию «Родной земли», что не разделяет убеждения журналистов в противозаконности применения гипноза правоохранительными органами, поскольку, мол, А. Скрыпников пропагандирует гипнотизирование потерпевших «с их согласия». Журналисты отмечают: «… Может, Г. Спирина просто понятия не имеет, что есть нормативные акты, которыми предусмотрено применение гипноза в Российской Федерации исключительно в лечебных целях? И никакими благими намерениями не оправдывается отклонение от этого предписания… А вообще-то подобная редакционная переписка подобна лакмусовой бумажке на уроке химии в школе: сразу становится понятным, почему у нас в России такие проблемы с пресловутыми правами человека» 127.

Рассмотрим практический аспект возможности использования гипноза в интересах следствия. В 1976 г. на страницах «Социалистической законности» появился документальный материал Ю. Щевелева, посвященный активизации памяти свидетеля-очевидца с помощью гипноза 133. В практике автора этих строк также имелись случаи использования результатов гипнотического контакта в интересах следствия. Так, в 1978 г. следственной группой прокуратуры Иркутской области проводилась работа по сложному многоэпизодному делу. Речь шла об организованном хищении в особо крупных размерах продукции с прирельсовой базы Иркутского «Азервинзавода». Похищаемое тоннами вино развозилось по многим магазинам Иркутска. Связанные с этим преступным бизнесом продавцы принимали бесфактурный товар и торговали им, получая солидную выручку.

Дело это, начавшееся как вполне рядовое, разрослось в десятки томов, состоялось семь судебных процессов, по которым осудили около 50 человек, о чем сообщалось и в специальной литературе 134. Но чтобы достичь такого финала следователям пришлось немало потрудиться и…прибегнуть к помощи гипнотизера. Так, согласно оперативной информации было известно, что значительными сведениями о структуре организации сбыта краденого вина располагает гражданка Л., чей авторитет в торговой среде был велик, с ней советовались установленные и неустановленные следствием расхитители, когда уголовное дело было возбуждено. Сама Л. в совершении преступления участия не принимала, однако приходившим к ней продавцам давала очень грамотные консультации, обучая противодействию правоохранительным органам.

Работники милиции установили, что Л. проходила курс лечения у известного иркутского психотерапевта Б., который обучался в свое время технике гипноза на курсах в г. Харькове. Я познакомился с Б. и после непродолжительной беседы он согласился помочь следствию. На нашу удачу Л. обладала высоким уровнем гипнабельности. Б. получил обширный список вопросов, интересовавших нас, и портативный магнитофон. Очередной сеанс гипноза дал отличные результаты. Мы получили более десятка фамилий фигурантов, неизвестных ранее, а также немало других важных сведений. В конце сеанса Б. приказал Л. забыть все, что она в этот день ему рассказала. Те из «бизнесменов», что сели на скамью подсудимых благодаря полученной гипнологом информации, даже не предполагали, что их фамилии были извлечены из глубины подсознания Л. 135 Последней уже давно нет в живых, Б. проживает за пределами России.

В другом случае гипноз применялся при расследовании запутанного уголовного дела по факту убийства пенсионера Е., из квартиры которого исчезли многие ценные вещи. По отпечаткам пальцев в жилище покойного вычислили ранее судимую Мухину (фамилия изменена), у которой обнаружили похищенное. Арестованная рассказала, что была приглашена хозяином за плату для оказания сексуальных «услуг», мысль об убийстве возникла при оценке ею дорогой обстановки квартиры. Вначале следственная ситуация представлялась простой, но после пребывания Мухиной на стационарной судебно-психиатрической экспертизе она в корне изменила свои показания.

По словам обвиняемой, она только похитила вещи, а убийство совершил ее знакомый П. по кличке «Стефан», четырежды судимый уголовный «авторитет». Мухина заявила, что неоднократно бывала у П. дома, нарисовала схему расположения мебели в его квартире и даже назвала цвет оконных занавесок. Эта ее осведомленность нашла полное подтверждение при обыске в квартире П., который категорически отрицал как факт совершения преступления, так и само знакомство с Мухиной. Правда, он не мог объяснить - откуда обвиняемая располагает такой точной информацией о его жилище и его привычках. Прокуратура арестовала П., как соучастника Мухиной, однако никаких новых данных о его причастности к убийству Е. получить не удалось.

В то время (1984 г.) я работал следователем по особо важным делам прокуратуры Иркутской области, и руководство поручило мне оказывать консультативную помощь по данному делу, ставшему «сложным». Используя инициативные просьбы арестованного П. об оказании ему медицинской помощи, мы перевели его из следственного изолятора в больницу учреждения ИТК-6. Здесь П. несколько расслабился и лечился очень охотно, безукоризненно выполняя все лечебные процедуры. К нему был применен «наркогипноз», регламентированный «Методическим письмом по применению гипноза в лечебных целях». Этот документ, утвержденный Министерством здравоохранения СССР в 1957 году, был направлен в качестве инструктивного документа во все лечебные учреждения страны, в которых практиковали врачи-психотерапевты. П. оказался человеком, которого можно было погрузить в самую глубокую (сомнамбулическую) стадию гипноза, тем более что никакого подвоха от врачей он не ожидал и лечился самозабвенно.

Результаты опроса П. при сеансе «наркогипноза» (даче определенных лекарственных веществ, способствующих наступлению нужного состояния), позволили сделать твердый вывод о его непричастности к преступлению и отсутствии какого-либо знакомства с обвиняемой Мухиной. Странная осведомленность последней о личности и квартире П. получила свое объяснение - мы установили, что во время прохождения судебно-психиатрической экспертизы Мухина находилась в одной палате с бывшей любовницей П., обладавшей значительным объемом информации о его личности.

Уголовное дело в отношении П. по факту убийства Е. было прекращено, а Мухину Иркутский областной суд приговорил к 12 годам лишения свободы, приговор вступил в законную силу 136.

Необходимо, однако, признать, что приведенные случаи не могут выступать примерами для подражания, так гипноз использовался здесь не в медицинских целях, то есть - в нарушение существующих нормативных актов.

В отечественной психотерапии метод комбинированного применения к больному гипнотического внушения и специальных медикаментов применяется более полувека. Так, в случаях, когда является целесообразным проводить лечебное внушение больному в более глубоком гипнотическом сне, чем тот, который у него удается получить, рекомендуется предварительная дача снотворных веществ перед гипнотическим сеансом. Обычно первые 2-3 раза комбинированного применения снотворных препаратов с гипнотическими сеансами являются по сути дела пробными, когда врач определяет индивидуальную дозу снотворного и время его дачи для конкретного пациента. При проведении наркогипноза обычно используется амитал-натрий в дозах 0,2-0,3 г., мединал - 0,4,-0,5 г., которые через 20-30 минут вызывают дремотное состояние 137.

Существует иной метод, предложенный Е. А. Поповым, когда 10% раствор гексенала (или другого аналогичного вещества) вводят в вену очень медленно, непрерывно поддерживая речевой контакт с больным. Когда обнаруживаются признаки наступившей оглушенности (что обычно происходит после введения 2-6 мл. раствора), дальнейшее введение снотворного прекращают и проводят лечебное внушение. Здесь существуют определенные трудности. Во-первых, нужно не допускать засыпания больного, так как при этом контакт с врачом обрывается. Во-вторых, важно правильно определить степень заторможенности больного, при которой внушение становится наиболее эффективным 138.

Старший научный сотрудник украинского научно-исследовательского психоневрологического института М. Э. Телешевская систематизировала в своей докторской диссертации многолетние клинические и экспериментальные материалы, касающиеся применению метода наркопсихотерапии при лечении ряда заболеваний. Главным показанием к использованию наркотических средств М. Э. Телешевская считает «недостаточную гипнабельность и внушаемость больных» 139. Вот как описывает она стадии наркоза, наблюдающиеся при внутривенном введении гексенала: «Уже после введения небольшой дозы гексенала прекращаются активные действия больного (стадия понижения общей активности и инициативы). Речь становится замедленной, несколько смазанной, то чрезмерно тихой, то громкой. Больные констатируют, на фоне все усиливающегося головокружения, сухость во рту или ощущение запаха, напоминающего прелое сено, гнилые яблоки. Головы, лица окружающих, по описанию больных, увеличиваются в размерах, теряют четкие контуры, расплываются.