Чтение онлайн

— Сгруппироваться! — скомандовала Джани.

Хичан поняла без слов, как только все собрались рядом, она запустила свой паровоз по кругу, набирая скорость, разгоняя старенький состав до немыслимых километров в час, сбивая врагов, опрометчиво кинувшихся навстречу, давя колёсами, заставляя сминать только прибывших солдат. В воздухе орудовал Хоил, ставший живым щитом, отбивающим пули. Дэн понимал, что долго покрывать такую плоскость синарец не сможет, но и помочь ему ничем не мог. Мальчик снова почувствовал себя самым бесполезным и это чувство давило, так и требуя совершить что-то безрассудное, что-то героическое… Внезапно Бирта вскрикнула, указывая куда-то за спину Дэну и в этот же момент Илья крикнул в сердцах: «Да чтоб вас молниями контузило!» и зигзагообразные вспышки озарили зал, опаляя врагов неприцельными ударами. Дэн обернулся по направлению взгляда Биты, и увидел, как пожилой мужчина, бывший минуту назад в инвалидной коляске, резво орудует кулаками, пытаясь пробить неподатливую доску заказов. Мигом в его голове родилась идея, не похожая на чёткий план, скорее предчувствие, наитие, то, что вырабатывает каждый воин, оказавшись на поле боя.

— Я хочу, чтобы в полу открылся проход, оканчивающийся прямо за доской! — прошептал мальчик.

В пылу сражения его не расслышал никто, лишь Бирта и хранитель штаба заметили всполох фиолетовых волос, исчезающий в полу. Мальчик лез под землёй, проход, который он нафантазировал, не оказался ни просторным, ни освещённым — паника не давала пожелать удобств, вся концентрация сознания Дэна сейчас уходила на то, чтобы соединять начальную и конечную точки. Вскоре лаз пошёл вверх, и ему показалось, словно тот сужается, а рыхлая земля силится засыпать его с головой, похоронить заживо, замуровав в стену, он даже не обратил внимания, когда рука ухватилась за что-то пушистое, и только покрепче сжал кулак и выстрелил, одновременно с выстрелом ударяя кастетом о деревянную стену, и тут же продолжая в образовавшуюся пробоину стрельбу по врагу. Внезапная атака сработала, на какое-то мгновение пожилой мужчина отшатнулся, пульки взрезали ему кожу правой щеки, заставляя упасть уродливыми шматами. Дэн почувствовал, как пропадает решимость: он не нанёс достаточного урона и мог бы отступить, выигрывая друзьям шанс на внезапную атаку, но воспользуются ли они им? Понял ли кто-то его план? И тут судьба решила за мальчика — что-то пушистое, что он всё ещё сжимал в кулаке, ударило его металлическим наконечником рукояти — Дэн пригляделся, в тусклом свете, сочившемся из пробоины, он увидел переливчатое перо, мягкое и длинное, совсем не такое, как заколка, торчавшая в волосах у Кейл Харнел. Противник за той стороной стены тоже не терял времени даром, оправившись от боли, он занёс кулак для нового удара. Дэн реагировал быстрее скорости мысли, точнее, его тело среагировало за него, ведомое волей Пера, выставляя правую руку вперёд, создавая невидимый, но несомненно прочный щит. Кулак старика, проломивший деревянную доску, с размаха упёрся в прозрачную преграду: костяшки хрустнули, мальчик, словно в замедленной съёмке наблюдал, как вспухает красными буграми кожа на повреждённой руке соперника, как относит он кулак назад к своему обезображенному лицу, с которого подтёками сползает и плюхается на пол кожа. Подстёгиваемый страхом, Дэн выскочил вперёд, размахивая кулаками, не полагаясь на силу артефакта, зажатого в руке, он наносил удары, попутно стреляя, но противник был быстрее — намного быстрее и опытнее. Парень не успевал поражаться проворности дряхлого старика, не понимал, где его друзья, что сейчас происходит, каков расклад сил — он лишь замахивался и ударял, уворачивался, пытался ставить подножки, стрелять в отвлекающегося врага, но все удары словно бы проходили мимо, не наносили старому хмырю урона, хоть с него и отлетали куски кожи, кровь не текла. Наконец случилось то, что должно было случиться: пульки кончились. Произошло это в самый невыгодный момент, когда, обменявшись ударами, противники отскочили друг от друга и Дэн намеревался провести контратаку на опережение, опрометчиво выставив руки вперёд. Старик понял, что его противник замешкался, и мощным ударом ноги — чего мальчик никак не ожидал — раздробил ему правую руки. Дэн ойкнул от боли, в глазах разом потемнело, и только хруст костей отдавался по телу растекающимися конвульсиями. Затем наступил болевой шок, он видел, как его собственные пальцы предательски разжимаются на рукоятке пера, и странный старик с лёгкостью подхватывает священный артефакт, но сделать уже ничего не мог. Искусственная кожа полностью сползла с правой стороны лица его врага, обнажая металлические пластины и страшную алую точку на месте глаза. Рука Дэна — не та, что была раздроблена, а другая, находившаяся внутри неё, состоящая из его собственных духовных частиц, сжалась, пытаясь исправить ошибку. Механический старик брезгливо тряхнул ногой, но мальчик, не способный кричать от боли, не способный даже потерять сознание, вцепился в штанину его брючного костюма мёртвой хваткой — глаза Дэна горели яростью.

Большая битва утихла, новые враги перестали прибывать, а оставшиеся бандиты сменили тактику: от наступления они перешли к обороне, закрываясь от бьющих молний тут же создаваемыми преградами. Лезть под поезд тоже никто не стремился, да и сам транспорт наматывал круги уже по чистой инерции — Хичан, обернувшаяся на шум сражения, стояла столбом, глядя на окровавленного Дэна, вцепившегося в некое подобие человека, держащего в руках Перо Покровителя. Бирта осела на пол, её взгляд бы прикован не к Перу, но к красному глазу, немигающе смотрящему сквозь неё. Хоил убрал верхний щит, в котором уже не было надобности, и держал теперь ножны, став привычной «третьей рукой» Джани. Илья стоял ближе всех к хранителю штаба, готовясь защищать его в любой момент.

— Отступаем, — скомандовал старик, бывший ещё недавно главой тайваньской Семьи, и сделал шаг к летающим платформам.

— Не… не позволю… — просипел Дэн, здоровой рукой пытаясь нанести слабый удар.

Мужчина замахнулся Пером, чтобы покончить с конечностью мальчика, но Хичан среагировала быстрее — ей не нужно было Перо или годы упорных тренировок, чтобы опережать скорость мысли, достаточно было израненного тела Дэна, которое она не могла позволить ещё больше покалечить. Девочка метнулась на реактивном ранце, наперерез удару, уже не успевая создать паровоз. Дэну показалось, что удар разрубил её туловище ровно пополам, но крови не брызнуло, и не глядя на то, как упадут половинки её тела, не слушая противный хруст, он поднял себя и кинулся в последнюю атаку, попадая кулаком прямо в челюсть вага. К горлу подступил комок, на глазах выступили слёзы, мальчик отшатнулся и рухнул, ударяясь головой о пышущий жаром пол, наконец теряя сознание.

Хичан успела разделить части тела идеально, как раз в момент удара, оставляя между туловищем и отлетевшими в сторону ногами тонкие, невидимые нити частиц. Она никогда не проделывала такого прежде, это открытие пришло само собой — тоже бойцовская импровизация — но расплатой за него последовала страшная усталость. Поддерживать тонкие ниточки частиц оказалось сложнее, чем держать паровоз, вторая часть «перерубленного» напополам туловища осталась лежать в полутора метрах от места, где приземлился торс, и уже начинала неметь. Что-то хрустнуло в момент удара — она увидела перед собой отцовские очки, оба стекла вылетели, разбившись, оставляя толстую оправу лежать погнутой. Не смотря на слабость, девочка потянулась к предмету, от которого словно бы зависела её жизнь, слабо провела пальцем по внутренней стороне оправы и тут же отдёрнула, наткнувшись на что-то шершавое — золотое тиснение из крошечных букв, складывающихся в слова: «Когда ты станешь настолько умной, что твоё зрение испортится, как и у глупца-отца, наведайся в штаб семьи Синдао…». Сама того не желая, по чистой случайности, Хичан наткнулась на послание Алхимика, на ту зацепку, которую всё это время безуспешно искали «Волки», Ария и Мировая Лаборатория.

***

Джон готовился к худшему, часть его сознания уже убедила себя в том, что всё потеряно, и они стремятся к штабу, только чтобы присягнуть на верность Боссу «Волков», признать своё поражение перед организацией, уничтожившей его возлюбленную, его сына и их друзей. Джон ошибался: основной массив кораблей террористов только подплывали к штабу

— Поиграем в морской бой! — крикнула Хина, вскрывая один их своих ящиков, начинённый гранатами.

Чем руководствовалась красотка Джон не знал, и при всём его непонимании Хины, именно здесь и сейчас он решил довериться её интуиции и открыл люк. Нелл тоже не противилась, просто сгребла все свои чертежи и сунула в мусорку. Не прошло и минуты, как вражеские корабли начали гореть и крениться, не в силах совладать с прицельным обстрелом не совсем обычной, как догадались учёные, взрывчаткой. И всё же, они опоздали — на какие-то жалкие десять минут, могущие в таком сражении стать решающими. Телохранители Босса с главного корабля уже спускались в штаб, сразу по пять человек запрыгивая в воду. Китайское судёнышко, на котором, видимо, прибыла Джани, уже уносило от отмели беспристрастными морскими волнами — у команды Джона не было бинокля, чтобы разглядеть обезглавленное тело китайского капитана, но они поняли всё и без того.

— Я верну корабль! — крикнула Хина, отвесно прыгая прямо в воду.

— Продолжай кружить! — скомандовала Нелл, доставая из второго ящика ещё гранату и метя в главное судно «Волков».

Снизу началась ответная стрельба, но слишком поздно: машина Лаборатории взмыла в воздух, а с земли прозвучал взрыв, разносящий в щепки левый борт вражеского корабля.

— Ещё раз! — девушка действовала быстро и чётко.

Второй взрыв разобрался с остатками «Волков», не успевших сгинуть с палубы.

— Десантируемся! — скомандовала Нелл, как только туман рассеялся.

Сунув в сумку пару пистолетов, обойм и гранат, она спрыгнула, как только машина пошла на первый виток снижения. Джон, не обладавший таким же телом, как его детища, промедлил, выжидая, пока расстояние сократится ещё хоть на пару метров, и тут же пожалел: чёрную тень, мелькнувшую в проёме люка, не заметил ни Зиг, ни бортовые датчики. Когтистую лапу, ухватившую его за шею и запрокинувшую голову за спину, Джон ощутил в полной мере. Зиг обернулся на сдавленный вздох, изданный его напарником — над учёным возвышался мужчина с кошачьими ушками и вальяжно покачивающимся хвостом. Его безжалостное лицо, исполосованное вертикальными шрамами, не выражало ничего, кроме презрения.

— Сажай самолёт и сдавайся или предатель умрёт, — ледяным не терпящим возражений голосом скомандовал Мик.

***

Джани не помнила себя от ярости, когда кинулась на мужчину, только что завладевшего Пером и изувечившего двух её друзей. Порыв её, впрочем, был тут же смят натиском солдат, которых в штабе оставалось около двух с половиной десятков. Разгневанный Илья, словно сорвавшийся с цепи медведь, кинулся на подмогу, широкими ударами отправляя сразу по несколько соперников в нокаут. Джани сосредоточилась на прорыве вперёд к главному злодею, который продолжил свой путь к отступлению.

Хичан видела перед собой дверь, которая материализовалась в стене в тот момент, когда она дочитала надпись: теперь оставалось только собрать своё тело воедино, сделав это незаметно как для врагов, так и для друзей. К счастью, завладевший Пером старик отвернулся, а его приспешники были слишком заняты битвой с Ильёй. На локтях проползя мимо контуженого Дэна, девочка постаралась соединиться со своими чуть было не потерянными конечностям, удалось с трудом — частицам, уже отделившимся друг от друга и начавшим распыляться в пространство, требовалось время, чтобы восстановить невидимый для человеческого глаза тонкий слой тканей и органов. Но каждая секунда была на счету. Вообразив, что она находится в защитном корсете — она не знала, сработало это или нет — Хичан ползком стала пробираться к заветной двери, до которой оставались всего лишь считанные шаги. Замок щелкнул, когда она вставила в него причудливую дужку отцовских очков — это знание тоже взялось спонтанно — и девочка перешагнула порог потайной комнаты, ища одну конкретную вещь, которую отец должен был оставить именно здесь…

Джани рвалась всё отчаяннее, но старик от этого не становился ближе, он уже вскочил на подножку летающей платформы. Девушка отпихнула очередного безликого «Волка», порывающегося схватить её, не заметила пули, просвистевшей прямо под носом, удара меча, снесшего прядь волос и ворот блузки. Казалось, ритм битвы был сейчас только на её стороне, будто она и вправду научилась подчинять себе потоки жизненной энергии.

— Джаничка, лови! — пискнул детский голосок откуда-то сбоку.

Она даже не обернулась, зная, что Хоил среагирует быстрее, поймав на лету блестящий продолговатый предмет, который так силилась кинуть Хичан — и докинула, истратив последние силы, падая прямо поверх тела Дэна и отключаясь следом. Джани почувствовала прилив эмоций, совсем не свойственных для ситуации: радость, ликование, экстаз! И только момент спустя поняла, что они принадлежат Хоилу. Когда она уже оттолкнулась в прыжке, готовясь достать взлетевшую платформу, перед ней промелькнуло что-то очень сильно похожее на её меч. Ножны со звоном упали на пол, а в левую руку ей заботливо лёг точно такой же клинок с красными камнями и песочными часами, только чёрный.