Чтение онлайн

Четники генерала Драголюба Михайловича шагают по улицам занятого сербскими монархистами югославского города. Четники были заклятыми врагами партизанской армии Тито

Ближний Восток имел жизненно важное стратегическое значение для Германии. Если бы Роммелю удалось захватить Египет, то путь через Суэцкий канал, ведущий в Индию, для англичан был бы закрыт. Тем самым влияние Англии на Ближневосточный регион существенно ослаблялось. Ключом к этому региону был Ирак. Он во многом напоминал Румынию: политически раздробленная, слабая в военном отношении и богатая нефтью страна, которую можно было использовать как плацдарм для наступления на восток. Рядом находилось другое богатое нефтью государство — Иран. Продажная и изнеженная политическая элита Египта была недовольна британским правлением, по сути колониальным. Однако больше других мечтал избавиться от англичан король Египта Фарук. В начале 1940 г. Фарук отправил своего эмиссара в Стамбул для встречи с немецким послом Папеном, который скептически относился к возможному вмешательству Германии в дела Египта. У давнего врага, бывшего колониального хозяина Египта Турции вызывала раздражение не только помощь немцев Египту, но и сам Фарук, некомпетентный, самодовольный и недалекий. Сначала он поддерживал англичан, затем немцев и итальянцев. Неоспоримым было то, как отметил эмиссар, что британское владычество в Египте значительно ослабло. Расквартированные в Египте британские войска были малочисленны и слабо оснащены. Вторжение немецких войск в Египет, вероятно, увенчалось бы тогда успехом, и после этого весь Ближний Восток оказался бы под властью Гитлера. Каждый раз, когда разговоры заходили о Египте и абвере, непременно упоминалось и имя венгерского путешественника графа Ласло Алмаши. Граф был не только признанным египтологом и археологом, но и превосходным знатоком Западной пустыни, бесценные сведения о которой он приобрел благодаря многочисленным и продолжительным путешествиям по пескам Северной Африки. Блестящие знания вкупе с выдающимися способностями к языкам делали его бесценным агентом в глазах абвера. В ноябре 1940 г. отважный венгерский аристократ в обществе опытного агента абвера Карла Гейнца Кремера прибыл в Каир, где оба шпиона должны были встретиться с египетскими военными, находящимися в оппозиции к правительству Фарука. Они установили контакты с двумя молодыми офицерами египетской армии, которые стали связными между абвером и оппозицией. Позднее оба этих офицера, Гамаль Абдель Насер и Анвар Садат, станут первым и вторым президентами Египта.

Парашютисты СС, отправленные на поимку партизанского руководителя Йосипа Броз Тито, которому удалось ускользнуть у них прямо из-под носа, рассматривают его парадный мундир, захваченный ими в виде трофея

У немцев и заговорщиков-египтян были общие интересы: и те и другие хотели изгнать англичан из Египта и были готовы любыми способами добиться этой цели. Через Насера и Садата Кремер и Алмати вышли на более важное лицо: генерала Масри-пашу. Последний предоставил Кремеру планы оборонительных действий британской армии в Западной пустыне, которые будут развернуты, если немцы вместе с итальянцами начнут боевые действия против англичан в Северной Африке. В 1940 г. это казалось вполне вероятным, поскольку итальянцы потерпели сильное поражение от британских войск. К несчастью для заговорщиков, в руки англичан попали документы, захваченные на фронте в одном из штабов итальянской армии, среди которых оказались украденные британские планы обороны. Англичане быстро пришли к выводу, что виновник утечки секретных документов — Масри-паша. Изменника уволили из египетской армии и собрались арестовать, но тот успел сбежать. Кремеру удалось связаться с беглецом и подготовить его переброску на самолете из пригорода Каира на запад, в Дерну, на итальянскую территорию Киренаику, которую вместе с Триполитанией Италия оккупировала еще в 1912 г. Глава каирской резидентуры СИС капитан Сэмсон узнал через своих агентов о заговоре Масри-паши. Генерал-изменник был плохим конспиратором, и его бегство в Киренаику потерпело неудачу. Его арестовали на аэродроме прежде, чем он успел подняться на борт самолета. Масри-паша и пилот самолета до конца войны просидели в лагере для военнопленных. Это не помешало Фаруку и дальше искать контакты с немецкими «друзьями». В феврале 1941 г. — в тот же месяц, когда генерал Эрвин Роммель со своим Африканским корпусом прибыл в Триполи для спасения итальянцев от полного разгрома, — Фарук послал немцам новое сообщение, обещая поднять в Египте восстание, когда немецкая армия пересечет египетскую границу.

Если немцы из Ливии наступали на Египет, их наиболее вероятным союзником становились «Ихван аль-Муслимин» («Братья-мусульмане»), военизированная организация фанатичных исламских фундаменталистов, созданная в 1930 г. (1928 г. — Ред.) Хасаном аль-Бана. «Братья-мусульмане» хотели полностью избавить страну от «растленного» западного влияния, вернув в Египет законы шариата. Они не пользовались популярностью у большинства египтян, и даже Фарук для достижения своих целей не желал иметь с ними ничего общего. В начале 1941 г. «братья» осуществили ряд террористических актов против евреев, христиан, консервативно настроенных египтян и премьер-министра Хусейна Сирри-паши, как врагов истинного ислама.

СИС не сводила глаз с «Братьев», в то время как британский посол Майлз Лампсон постоянно контролировал каждый шаг короля Фарука. Когда в Египет прибыл министр иностранных дел Великобритании Энтони Иден, он поддержал твердую линию поведения Лампсона в отношении Фарука и выразил недоумение по поводу того, что в королевском дворце работает слишком много итальянской прислуги. Фарук отреагировал на это отправкой в Берлин эмиссара, своего кузена, бывшего хедива Египта Аббаса Хильми II. Аббас, который приехал в Германию в апреле 1941 г. через Турцию, оказался удачной кандидатурой, поскольку он не только был ярым германофилом, но и сильно ненавидел англичан. Он также бегло говорил по-немецки. От имени Фарука он предложил передать внушительное состояние короля на нужды абвера для разведывательной деятельности на Ближнем Востоке. Но самым удивительным было то, что Аббас предложил убить турецкого президента Иненю. Эти предложения, а также другие, исходившие от арабских националистов, немцев нисколько не впечатлили. Риббентроп разделял презрительное отношение министра иностранных дел Италии графа Чиано, считавшего арабов не достойными доверия. Отто Абец, немецкий посол в вишистской Франции, указывал на надежды внушительной части арабского населения на исламизацию Северной Африки и изгнание оттуда всех европейцев, независимо от их национальности. Арабы никому не симпатизировали, и немцы рассматривали их в лучшем случае как ненадежную и сомнительную карту в игре против англичан. В конце апреля 1941 г., после стремительного наступления войск генерала Роммеля, британской армии пришлось отойти к египетской границе. Этот произошло главным образом благодаря успехам немецкой разведки, которой удалось взломать американский шифр «Черный кодекс». В октябре 1940 г. в Каирскую дипломатическую миссию США прибыл новый военный атташе полковник Боннер Фрэнк Феллерс. Ему предоставили возможность выезжать на фронт, на позиции британских войск, и разрешили доступ к самой важной информации. Он составлял отчеты об увиденном, а также о планах англичан и расположении их воинских частей. Эти разведывательные сведения были перехвачены, расшифрованы и прочитаны немцами, которые дали источнику информации кодовое название «Ребекка». Благодаря Ребекке Роммелю в конце 1941 г. удалось избежать налета на Бенгази британских коммандос, которые получили задание убить его. С тех пор Роммель всегда знал, где позиции английских войск были более слабыми или в какое время следует нанести удар по врагу. Когда англичане начали жаловаться на то, что где-то возникла утечка важной стратегической информации, американское верховное военное командование прислало из Вашингтона следственную комиссию. Утечку она не нашла, но по ее инициативе Феллерса отозвали на родину.

Роммель всегда подозревал, что враг когда-нибудь узнает секрет Ребекки, и считал, что в Египет нужно послать новых агентов. Эта задача была поручена опытному мастеру шпионажа Николаусу Риттеру из гамбургского отделения абвера. В начале 1941 г. ему пришла в голову идея тайно отправить в Египет пару шпионов, которые станут действовать под самым носом у СИС. Он предложил заслать агентов через Западную пустыню, чтобы они проникли в Каир, так сказать, через «заднюю дверь». Когда он поделился своим замыслом с Канарисом, адмирал вышел из себя и взорвался: «Вы в своем уме, Риттер?» Затем он приказал Риттеру навсегда забыть об этой идее. Однако уже через месяц, вероятно откликнувшись на просьбу Роммеля о помощи, Канарис изменил свое первоначальное решение. На следующий день Риттер вылетел в Будапешт для встречи с Алмаши для получения нужных сведений. Риттер решил лично возглавить операцию и вместо прибытия в Каир окружным путем для экономии времени пожелал перелететь на самолете прямо в Египет. Полет обернулся катастрофой. Когда они пролетали над Западной пустыней, пилот люфтваффе заявил, что не осмелится совершить посадку на такой сложной местности, и, несмотря на угрозы наказания за трусость, повернул самолет назад. К несчастью, на самый ближний аэродром, располагавшийся в Дерне, в эти минуты совершали налет британские бомбардировщики. Самолету пришлось лететь дальше, в Бенгази, но к этому времени у него кончилось топливо. Кроме того, другие английские самолеты засекли его и начали обстреливать. Когда пилот сбросил высоту и видимость улучшилась, стало понятно, что они приближаются к берегу. Под ними простиралась бескрайная гладь темной морской воды. Из-за отсутствия топлива самолет рухнул в море. Экипажу удалось выжить, и через несколько дней немцев спас корабль кригсмарине, отправленный на их поиски.

Через два месяца после этой неудачи Канарис лично отправился в штаб Роммеля для совещания со своими агентами об активизации деятельности в Северной Африке. Роммель сообщил командиру местного полка (в 1942 г. очевидно, не полка, а батальона. — Ред.) «Бранденбург» (в 1943 г. 800-й полк особого назначения «Бранденбург» был развернут в дивизию. Один из его 5 полков (4-й) находился в Северной Африке), что ему срочно нужны два агента в Каире. Если их нельзя переправить самолетом, то пусть они тайно доберутся туда по суше. Канарис решил снова воспользоваться услугами Алмаши. Венгр, никогда не отказывавшийся от новых приключений, на этот раз должен был взять с собой двух шпионов, Сэнди и Бадди, и отправиться в Каир по пустыне, через впадину Каттара. Оставаясь верным себе, генерал усмехнулся и сказал, обращаясь к венгру: «Это отчаянный план. Надеюсь, вы не погибнете в этой чертовой пустыне. Впрочем, говорят, что лунатикам всегда везет. Почему бы нет?» Агенты, которых графу Алмаши предстояло провести через пустыню, имели непримечательную, неброскую внешность. Бадди, или Иоганнес Эпплер-Гафер, был совсем не похож на немца. Низкорослый, смуглый, черноволосый, он был неотличим от любого араба. К тому же Эпплер вырос в Египте — в немецкой семье. Его мать позднее вышла замуж за египетского судью Гафера-пашу, который пытался воспитать пасынка в суровых мусульманских традициях и приобщить к вере, но потерпел в этом неудачу. Вместо этого Эпплер рано приобщился к светской жизни и полюбил «спокойных лошадей и горячих женщин». В 1937 г. он был завербован в Бейруте двумя офицерами абвера, Халлером и Роде. Последний был в ту пору немецким военным атташе в Каире.

В августе 1937 г. Эпплера отправили в Берлин, где он получил военную подготовку, которая ему, прирожденному бунтарю и краснобаю, пришлась не по душе. Ему больше понравилась учеба в разведшколе ведомства Канариса. Вскоре его отправили в Стамбул для ознакомления с жизнью Турции. В декабре 1937 г. он вернулся в Бейрут для установления контактов с профашистски настроенным лидером группировки арабских националистов Антуном Саадом, который, в свою очередь, был в хороших отношениях с главным муфтием Иерусалима. В бурные 1930-е гг. муфтий Мухаммед Амин аль-Хусейни был одним из самых хитроумных и жестоких заговорщиков всего Ближнего Востока. Он поддерживал тесные связи с Германией, надеялся с помощью немцев изгнать англичан с Ближнего Востока и, объединив всех арабов в новый халифат, развернуть джихад (священную мусульманскую войну) против британских властей. Однако Эпплер не был уполномочен Берлином обсуждать с ним политические вопросы и поэтому прекратил контакты с коварным заговорщиком. К этому времени Эпплер был уже опытным разведчиком, и поэтому ему доверили участвовать в опасном путешествии по североафриканской пустыне. В 1942 г. настал звездный час, которого Эпплер ждал всю свою жизнь, — ему предстояло помочь Африканскому корпусу Роммеля вторгнуться и Египет и завоевать его. Его напарником, агентом-радистом, был Петер Монкастер, или Сэнди (Сэндберг), который путешествовал с подлинным паспортом гражданина США, тогда как Эпплер имел египетский паспорт на имя Гафера. Канарис лично проинструктировал этих ценных агентов непосредственно перед их отправкой на задание. Его не на шутку тревожила судьба этих двух людей, которые отправлялись в Каир с немалой суммой денег — 20 тысячами фунтов стерлингов, выданных абвером. Адмирал передал им экземпляр книги Дафны Дюморье «Ребекка». Она содержала коды для шифровок, которые надлежало отправлять Роммелю и в ведомство на Тирпицуфер. В апреле 1942 г. Канарис лично попрощался с этими двумя агентами, когда они вместе с солдатами полка «Бранденбург» покидали в двух грузовиках немецкие позиции. Алмаши быстро отправился на юг к последнему итальянскому аванпосту в пустыне, оазису Джалу, и, не доезжая оазиса Куфра, резко повернул на восток и через перевал Джапса, а затем через плато Гильф-эль-Кебир двинулся к удерживаемому англичанами оазису Харта. Там, в населенном пункте Эль-Харта, Гафер и Сэндберг должны были сесть в поезд, отправлявшийся в Каир. Путешествие по пустыне было тяжелым. Для того чтобы преодолеть высокий песчаный бархан, Алмаши порекомендовал «бранденбуржцам» на полной скорости заехать наверх, после чего съехать вниз под углом. Однако колеса автомобилей увязли, и немцы были вынуждены выгрузить все припасы из грузовиков, чтобы выкопать колеса из песка. Военный врач сошел от жары с ума, и его пришлось оглушить, чтобы обездвижить, а главный механик потерял сознание от жары или, возможно, от инфаркта. Алмаши неохотно приказал возвращаться в Джалу. 11 мая они снова тронулись в путь. Когда немецкие солдаты начали жаловаться Алмаши на тяжелые условия, тот прикрикнул на них: «Вам когда-нибудь приходило в голову, что вашим товарищам не только приходится терпеть эту жару, но при этом еще и воевать?» От катастрофы их спасло то, что они своевременно обнаружили склад британского спецназа, где находились грузовики с запасом бензина и припасами, спрятанные возле песчаного бархана. Немцы утолили здесь жажду и отдохнули. Затем они снова отправились в путь, и Алмаши пришлось прибегнуть к старому бедуинскому трюку, чтобы поддержать моральный дух своих спутников, говоря им, что следующая цель недалеко, находится как раз за горизонтом. Но когда у них закончился запас воды, венгр задействовал свой самый главный козырь.

Нефтеперерабатывающий завод в Абадане (Иран) — главный центр нефтедобычи в провинции Хузестан. Огромные запасы нефти делали этот край лакомой целью для шпионских операций немецких разведслужб

Когда они увидели темные очертания плато Гильф-эль-Кебир, Алмаши сказал немцам, что во время экспедиции в 1937 г. спрятал там несколько емкостей с водой. Немцы решили, что эксцентричный венгр окончательно сошел с ума, и Эпплер поинтересовался, будет ли вода, даже если они ее найдут, пригодна для питья. Граф Алмаши указал на место, где следует копать, и лопата вскоре ударила о металл. Из-под песка были извлечены канистры с водой, и к одной из них Эпплер поспешил припасть. Он признал, что вода удивительно вкусна и ее вполне можно пить. Утолив жажду и отдохнув, конвой снова отправился вперед, и через 11 дней немцы увидели в ночи мерцающие огни Эль-Харги в оазисе Харта. Отсюда агентам абвера предстояло отправиться на север Египта по железной дороге, ведущей к Нилу, а затем к Каиру. Алмаши попрощался со своими спутниками и повернул обратно в пустыню. Операция «Кондор» началась.

Февраль 1941 г. Только что прибывший в итальянскую колонию Ливию в город Триполи генерал Эрвин Роммель (в центре) позирует вместе с группой высокопоставленных итальянских и немецких офицеров

Как и опасался адмирал Канарис, два молодых человека использовали 20 тысяч британских фунтов, полученных от абвера, на обустройство в Каире, где открыто наслаждались жизнью. Они взяли напрокат плававший по Нилу роскошный дом-корабль, на котором установили радиопередатчик. Но Эпплер и его радист Сэнди были не только плейбоями, любителями красивой жизни, но и опытными шпионами. В баре отеля «Шепарде», излюбленном месте встреч шпионов разных национальностей — англичан, американцев, немцев, — Эпплер свел знакомство с британскими офицерами. Щедро тратя деньги, он создал разветвленную агентурную сеть, а также возобновил контакты с некоторыми из своих старых друзей, которые удивились его возвращению в Каир. В ночном клубе «Кит-Кэт» Эпплер завербовал своего самого главного агента: знойную и обольстительную исполнительницу танца живота Хекмат Фахми, симпатизировавшую египетским националистам. Она сообщала важные сведения в обмен на деньги, получаемые от Эпплера. Хекмат, которую Эпплер описал как невероятно страстную любовницу, оказалась чрезвычайно ценным агентом. Когда англичане арестовали ее, она сказала своим дознавателям: «После того как англичанин позанимается любовью с женщиной, он не только полностью доверяется ей, но и начинает болтать без умолку». Один из старших офицеров, выполнявший секретное задание, выболтал ей военные тайны, и Хекмат, добавив ему в питье снотворное, усыпила его. Она передала Эпплеру портфель этого офицера, в котором находились важные документы, относящиеся к британской оборонительной системе Каира. Они представляли жизненно важный интерес для Роммеля в том случае, если он сумеет прорваться к столице Египта. В сентябре 1942 г. английский майор также проболтался о планах генерала Монтгомери, касающихся сражения при Эль-Аламейне, но Сэнди не смог своевременно передать эту информацию Роммелю. Вскоре удача изменила двум обитателям плавучего дома. Их ненадежный связник, Анвар Садат, оказался слишком болтлив, и они перестали ему доверять. Однако это было сделано слишком поздно — англичане арестовали Садата. Сотрудникам СИС удалось внедриться в немецкую шпионскую сеть. Чтобы сблизиться с Эпплером, руководитель каирского отделения СИС капитан Сэмми Сэмсон, выдав себя за дельца черного рынка, познакомился с ним, и они несколько раз вместе сыграли в гольф. 14 октября 1942 г., взломав двери дома-корабля, в каюты ворвались агенты СИС, получившие задание схватить Эпплера и Сэндберга. Эпплер выбрал путь сотрудничества с англичанами, его коллега попытался покончить жизнь самоубийством. Операция «Кондор» закончилась. Она была одной из многих операций, проводившихся абвером на Ближнем Востоке, однако действия Эпплера и Сэндберга оказались самыми эффективными. Чего нельзя было сказать о двух других агентах абвера, женщинах, которые работали в этом же регионе. Урсула Байоми развелась со своим мужем-египтянином, который продолжал жить в Каире, и была завербована доктором Преториусом, главой гамбургского отдела абвера. Ей было поручено собирать сведения о британских нефтедобывающих предприятиях на Ближнем Востоке. В Гамбурге Урсула познакомилась с неким египетским «принцем», который стал ухаживать за ней. Ее новоявленный любовник на самом деле был агентом СИС, который выдал Урсулу англичанам.

Приключения шпионки Вальтраут Ортель были в равной степени экзотичны и неудачны. Она работала на гамбургское отделение абвера, по заданию которого находилась в Югославии вплоть до вторжения туда немцев, состоявшегося в 1941 г. Вернувшись с Балкан, Ортель получила задание приступить к работе в новом регионе — на Ближнем Востоке. Она перебралась в Будапешт — перевалочную базу абвера на пути в Левант, — где завязала «дружеские» отношения с 70-летним британским инженером Максвеллом Клэпемом. Тот уже был женат на венгерке, однако сразу же вступил в интимные отношения с новоявленной знакомой. После того как Венгрия стала союзницей Германии, Клэпем, как гражданин враждебной державы, вскоре попал в лагерь для интернированных лиц в Германии. Ортель получила возможность называть себя «мисс Клэпем», выдавая себя за приемную дочь инженера. Пользуясь этим прикрытием, Вальтраут перебралась в Турцию, где заявила, что она англичанка, бежавшая от преследований немцев. Посол Великобритании Нэтчбулл-Хьюгессен, человек достойный, но наивный, снабдил ее деньгами и дорожными документами. Ортель отправилась в Хайфу, располагавшуюся в подконтрольной британцам Палестине, где приступила к шпионской деятельности, наблюдая за промышленными объектами, однако ее письменные донесения — она не имела радиосвязи — так никогда и не попали в Гамбург. В 1942 г. сотрудники СИС арестовали ее и интернировали.

Хотя рассказы о Байоми и Ортель полны экзотики и приключений, они могут показаться весьма скромными по сравнению с похождениями Шарля Бедо. Француз Бедо был ярым германофилом, сторонником нацизма и считал себя другом новой Германии. Он имел хорошие отношения с Риббентропом и его золовкой фрау Янке. Бедо предложил полковнику Лахоузену, руководителю диверсионного отдела абвера, взорвать нефтехранилище в Абадане, в Иране. Лахоузен скептически отнесся к этому предложению, потому что все предыдущие планы Бедо обычно требовали много денег, но давали мало отдачи. Однако француз настоял на своем и в качестве прикрытия снял апартаменты в Париже, в доме № 53 на авеню Ош. В этом доме также находилась резидентура абвера под вывеской торгово-закупочной фирмы. Возглавлявший ее Андреас Фольмер отнесся с большим подозрением к плану Бедо. Однако вскоре он выяснил, что француз действительно затевает в Иране нечто серьезное и обладает влиянием на директора нефтепромыслов, где трудилось 15 тысяч человек. Лахоузен положил план диверсии на нефтепромысле на стол Карла Строжила, специалиста по саботажу и диверсиям абвера II. Строжил пришел к выводу, что план вполне реален и к его выполнению следует приступить как можно скорее, чтобы в конечном итоге вызвать перебои в поставках топлива в войска противника. Он также порекомендовал самостоятельное выполнение абвером этой операции, выведя из нее Бедо. Однако взрыв на нефтехранилище так и не состоялся, и Германия лишилась прекрасной возможности нанести удар в спину врага.