Чтение онлайн

Угроза партизанских действий против оккупационных властей в Греции вскоре стала для немцев очевидной. Для борьбы с партизанами вермахт создал зловещую структуру: Тайную полевую полицию (ТПП). Она должна была стать чем-то вроде аналога абвера, потому что обе эти организации относились к вермахту. Так было в теории, но суровая, более сложная реальность состояла в том, что ТПП обладала собственной агентурной сетью на Балканах и была независима от других разведслужб.

Глава ТПП на Балканах Роман Лоос имел разветвленную и действенную сеть осведомителей и платных агентов на территории практически всей Греции. Все это было хороню для ТПП, но не вполне удобно для всех других разведывательных служб, потому что подобная практика приводила к распылению ресурсов и к дублированию отдельных видов деятельности, а также порождало нездоровую конкуренцию между абвером, ТПП и СД. Это привело к созданию своего рода рынка услуг платных агентов и осведомителей, таких как Р. Панайотис, контрабандист и управляющий казино, или Лиана, танцовщица кабаре. И тот и другая «работали» на часть № 621 ТПП в Салониках.

Демонстрация военной силы нацистов на Балканах. Немецкие штурмовые орудия перед дворцом Дикитири в Салониках (Северная Греция)

Проблема состояла в том, что эти осведомители были более заинтересованы в выкачивании денег из немцев, чем в предоставлении им надежных и нужных сведений. Приведем один пример. Весной 1944 г. остров Корфу (Керкира) был буквально запружен подразделениями ТПП после того, как отдел абвера, находившийся в албанской столице Тиране, сообщил руководству ТПП о готовящемся на острове вооруженном восстании. С базы ТПП в Янине, что на северо-западе Греции, на Корфу была отправлена следственная группа, которая выяснила, что местный штаб вермахта закрыт из-за отсутствия «дел» и что обстановка на острове остается безмятежной и мирной. Следователи ТПП также выяснили, что слухи об активной деятельности партизан распространяли албанские врачи-резиденты на Корфу, совмещавшие медицинскую практику с занятиями контрабандой и сбором сведений для абвера. Тем не менее в Греции было немало настоящих партизан, за которыми немцам приходилось охотиться. Зимой 1941 г. части вермахта сожгли две деревни в долине реки Стримон (Струма) на севере Греции, где также расстреляли всех взрослых мужчин, заподозренных в помощи партизанам. Следует обратить внимание, что эти зверства сотворили регулярные части вермахта, а не части СС или ТПП. В третьем селе, Ефхарпии, местные жители, напуганные этими примерами, сами передали немцам двух человек, заподозренных в связях с партизанами. Даже в самых дальних углах сельской местности Греции имелись осведомители и агенты абвера и/или ТПП. Но ни одна из этих организаций не могла постоянно следить за ними и проверять точность передаваемых ими сведений, которые нередко вызывали сомнения. Поэтому абвер прибегал к отправке своих агентов, выдававших себя за бежавших английских военнопленных или греческих партизан, для проверки надежности своих осведомителей. Когда немецкая 117-я горноегерская дивизия прибыла в деревню Бозирка, то увидела, что дом местного осведомителя Георгиоса Бенекоса сожжен, а сам он исчез, по всей видимости, похищен партизанами. Офицер штаба дивизии был убежден в том, что это инсценировка партизан, призванная убедить немцев, что Бенекос не является двойным агентом. Когда в июне 1943 г. капитулировала Италия, немцам пришлось одним, без помощи Муссолини, нести тяготы оккупационного управления Грецией. В конце 1943 г. немцы поспешили занять остров Родос, справедливо полагая, что итальянские дезертиры объединились здесь с местными партизанами. ТПП отправила туда своих людей на разведку. После того как в центре острова пулей снайпера был убит немецкий солдат, ТПП развернула настоящую охоту за партизанами. Было установлено, что партизанским отрядом, убивавшим немцев, руководит итальянский дезертир Пьетро, известный также под кличкой Капо или Команданте, а набирает итальянцев в отряд некий Джорджио. Благодаря доносам осведомителей ТПП вскоре арестовала девять молодых итальянских дезертиров и четверых греков, которые им помогали. Командир отряда ТПП приказал расстрелять их в назидание местным жителям. Крепостная дивизия «Родос» (именовалась также «штурмовой». Сформирована в сентябре 1943 г. на острове Крит из частей 22-й пехотной дивизии и других частей. — Ред.), захватившая этот остров, предупредила греков, что любые проявления неповиновения будут жестоко наказываться. В сентябре 1943 г. немцы подняли в Греции мощную волну массового террора. Впервые дали волю своим кровожадным инстинктам части СС, безжалостно убивая и истязая греков.

Офицер СС Штрооп в дни восстания в варшавском гетто (в центре, с нашивкой, изображающей орла, на левом рукаве и в полевой фуражке). Его недолгое пребывание в Греции оставило кровавый след. Из-за того, что он не церемонился даже с греческими коллаборационистами, его быстро отозвали в Берлин

Командующий войсками на Балканском полуострове генерал А. Лёр и Г. Нойбахер (полномочный представитель министерства иностранных дел на Балканском полуострове), неприязненно относившиеся к СС, старались не допускать излишнего насилия по отношению к грекам. В августе 1943 г. в Грецию прибыл офицер СС Юрген Штрооп, только что жестоко подавивший восстание в варшавском гетто, который сразу начал оскорблять греческое коллаборационистское правительство и третировать его премьер-министра Иоанниса Раллиса. Нойбахер и Лёр были разгневаны поведением Штроопа. В лице консервативно настроенных греков-роялистов они надеялись найти поддержку тех сил, которые, опасаясь партизан-коммунистов, сотрудничали бы с немцами. Нойбахер позвонил в Берлин Эрнсту Кальтенбруннеру и в октябре добился отзыва Штроопа в Германию. Штроопа заменили на Вальтера Шимана, ставшего новым главой СД в Афинах.

«Мясник» Балкан доктор Анте Павелич, глава усташей, фашистской хорватской организации, виновный в гибели полумиллиона (по другим данным, до 700 тысяч) сербов, а также евреев (до 40 тысяч) и цыган (до 30 тысяч) на территории Хорватии в годы Второй мировой войны

Шиман сосредоточил свои усилия на создании различных полицейских формирований, передав разведывательную деятельность в руки 38-летнему Вальтеру Блюме, бывшему юристу, имевшему в аппарате СД репутацию мягкотелого бюрократа. В Афинах Блюме снискал другую репутацию, ведя контрразведывательную деятельность с безжалостной эффективностью. В Хайдарионе близ греческой столицы был создан концентрационный лагерь, а в 1944 г. гестапо рьяно взялось за поиск и уничтожение евреев. 25 марта 1944 г. еврейский квартал в Янине был окружен частями ТПП. Солдаты вермахта подогнали туда 80 грузовиков. СД поручила эту операцию частям ТПП, которые переправили 1700 янинских евреев в концлагерь Освенцим. Хотя существуют неравнозначные свидетельства о роли вермахта и ТПП в холокосте, известно, что немецкий военный комендант острова Корфу полковник Эмиль Егер был принципиально против депортации евреев и указывал на конкретные изъяны проводимой немцами политики. Он заявлял, что греческое население острова было недовольно высылкой и уничтожением евреев и опасалось такой же трагической участи для себя, заявлял он. Возражения Егера были пренебрежительно отвергнуты командованием вермахта, и евреев острова Корфу постигла такая же ужасная судьба, что и их соплеменников из Янины.

Если террор, развязанный немцами в Греции, был ужасен, то в Югославии обстановка была намного хуже. В 1943–1944 гг. местные националистические группировки и их вооруженные формирования в буквальном смысле резали друг другу глотки, заливая кровью всю страну. Как и в прочих Балканских странах, поначалу немецкое присутствие здесь было довольно скромным. Контроль над Югославией Германия передала своим союзникам Италии и Венгрии, которые поддерживали Македонскую внутреннюю революционную организацию (МВРО) в Македонии и движение националистов-усташей в Хорватии. Главой последних была психопатическая личность — доктор Анте Павелич. Югославию было трудно считать союзником или врагом, но немцы предполагали взять на себя роль «защитников» этой страны. В 1941 г. ресурсы абвера были не такими внушительными, как раньше, и поэтому люди Канариса не могли сразу разделаться с орудовавшими в Белграде агентами итальянской СИВР (службы военной разведки), СИС и французского Второго бюро. Немцы также еще не решили, какую из двух главных наций Югославии следует поддержать — хорватов или сербов. Риббентроп всячески противился вмешательству СД или абвера в балканские дела и хотел, чтобы все югославские вопросы решались только в Берлине. Пресс-атташе доктор Пауль Шмидт имел хорошие связи с сербским журналистом Данило Грегоричем. Таким образом, через Шмидта Риббентроп пытался влиять на сербское правительство. Герман Геринг также принял участие в политическом давлении немцев на Югославию. В 1935 г. он с государственным визитом побывал в этой стране и был глубоко впечатлен воинской доблестью сербов (доминировавшей нации в Королевстве Югославия). Перед войной немецкого агента влияния Франца Нойхаузена нацистская верхушка назначила генеральным консулом Германии в Белграде. СД заподозрила Нойхаузена в связях с советской разведкой и вскоре арестовала его и осудила за спекуляцию валютой.

Если Риббентроп и Геринг благоволили сербам, то ведомство Канариса было склонно поддержать хорватов, чтобы ослабить влияние итальянцев на политику Югославии. Однако возобладали симпатии Риббентропа и Геринга. 23 ноября 1940 г. Риббентроп предложил Югославии заключить военнополитический союз, пообещав в награду за это греческий порт Салоники. После некоторых раздумий 25 марта 1941 г. югославы подписали союзный договор. Через два дня начальник штаба югославской армии генерал Душан Симович осуществил государственный переворот и сверг принца-регента Павла и его правительство. В ответ на это Гитлер приказал перенести начало операции «Барбаросса» с середины мая на середину июня, чтобы подключить Югославию к операции «Марита» по вторжению в Грецию. 6 апреля немцы вторглись в Югославию и за 9 дней разгромили югославскую армию. В столице Хорватии Загребе власть захватили усташи. В Сербии генерал Недич объявил себя военным диктатором, а страну — протекторатом Германии. Сербские роялисты — четники, возглавляемые генералом Драголюбом Михайловичем, немедленно развернули партизанскую войну против хорватских усташей и немцев. После нападения немцев на СССР коммунист Поспи Броз Тито приступил к формированию своей партизанской армии. Так в Югославии началась гражданская война между сербскими роялистами четниками, партизанами коммуниста Тито и хорватскими фашистами — усташами. Война была жестокой, кровавой и беспощадной. Самыми кровожадными были усташи, уничтожившие за годы войны 600 тысяч сербов, евреев и цыган. Четники, в свою очередь, не щадили хорватов, когда те попадали к ним в руки, а партизаны Тито убивали всех, кто становился у них на пути или не оказывал должной поддержки.

Чтобы еще больше осложнить обстановку в Югославии, немцы стали вмешиваться в гражданскую войну и начали совершать одну ошибку за другой. Вместо того чтобы поддержать четников, они поддержали хорватских усташей, чем настроили против себя большую часть сербов, тем самым толкнув их в объятия коммунистов Тито. В 1943 г. стало очевидно, что Германия больше не может позволить себе держать 350-тысячную армию на этом гадком южном подбрюшье Балкан. Абвер послал в район города Косовска-Митровица 4-й полк «Бранденбург» для поимки лидера четников генерала Михайловича. Вместо этого абвер установил контакт с ним, и в мае 1943 г. командир 4-го полка «Бранденбург» отправился в штаб Михайловича, расположенный в Колашине (в Черногории). Встреча прошла в самом дружеском и конструктивном духе, поскольку четники уже сотрудничали с итальянцами и генералом Недичем в совместной борьбе против партизан Тито. Михайлович хотел, чтобы немцы помогли ему восстановить Сербию как суверенное государство, возглавляемое королем Петром II, а его сделали министром обороны. ОКВ неблагоразумно отвергло это предложение, а эмиссары Михайловича были арестованы и отправлены в гестапо в Германию. Командир 4-го полка «Бранденбург» был смещен со своего поста. Дивизия СС «Принц Евгений» приступила к зачистке Черногории и Сербии от четников, но это лишь подтолкнуло потенциальных союзников в ряды коммунистической партизанской армии. Это губительное решение и последующие военнополитические ошибки Берлина привели к тому, что немецкие войска проиграли войну в Югославии, которая затем полностью перешла под контроль Тито.

В Загребе глава управления СД Вильгельм Хёттль и немецкий военный комендант Хорватии фон Горстенау выдвинули радикально новый план, который полностью противоречил прежней политике нацистов в Югославии: если не удалось договориться с четниками, то почему бы не попытаться найти общий язык с партизанами Тито? Горстенау встретился с представителем Тито, «доктором Петровичем», для обсуждения вопроса об обмене пленных партизан на захваченных партизанами-коммунистами солдат строительных частей.

Йосип Броз Тито (в центре) на смотре боевых частей своей партизанской армии. В 1943 г. она контролировала треть территории Югославии

«Петрович» провел 10 дней в штабе генерала Горстенау в качестве гостя. Оказалось, что в действительности он является правой рукой Тито в Хорватии, генералом Владимиром (Влатко) Велебитом. Велебит сказал Горстенау, что готов подписать соглашение о прекращении военных действий с немцами. Горстенау переговорил с Хёттлем, который сообщил об этом Эрнсту Кальтенбруннеру. Тот, в свою очередь, передал сказанное Гиммлеру. Рейхсфюрер СС пообещал обсудить этот вопрос с Гитлером, но своего слова не сдержал.

После этого Горстенау через Риббентропа передал Гитлеру предложение Велебита и Тито. Ответ Гитлера был краток: «Я не веду переговоров с повстанцами — я их расстреливаю!» Отказ СД от переговоров с Тито привел к неудавшейся попытке захватить или убить партизанского лидера в июне 1944 г. СД и армейской разведке в Югославии удалось взломать коды, которыми партизаны пользовались для радиосвязи. Это позволило немцам в 1943 г. наносить по армии Тито один удар за другим. После серии неудач у Тито возникло подозрение, что в его окружении окопался предатель. Он провел решительную чистку своего штаба. Однако, несмотря на это, неудачи продолжали преследовать партизан. Кто-то заметил, что радиокоды слишком примитивны и враг легко может их расшифровать, но вместо замены кодов была выбрана другая радиочастота. Этого оказалось недостаточно, потому что пеленгаторы СД следовали за партизанской армией буквально по пятам. Тито, как и генерал Михайлович, был недоволен отношениями с западными союзниками и прервал с ними все контакты, однако до переговоров с генералом Велебитом СД не верила этому и не имела возможности проверять подобные сведения. Разведка Генерального штаба венгерской армии сообщила немцам о том, что ими схвачен советский курьер, направленный из Москвы в штаб Тито. Сталин не питал никаких иллюзий относительно союза с капиталистическим Западом, понимая его временный характер, вызванный войной. Однако он планировал послевоенное устройства мира. Московский курьер вез Тито приказ Кремля начать сотрудничество с немцами, если войска западных союзников высадятся на берегах Адриатики. (Информация на совести автора. — Ред.)