Чтение онлайн

Существовал лишь один немец, который по праву мог назвать себя специалистом по Арабскому Востоку. Это был доктор Гробба, немецкий посол в довоенном Багдаде, сторонник союза немцев и арабов для борьбы против евреев-сионистов в Палестине. Гробба, сопровождаемый полковником Гроскуртом, пытался выведать у иракцев, готовы ли они заключить с Германией военный союз против англичан. Когда они остановились в гостинице, полковник машинально написал собственное имя в книге гостей. Это послужило англичанам доказательством того, что в городе находятся шпионы абвера. Сотрудники багдадской резидентуры СИС попросили двух джентльменов-иностранцев добровольно покинуть Ирак как можно скорее. В ноябре 1937 г. для встречи с доктором Гроббой в столицу Ирака прибыл личный эмиссар короля Саудовской Аравии Ибн-Сауда. Король хотел установить связи с немцами, чтобы получить у них оружие и заручиться поддержкой в войне против палестинских евреев. В том же месяце с той же целью в берлинскую штаб-квартиру СД прибыл иранец Генри Кон, отчим которого был немцем. И сотрудники СД, и доктор Гробба убедили начальство в целесообразности этих контактов, но в конечном итоге дело ограничилось появлением в Саудовской Аравии, в городе Джидда, немецкого консульства. В связи с этим стоит еще раз вернуться к самой одиозной личности в этом плотно переплетенном клубке измен и заговоров — муфтию Иерусалима. Муфтий узурпировал свой пост, устранив возможных соперников. В 1938 г. даже англичане были возмущены деяниями его фанатичного мусульманского клира и сторонников из числа простых арабов, совершавших насилия в отношении палестинских евреев и христиан. Муфтий бежал к французам в Бейрут. В августе 1940 г. он предложил заключить союз между арабами и нацистской Германией. Затем муфтий послал в Берлин Османа Кемаля Хаддада, который встретился там со всепонимающим доктором Гроббой и более упрямым и скептически настроенным Эрнстом Вайцзеккером. Последний незадолго до этого имел встречу с графом Чиано и ознакомился с его докладом о муфтии Иерусалима. Итальянец пожаловался на ненадежность муфтия, которому были заплачены миллионы итальянских лир за обещание организовать диверсии на принадлежащих англичанам нефтеперерабатывающих заводах. Своих обещаний муфтий не сдержал. Чиано посоветовал Вайцзеккеру порвать с ним отношения. Немец последовал совету графа и вступил в яростный спор с эмиссаром муфтия Хаддадом. Переговоры закончились тем, что Риббентроп снял доктора Гроббу с его поста и отказался от планов поддержки арабов. Очевидно, это было мудрое решение, поскольку от них не стоило ждать ничего хорошего.

Через муфтия Гробба установил контакты с Рашидом Али Гайлани, новым, пронацистски настроенным правителем Ирака. Последний вместе со своими единомышленниками — заговорщиками из числа офицеров иракской армии, состоявших в националистической организации «Золотой квадрат», 1 апреля 1941 г. свергнул проанглийски настроенного премьер-министра. Однако англичане были не намерены затевать игры с заговорщиками. В мае 1941 г. они перебросили из Палестины свои войска в Ирак и без особых усилий оккупировали эту богатую нефтью страну. В августе того же года войска Англии с юга и Советского Союза с севера вошли в Иран. Таким образом, планы немцев установить контроль над Ближним Востоком рухнули.

Мухаммед Амин аль-Хусейни, самопровозглашенный муфтий Иерусалима, нежащийся на солнце в обществе немецких друзей, был опытным интриганом, пытавшимся использовать немцев и итальянцев в своих целях

Для защиты своих индийских колониальных владений англичане создали первую постоянную службу безопасности — Индийское бюро политической разведки. Бюро должно было защищать Индию от внешних и внутренних врагов. В годы Первой мировой войны Индии пришлось обороняться от попыток немецко-турецких отрядов вторгнуться на ее территорию из Ирана и Афганистана. (Попытки немцев и турок организовать свою агентуру в Иране были пресечены русскими. В октябре 1915 г. корпус генерала Баратова (8 тысяч) занял Тегеран, затем выдвинулся к Хамадану, разгромил турецкоиранские отряды (8 тысяч) и ликвидировал в стране агентуру Германии и Турции, поставив надежный заслон против германотурецкого влияния в Иране и Афганистане. Хорасанский отряд русской армии (1000 человек, 4 орудия) обезвредил германо-турецкие группы, следовавшие через Южный Иран к афгано-иранской границе. Хорасанский отряд совместно с английским отрядом в Систане установил подвижную завесу на фронте Мешхед — Бирдженд — Систан — Оманский залив, не допуская проникновения германо-турецкой агентуры в Афганистан и британскую Индию. — Ред.) Теперь англичане столкнулись с более сильным врагом — разведкой нацистской Германии. Лишь в апреле 1939 г. германский МИД обсудил с абвером вопросы стратегии на международном уровне в том случае, если Британия проявит враждебность. Вниманию Канариса был предложен план совместного русско-германского вторжения в Индию, что, даже на уровне угрозы, могло заставить англичан перебросить массу своих войск из Европы на Ближний Восток. В разработке этого плана известную роль сыграл Иоганнес Эпплер-Гафер. Во время его пребывания в Стамбуле в декабре 1937 г. он познакомился с воинственным вождем иранского племени кашкаев Эмиром Азурнухом (кашкаи — народность, живущая в иранских провинциях Фарс и Исфахан. Говорят на тюркском языке, близком к азербайджанскому. В описываемое время вели кочевой образ жизни. — Ред.). Азурнух предложил Эпплеру совершить путешествие на Восток для встречи с другим заговорщиком, вождем одного из афганских племен Гулямом Баракатуллой, который поддерживал связи с другими афганскими племенами, обитающими близ северо-западной границы британской Индии — самого уязвимого пограничного района этой английской колонии. Два года спустя, в мае 1939 г., Эпплер, переодетый турком, перебрался из Эрзерума в Восточную Анатолию. Через месяц он оказался в Масуле, родной деревне Баракатуллы. Здесь Эпплера встретил Азурнух, который свел его с афганским вождем. В 1932 г. Баракатулла принимал участие в вооруженном восстании в Кабуле, поднятом против тогдашнего пробританского правительства. Это восстание было осуществлено при поддержке ГРУ, советской военной разведки. Поскольку на 1939 г. пришлось время самого плодотворного сотрудничества Германии и СССР в военно-политической сфере, то это полностью устраивало Эпплера.

Порт и нефтеперерабатывающий завод в Абадане, на котором немцы планировали совершить диверсии с целью прекращения поставок нефти англичанам и их союзникам

Для того чтобы осуществить новое восстание, Баракатулла связался с племенем афридиев, живущих неподалеку от известного Хайберского прохода — своего рода ворот, ведущих на равнины Индии. Он познакомил Эпплера со связным афридиев Меджди, который поддерживал контакты с Факиром Ипи, Хаджи Мирзой Али, правителем Северного Вазиристана. Разговоры велись долго, до наступления ночи. Эпплер отправил в Берлин сообщение о том, что находится в самом сердце Афганистана.

Позднее он перебрался на северо-восток Афганистана, в Кафиристан, где встретился лично с Факиром Ипи, после чего вернулся в Иран. Эпплер создал шпионскую сеть, планируя в случае плотных контактов с русской разведкой или отдельно, силами немецких агентов, провести ряд диверсий в британской Индии. Из этих заоблачных планов ничего не вышло, однако абвер продолжал лелеять подобные мечты. Прибалтийский немец из Литвы, профессор Манфред Обердерфер, убедил Канариса в необходимости отправки нового агента в район северо-западной границы британской Индии. Под этим агентом, бегло говорившим на языках народов Ирана и Афганистана, он, конечно, имел в виду самого себя. Кроме того, он собирался воспользоваться своим медицинским образованием и специализацией на лечении проказы для придания экспедиции убедительности. В Индию Обердерфер отправился вместе со своим помощником Фредом Брандтом. Медицинская миссия, занимавшаяся лечением проказы, прибыла в Афганистан в 1940 г. В Герате «врачи» наняли проводника-афганца, оказавшегося тайным агентом Индийского бюро политической разведки. Итальянский посол в Кабуле познакомил немецких врачей-шпионов с полковником британской армии, дезертировавшим из Индии и высказавшим желание служить немцам. Полковник предложил немцам провести их в опасный район северо-западной границы. Здесь Обердерфер и его спутник попали в засаду, устроенную местным племенем. Обердерфер умер в автомобиле по пути в Кабул.

Шпионская деятельность в Афганистане была опасной и далекой от комфорта и внешней роскоши. В Латинской Америке она отличалась привлекательностью, однако зачастую была не менее опасной. В кафе на набережной Гаваны у одного щеголеватого иностранца в шикарном белом костюме и шляпе-панаме был свой постоянный столик. Сидя за ним, он обозревал стоявшие на рейде корабли. Отсюда этот либо американец, либо европеец наблюдал за гаванским портом, самым стратегически важным и оживленным во всем Карибском бассейне. Этот человек не делал никаких записей и лишь запоминал все примечательное. Беспечно сидя за чашкой кофе и газетой, щеголь совмещал приятное с полезным, то есть с работой, за которую ему платил абвер или СД: собирал информацию о перемещениях грузов враждебных держав. Нейтральная Куба, которой с 1933 г. правил диктатор Фульхенсио Батиста, сместивший в результате военного переворота своего предшественника генерала Мачадо, была превосходным местом для шпионской деятельности абвера в Новом Свете. Это была своего рода дверь в США, поскольку Кубу отделяло от Флориды расстояние всего в 160 километров (если быть точным, то 225 километров, но от Гаваны до Ки-Уэста на островке островной гряды Флорида-Кис (к которому проложена шоссейная дорога на опорах) 150 километров. — Ред.).

Гавана была битком набита американскими, английскими и союзными им (норвежскими и голландскими) грузовыми кораблями, перевозившими нефть из Мексики и Техаса на Британские острова. Сведения, собранные завсегдатаем гаванского кафе, помогали германским подводным лодкам топить эти корабли в водах Атлантического океана. Щеголеватого немецкого агента звали Энрико Луни. Его настоящая фамилия была Гейнц Лунинг. Он родился в 1910 г. в Гамбурге, часто бывал в Вест-Индии и бегло говорил по-испански. Луни был завербован абвером в 1940 г. и, получив хорошую разведывательную подготовку, приступил к шпионской деятельности в Латинской Америке. В Барселоне он сел на испанский корабль «Сьюдад-де-Мадрид» и 20 сентября 1941 г. приплыл на нем в Гавану. Для прикрытия настоящей своей деятельности Луни обзавелся магазином, торгующим одеждой. Он ежедневно посещал свое любимое кафе на Порто-Чико, откуда открывался потрясающий вида на порт Гаваны. Проведя там пару часов, Луни, медленно прогуливаясь, направлялся домой, где составлял донесение, которое отправлял по вполне «невинному» адресу в Барселону. Если сведения было необходимо отправить срочно, то он передавал их по радио сразу в Испанию. Так протекала жизнь спокойного и малозаметного немецкого шпиона, агента абвера в Гаване, 11 долгих и жарких карибских месяцев. Так продолжалось бы и дальше, если бы Луни не совершил роковую ошибку. Большая часть почты, отправлявшейся в Европу из Латинской Америки, и в частности с Кубы, проходила через контролируемые англичанами Бермудские острова, где отдел перехвата писем (ОПП) имел свою самую большую зарубежную резидентуру, которая располагалась в отеле «Принцесса Гамильтон». Резидентуру ОПП возглавил офицер СПС Питер Уилсон, под началом которого находился целый штат молодых трудолюбивых женщин. Ведомство Уилсона было главным источником информации для МИ-5, занимавшейся поиском немецких шпионов в Новом Свете. У цензоров вызвал подозрение тот факт, что в переписке Луни с Испанией во многих письмах один и тот же почерк, но все они были подписаны разными именами. Эта «мера предосторожности» Луни оказалась излишней и послужила обратному. Копии его писем ОПП стала посылать агентам ФБР в Гаване. ФБР собрало нужные доказательства и 15 августа 1942 г. арестовало Луни. Несмотря на неудовольствие тех кубинцев, которые ненавидели янки и симпатизировали нацистам, 8 ноября 1942 г. — в тот же день, когда американцы высадились в Северной Африке, — Гейнца Лунинга, приговоренного к смертной казни, расстреляли. Еще одним агентом абвера на Кубе был Ричард Доррес, активно занимавшийся шпионажем с 1941 г. по конец 1942 г. Дорреса так никогда и не нашли, потому что после ареста и казни Лунинга он хорошо понимал, что его ждет та же участь и поимка — всего лишь вопрос времени.

Мексика имеет длинную и бурную историю отношений с США. Часть мексиканцев яростно ненавидела Америку и симпатизировала гитлеровской Германии, видя в ней хорошего потенциального союзника. В 1930-х гг. президент Мексики Карденас, отличавшийся левацкими убеждениями, поддерживал испанских республиканцев, в годы гражданской войны воевавших против войск генерала Франко, и заигрывал с коммунистами. Однако в 1940 г. в Мексике к власти пришла новая политическая группировка, и абвер получил возможность обосноваться в этой стране и превратить ее в плацдарм для развертывания шпионской деятельности против США. Вскоре здесь было создано три шпионские сети, насчитывающие примерно 40 агентов, которые отправляли в Гамбург, Кельн и Берлин ценные разведывательные сведения о США. Канарис всегда внимательно следил за Соединенными Штатами, самым сильным и опасным союзником Британии, и опасался худшего — того дня, когда президент Рузвельт объявит войну Германии.

Двух главных немецких мастеров шпионажа, орудовавших в Мексике, называли Макс и Мориц, но на самом деле они не были забавной парой немецких клоунов, а виртуозными агентами абвера. Макс был заносчивым молодым майором по имени Георг Николаус, который до 1938 г. был банкиром в Колумбии. Его коллега Мориц был полковником бароном Карлом фон Шлеебрюгге, который в качестве офицера люфтваффе участвовал в нападении Германии на Польшу. До войны он жил в Мексике, работая представителем немецкой фирмы, изготавливавшей оружие. Николаус приехал в Мексику с десятью тысячами фунтов стерлингов и сразу приступил к созданию шпионской сети и поиску «крыши» для маскировки своей настоящей деятельности. Агенты Канариса в США, такие как Фред, Джеймс и Гарри, отправляли свои донесения прямо на «почтамт» абвера в Мехико, филиал компании AEG. После этого они переправлялись в Германию. К несчастью для немецких шпионов в Мексике, в мае 1940 г. Эдгар Гувер заявил, что «самый лучший способ взять под контроль нацистских агентов в Соединенных Штатах — уничтожить шпионское гнездо в Латинской Америке». Рузвельт согласился с директором ФБР, и 3 июня 1940 г. была создана новая структура: Специальная разведывательная служба. Новая служба приступила к разгрому немецкого шпионского гнезда в Мексике. В апреле 1941 г. мексиканцы выслали Морица-Шлеебрюгге из страны, а за Максом ФБР/СРС и мексиканская федеральная полиция установили 24-часовую слежку. В 1942 г. американцы и мексиканцы при активном содействии англичан положили конец присутствию абвера на землях к югу от Рио-Гранде. Бразилия была еще одной территорией активного немецкого шпионажа в Латинской Америке. В 1939 г., например, здесь проживало 900 тысяч граждан немецкого происхождения. На протяженном восточном побережье Бразилии в таких городах, как Рио-де-Жанейро, Сантус и Ресифи, агенты абвера активно наблюдали за перевозками стратегических грузов Британии и ее союзников. Хотя президент Жетулиу Варгас оказывал услуги министерству обороны США, в разговоре с немецким послом Прутером он пообещал, что позволит агентам немецкой разведки действовать в Бразилии.

Германия стала рассматривать Бразилию как бастион, противостоящий влиянию США.

Военно-морской атташе Германии капитан Герман Бони стал руководителем шпионской сети в этой огромной стране. Его главным агентом был Альфредо, завербованный абвером в Бразилии в июне 1940 г. И Канарис, и Дёниц, глава подводного флота Третьего рейха, очень хотели располагать сведениями о Ресифи, особенно об аэродромах «ПанАм» и о патрулировании кораблей флота США в Южной Атлантике, которые выходили из этого порта. Эти и другие задачи были поставлены перед немецким бизнесменом Альфредом Кемптером, переселенцем из Германии, который эмигрировал в Бразилию еще в 1920-х гг. и был завербован абвером в 1939 г. В отличие от большинства своих коллег-шпионов, работавших в Латинской Америке, Кемптер не был патриотом и шпионил исключительно ради денег. В феврале 1940 г. он вместе со своим деловым партнером Гербертом Мюллером создал для себя в Рио-де-Жанейро удобное прикрытие — фирму «Рэпид информейшн лимитед». Мюллер также стал сотрудничать с абвером и начал регулярно сообщать в ведомство на Тирпицуфер точные сведения о перевозках стратегических грузов для США. Дёниц был доволен успехами этих двух агентов. К декабрю 1941 г. Кемптер и Мюллер передали в гамбургское отделение абвера 400 радиосообщений. После этого Кемптер был награжден за свои заслуги Железным крестом 1 — го класса. Шпионская сеть Короля-Кемптера помогала немецким подводным лодкам перерезать водные магистрали британских торговых кораблей близ мыса Доброй Надежды. В мае 1941 г. торговое судно «Родни Стар» затонуло на рейде Буэнос-Айреса, и в том же месяце благодаря «помощи» немецких шпионов затонул норвежский танкер. В 1941 г. действия Кемптера и его агентов приводили к уничтожению грузов союзных держав общим тоннажем 100 тысяч тонн в месяц. Эти огромные потери серьезно угрожали обороноспособности Великобритании. Кемптер считался ценным агентом, поскольку добывал самые разные разведывательные сведения, включая информацию о температуре воды и приливах на побережье Бразилии и состоянии противолодочных заграждений, которыми англичане защищали свои корабли в бразильских портах.

Таким был Рио-де-Жанейро в 1939 г. Это федеральный район, в котором тогда располагались правительственные учреждения Бразилии. Рио-де-Жанейро, как и остальная Бразилия, был центром немецкого шпионажа в Латинской Америке

Еще одним активным немецким агентом был коммерсант Альбрехт Энгельс, владелец торговой фирмы, завербованный абвером в 1930-х гг. Сам он завербовал родившегося в Бразилии немца, работавшего в порту Рио-де-Жанейро инженера Герберта фон Гейера, который оказался ценным приобретением для его шпионской сети. Энгельс нашел не менее важного агента в порту Ресифи, где грузились углем корабли союзных держав и заправлялись топливом американские самолеты. Менее способным оказался другой шпион абвера, поляк по происхождению Юзеф Старжичный, который получал от своих хозяев меньше денег и не смог завербовать нужное число агентов. Он также отличался некомпетентностью, так как свои донесения писал на таком плохом английском языке, что в гамбургском отделении абвера не всегда удавалось правильно расшифровать их. Старжичный проживал на роскошной вилле в Копакабане вместе со своей любовницей-бразильянкой. Абвер предупреждал его, советуя быть осторожным с этой женщиной, но поляк отказался расстаться с ней. После того как в 1941 г. США вступили в войну, а Бразилия решила примкнуть к антигитлеровской коалиции, в марте 1942 г. все немецкие агенты, кроме Энгельса и Кемптера, были пойманы.