Чтение онлайн

«Нет-нет, это все не имеет смысла! Не может быть непобедимого существа! Каждый имеет слабость, каждый уязвим. К примеру, Люцифер. Несмотря на всю его колоссальную Силу, его главная слабость — его семья. Конечно, каждый из них силен, но если поймать кого-то из них, то таким образом можно будет воздействовать на Мастера Войны. Слабость Мефистофеля в стремлении к знаниям. Как знать, быть может, он примет чужую сторону, коль враг предложит ему особые, новые знания, о которых тот и не догадывался. Люциан слишком сильно ненавидит светлых и это может затмить ему разум. У Ненферы та же слабость, что и у Люцифера, только она больше всего беспокоится о своих детях, ибо знает, что одолеть ее мужа почти невозможно. Виардон любит одиночество, а потому ему можно устроить засаду. Армадей очень силен, но в этом и его слабость. Он очень быстр для своей комплекции, но его можно победить еще большей скоростью и точностью ударов. Мускулы сковывают движения, делают тебя неуклюжим. Именно потому я не ставил себе целью уподобляться горе. И Сатанаил… О, с ним столько всего. Он не хочет сражаться против своих братьев Архангелов. Не хочет истреблять ни светлых, ни темных. Кроме того, порой он стыдится того, что предал братьев, хоть и понимает, что поступил так, как посчитал правильным, ибо не мог уподобиться другим Архангелам по лжи и коварству. А также он боится, что не оправдает ожиданий Люцифера и иных Великих. Вот все их слабости. А я? Какая же слабость у меня? Если что-то случится с моими учениками, то я буду опечален и зол, но не удастся их использовать против меня. Орден мой достаточно силен, так что, даже в случае моей гибели он не перестанет существовать. Остается лишь Литаэль… Да, она и есть моя слабость. Я люблю ее, как не любил ни одну из женщин. Если с ней хоть что-то случится, то я… Нет! Это моя слабость. Нужно бороться с ней, подавить, уничтожить. Если этого не сделать, то я рискую всем! И Литаэль будет в опасности, ибо ее попытаются использовать против меня. Но если она перестанет быть моей слабостью, то нет нужды в ней моим врагам.

Но как же быть с Вседержителем? Ну же, Анафрахион, думай! Тебе всегда это удавалось.

Во-первых, Вседержитель является самым первым представителем из разумных рас во Вселенной. Раса элевов была самой первой, а он первый из них. Сотворен лично Творцом.

Во-вторых, он пожирает светлые миры, ибо они восстанавливают ему больше Сил. Но процесс пожирания необычен. Он медленно уничтожает все живое в самом мире. Деревья, растения, насекомые, животные, камни, сама земля, и жители… Они все погибают и их души и энергия отправляются ему в пасть. Это не светлая магия. Он убивает их одной лишь мыслью, подвергая мгновенному гниению. Это чистая некромантия! Но, коль эта магия стала известна гораздо позже и расой саалитов, то откуда она ведома Вседержителю? Она существовала изначально, но пользовалась ею лишь Анатиял и ее помощники. Не исключено, что и Творец… Так вот оно что. Творец наделил Вседержителя абсолютными знаниями. Отец светлых знает все то, что знает и его создатель. Или почти все…

В-третьих, он создал двойников, которых невозможно было отличить от настоящих. Это не просто иллюзорная магия. Я могу сделать вид, что мой двойник является мной, но на деле будет не так и он не сможет полноценно сражаться. А здесь они противостояли нашему натиску!

В-четвертых, магия у него очень запутанная. Она состоит из стольких потоков и нитей, что на ее разбор может уйти не один миллион лет. Во время битвы дорога каждая доля секунды! Я видел лишь часть его Силы, но этого должно хватить на весьма скромное понимание его магии. Но это лучше, нежели ничто!

В-пятых, я не знаю, как его убить. Возможно, что, коль все Великие темные объединятся вместе с двумя Прародителями, то нам удастся одолеть его. Но какова будет цена? Я не видел Вседержителя во время боя. Я не знаю, как он сражается и какой магией пользуется. Но рискну предположить, что мы все погибнем вместе с ним. Тем самым все темные станут гораздо более уязвимыми для светлых и те начнут новую войну. Их сдерживает лишь то, что у нас больше Великих. На Вседержителя Архангелы не рассчитывают, ибо знают правду о нем. Есть ли у Отца светлых семья? Сомневаюсь. Он последний из своей расы. К тому же я не представляю, насколько сильной должна быть женщина, которая бы выдержала в себе его дитя. Даже Ненферу разорвало бы от такой мощи.

Доминиан не знает как справиться с этим элевом, и остальные Великие тоже не знают. Черный Прародитель наконец-то сказал мне, каково истинное имя этого Вседержителя, но оно мне ничего не дало. Гиассхаринорхаш… И толку мне от его имени, коль такого невозможно найти?! Ни в одном из трактатов Вселенной не значится кто-либо с таким именем. И я не могу найти Вседержителя таким образом тоже. Это провал… Бездна, из которой мне невозможно выйти»

И как сражаться с тем, кого не можешь найти и узнать что-либо о нем? Безрассудно было вступать с Вседержителем в бой, ибо глупо вступать в бой, коль не знаешь, сколь силен твой противник. Но ведь раньше Анафрахион сражался именно так. Он крайне редко знал о возможностях своих врагов, но бросал им вызов и всегда побеждал. Теперь же все иначе. Вседержитель настолько далек и непонятен, что биться с ним сродни самоубийству. Люцифер это понимал. Не мог не понять. Мастера Войны интересовало иное. Великому демону хотелось посмотреть на возможности Отца светлых, и он посмотрел. Возможно, он ожидал чего-то иного, но все-таки…

От мыслей его отвлек легкий магический толчок. Он был резким и теплым. Верховный Полководец позвал некроманта. Люцифер не особо доверял телепатии, даже столь высокого уровня, как у них, ибо считал, что разговор могут подслушать и другие. Конечно, подобный магический толчок тоже не был идеален, но ощутить такое могли лишь самые сильные существа во Вселенной, а таковых не столь уж и много. К тому же, коль они находились далеко от этого импульса, то почувствовать его было просто невозможно.

Глава Ордена отследил путь магического толчка и переместился к его началу. Он очутился в небольшом мире на холме. Рядом же стоял Мастер Войны и смотрел на небольшое поселение гоблинов внизу.

— В чем дело, брат? — заговорил первым некромант. — Зачем ты позвал меня?

— Ты помнишь орден Небесных Покровителей? — внезапно спросил он.

— Покровителей? Это тот, где главой был Юлар Вольмон? Это тот, который мы уничтожили?

— Абсолютно верно.

— С чего вдруг ты вспомнил о нем спустя столько лет?

— У Юлара есть брат. Саграэль Вольмон, глава ордена Священного Пламени.

— И что с того? Прошло столько лет, а его брат до сих пор даже не попытался нам отомстить. Либо он готовит какую-то ловушку, либо просто боится идти против нас.

— Я не к тому веду, Анф. Паладины и инквизиторы.

— Люц, хватит говорить загадками и столь абстрактно. Я себе чуть было мозг не сломал, пытаясь понять, как нам быть с Вседержителем и как его победить, так что сейчас я не в состоянии рассуждать о чем-то, — Анафрахиона всегда раздражала подобная манера общения Мастера Войны. Очень уж часто Великий демон говорил полуфразами или же не договаривал что-либо. Либо он тем самым издевался, либо думал, что некромант дальше сам все поймет.

— Не похоже на тебя, — демон продолжал смотреть на гоблинов. — Уничтожив орден Небесных Покровителей мы лишь отсрочили создание паладинов и инквизиторов, но это не значит, что их не попытаются создать вновь.

— И ты думаешь, что брат Юлара Вольмона попытается продолжить его дело?

— А говорил, что мыслить не можешь, — это был один из тех редчайших моментов, когда в голосе Люцифера звучал сарказм. — Именно так я и думаю. Более того, осмелюсь предположить, что Юлар передал большую часть записей с результатами своему старшему брату. Саграэль гораздо сильней, опытней и осторожней. Возможно, именно потому у меня ушло столько времени на поиски.

— Предлагаешь напасть на него и уничтожить весь его орден?

— Слишком рискованно. Орден Священного Пламени самый многочисленный во всей Вселенной. Под предводительством Саграэля сорок два миллиона светлых. После Архангелов именно он считается одним из предводителей светлого войска, Анф. Если уж нападать, то надо будет уничтожить все замки его ордена, а их слишком много. Придется задействовать всех Великих, твоих магов и найти еще армаду темных.

— Но ты, я так понимаю, не хочешь, чтобы дошло до подобного, так ведь? — полюбопытствовал некромант.

— Истинно так. Это, скорее всего, развяжет новую большую войну. Все другие ордена светлых ополчатся против темных. Хоть святоши и слабы, но у них есть одно преимущество… Они сплочены. Среди них почти не бывает одиночек, Анф, а потому они будут бить редко, но всей своей силой. А если в дело вступятся Архангелы, то тогда станет поистине трудно. У темных нет такого единства. Некогда мне удалось объединить их лишь потому, что почти все наши миры были либо уничтожены, либо порабощены силами Света. Просто не оставалось иного выбора, и больше было некуда идти. Мне с трудом удалось собрать темное войско в единый кулак. Представь же, каково будет сейчас, учитывая, что миров стало в миллионы раз больше, и численность наша возросла. Да, я Верховный Полководец, но таковым являюсь лишь во время крупной войны. Однако, коль такая и начнется, то уйдет слишком много времени, прежде, чем удастся сплотиться. А пользоваться страхом, как то делают светлые, я не стану. Такова уж моя сущность, Анф. Даже если все будет рушиться и гореть, я не стану прибегать к запугиванию. Я никогда не стану использовать силу страха.