Чтение онлайн

— Истинно так, брат Дуд. Слова настоящего гнома!

— Отец мой слыл одним из лучших кузнецов на севере, а посему было у него то, чего не было более ни у кого.

— И что же, позволь спросить? — Непреклонный заинтересовался.

— Много чего было, хочу тебе сказать. И особые доспехи, и оружие, золота было достаточно и драгоценных камней. Но более всего любил он титрил. По цвету схож с нефритом, но с крапинками сапфира. Цвета яркого, и сияет, подобно звезде. Красивый камень, должен тебе сказать. Размером с мой кулак, — на всякий случай я сжал руку в кулак и выставил перед собой. — А у тебя, брат Вали, в семье есть некие подобные ценности?

— Увы, но нет. Не столь знатного я происхождения, как ты. Но, коль был бы выбор, то я бы хотел, дабы ценность моей семьи была схоже с твоей. Или же с камнем нашего ордена.

Попался!

— Прости меня, брат, но я не понимаю о каком камне ты говоришь.

— Как так? — удивился гном. — В самом деле не знаешь?

— Коль знал бы, то так бы и сказал, — я попытался притворится несколько оскорбленным из-за подобного неверия.

— Прости меня, брат Дуд, ежели слова мои обидели тебя. Просто я в самом деле изумлен. Хочешь, расскажу про этот камень?

— О, это было бы очень интересно.

— Так вот, называют этот камень Драднир и он белоснежен, как облака, и сияет ярче звезд. Говорят, что сам Вседержитель ниспослал нам его, ибо понял Он, что мы верны Ему. Случилось это спустя столетие после основания нашего ордена, так что камень очень древний. С тех пор сменилось шесть глав ордена, но камень не утратил былой красоты.

Я старался сделать вид, что заворожен услышанным.

— Прекрасная история, брат Вали. Хотел бы я взглянуть на камень, — я тяжело выдохнул.

— Увы, но его показывает лишь сам глава ордена дважды. В первый раз, когда он становится новым главой, и во второй раз перед тем, как отдать главенство другому. Хранится же камень в королевской кладовой.

— Королевской? Не знаю я такой. Бывал в сокровищнице нашей и диву дался от всех тех богатств.

— Прости, брат Вали, я постоянно забываю, что ты у нас недавно, а посему мало что знаешь. Но не могу я поведать тебе о королевской кладовой. Когда придет время — ты сам все узнаешь.

На это у меня времени нет! Пришлось отвлечь гнома и применить к его элю заклинание сна. Когда он уснул, то я смог без преград забраться ему в мысли и узнать о том, где находится королевская кладовая. Все решено и надобно торопиться. Все равно все поймут, что я и есть вор, так что скрываться не обязательно. Тем не менее, я решил дождаться прихода остальных. Ведь не хотелось мне, дабы они сообщили телепатически в крепость обо мне. Когда они вернулись, то я быстро произнес заклинание сна, и они уподобились младенцам.

Я переместился обратно в крепость. Были некоторые проблемы с кладовой. Во-первых, она охранялась дюжиной стражей. Во-вторых, переместиться сразу внутрь я не мог, ибо на ней стояла сеть всеразличных заклинаний, обойти которые я мне бы не удалось.

Оставаться в этом неповоротливом облике я больше не собирался, так что вернул себе истинный лик. Вход в кладовую охраняли двое стражей. Я переместился к ним и нанес каждому по одному удару по углу нижней челюсти, как меня учил мэтр. Стражи стражами, но подготовлены были просто отвратительно. На них были кольчужные доспехи, и совершенно не было шлема! Конечно, это упростило мне задачу, но все-таки они были смешны.

Я заглянул в память одного из них и узнал, что за дверью стоят еще двое. Но, кроме этого, там была еще одна дверь через десять метров, перед которой тоже стояли двое стражей. После же была третья дверь. Так, от двоих я избавился. За дверью их четверо, а потом еще четверо. Итого десять стражей. Значит, двое других должны быть в самой кладовой. Вся проблема в том, что я не могу переместиться даже за эту дверь, ибо уже с нее начинается блокирующая магия, а это плохо. Придется открывать.

Нужно было все сделать быстро и притом не выдав себя. В смысле, не выдав себя другим и не позволить стражам сделать это. Однозначно защитная магия поставлена так, дабы она реагировала на темную волшбу. Как же хорошо, что заклинание сна не относится к таковой!

Открыв дверь, я не оставил времени стражам даже на удивление, как они уснули подобно мертвецам. Беда в том, что я не мог подхватить двоих дальних стражей, и они наделали немало шума. На это среагировали из другого помещения. Пока открывалась третья дверь, я успел добежать до нее и применить заклинание. Увы, но я не знал, предупредили ли они других аль нет, так что пришлось торопиться. Открыл последнюю дверь и принялся бежать по всей кладовой. Как хорошо, что коштра абсолютно бесшумно передвигаются! Оставшихся стражей я тоже усыпил. В кладовой было множество прекрасных камней, но все они были мне не нужны. Побегав некоторое время, я вышел в самый большой зал и увидел в самом его центре тот самый камень, который нужен был мэтру Анафрахиону. Драднир и вправду завораживал, но нельзя было любоваться. Я взял его и засунул в небольшой мешок, после чего поспешил обратно к выходу. К великому изумлению меня никто не поджидал, и я сумел без проблем переместиться обратно в Орден Лунной Ночи. С того момента, как я узнал о кладовой и до ухода из мира прошло не более пятнадцати минут, а перед этим семь дней потратил. Но я справился с заданием, так что я мог быть горд собой.

Вернувшись к учителю, я передал ему Драднир и ждал. Он осматривал его и засмеялся.

— Очень хорошо, Ицаро. Ты славно потрудился.

И что вы думаете? Вот и не угадали. Мэтр Анафрахион просто взял и сжал этот драгоценный камень в руке и превратил его горстку пыли. И ради этого я старался?!

— Не волнуйся ты так, Ицаро. Мне не нужен был этот треклятый камень. Будь моя воля, то я бы заполучил его, не покидая этих стен.

— Но зачем он вам тогда был нужен?

— А ты еще не понял? Камень этот нужен был не для меня, но для тебя. Я хотел, дабы ты проверил свои навыки, Ицаро. Ты никого не убил, выяснил, где находился этот Драднир и принес его мне. Это было твоим испытанием, мой ученик. Правда, я надеялся, что ты справишься дней за пять — самое большее, но да ладно. Ты уложился в поставленные сроки, а это важнее. Со временем ты станешь сильнее.

— И все? Просто хотели, чтобы я проверил себя? А у камня нет никакого предназначения?

— Ни один из камней не появляется с предназначением, ученик. Это просто красивый камень и все тут, вне зависимости от его вида и сияния. Но кое для чего я его использую. Тебе вскоре выкуют кинжал, и одним из составляющих элементов будет вот эта вот пыль, — он протянул ладонь с нею в мою сторону. — Она сделает клинок более прочным, и ты сможешь пробивать ею даже латные доспехи. По крайней мере, я надеюсь, что будет так. Кроме того, коль рядом с тобой будут светлые — ты почувствуешь тепло, только коснувшись его эфеса. И, если все получится несмотря на иллюзорную магию, кинжал будет реагировать.

Вот так все и обернулось. Прошло не мало времени с тех пор и кинжал я получил. Он и вправду пробивал латные доспехи, и рукоять его становилась теплой, коль рядом оказывались светлые. Но, кроме этого, Драднир наделил меня иной способностью. Я мог вселяться в светлых и управлять ими! Конечно, это было невозможно применить к тому, кто был сильнее меня, но все-таки! Я осуществил немало операций, но сейчас работаю над самой сложной из них, ибо сам мэтр Анафрахион не знает с чего начать поиски. Учителю хочется знать, не начал ли какой из светлых орденов создание неких инквизиторов и паладинов. Его очень интересовало это, и я пытался дать как можно более точный ответ учителю. Восемь веков уже я занимаюсь этим, но пока что никаких сведений про инквизиторов и паладинов не получил. Я буду и дальше работать, но, отдыхая, я решил написать все это. Быть может кто-нибудь, да и найдет мои записи и прочтет их. Я сейчас нахожусь в населенном людьми мире под названием Китри. Тот, кто прочтет это, прошу, сохрани записи, а не предавай их огню. Хоть я и занялся этим для того, дабы расслабиться и просто коротко вспомнить о своей жизни, но мне бы не хотелось, дабы сей труд пропал. Оставь их там же, где найдешь, ежели не захочешь забирать себе. Преврати мою историю в сказку для детей — мне все равно, но не сжигай. Верить или нет написанному — решай сам, ибо не господин я тебе и не могу приказывать. Я темный, а Тьма — это свобода.