Чтение онлайн

— Дим, получается, он нам с тобой помог?

— Выходит, что так. По логике я должен поблагодарить хранителя нашего рода. Но возникает дилемма: мне очень хочется открутить уши этому поганцу.

«Некромант, твои слова благодарности приняты. Мои уши трогать не надо, они твоей жене нравятся», — внезапно раздался у меня в голове голос Або.

Я озадаченно посмотрела на мужа.

— Слышишь, ушастого? — уточнил тот.

— Да, но не понимаю почему.

— Похоже, это мелкий грызун создал ещё один канал в обход блокировки, — пояснил Дима с усмешкой. Посуровев, спросил: — Хранитель, ты осознаёшь, что Саше нельзя нервничать?

«Ой, всё, — пренебрежительно фыркнул Або и резко сменил тон на серьёзный: — Некромант, я не могу причинить вреда ни тебе, ни твоей жене. Ни при каких условиях. Не забывай об этом. А теперь драгоценные мои, информирую: через десять минут приедет Кони. Встречу с Силантьевым переносить не стоит. Рюрикович, ты же под скрытом сопроводишь жену на ужин?»

— Разумеется, — лаконично ответил Дмитрий и заговорщицки шепнул мне на ухо: — Как думаешь, лопоухому серьга пойдёт?

Кровожадно улыбнувшись, я кивнула. А через секунду где-то внутри шевельнулось плохое предчувствие. И стало страшно. Не за себя. За мужа.

Всё будет хорошо. Ведь правда же?

Запихав подальше необъяснимую тревогу, отстранилась от Дмитрия.

— Мне надо привести себя в порядок, — пробормотала я и торопливо удалилась в ванную.

Умывшись ледяной водой, я пару раз вдохнула-выдохнула. Приведя мысли и эмоции в порядок, ретивым кабанчиком перебежала в гардеробную. Буквально за несколько минут переодевшись, занялась причёской. Размышляя о предстоящем ужине, заплела неплотную косу, критически оглядела себя в ростовом зеркале. В целом осталась довольна.

Живот, конечно, видно, но с этим уже ничего не поделать. Что же от меня хочет Силантьев? Наверняка готовит какую-то подлянку.

Сняв с плечиков соболий полушубок, надела. Гордо расправив плечи, вышла в спальню. И тотчас оказалась в объятиях Рюриковича.

— Беременность тебе идёт, — шепнул он мне на ухо.

Ну да, ну да. Становлюсь похожей на колобок.

Скептически хмыкнув, я запрокинула голову и зависла: голубые глаза Дмитрия сменили цвет на янтарный. Чем больше в них смотрела, тем глубже тонула.

— Нам пора, — прошептала я, чувствуя слабость в коленях.

— Пора, — согласился Рюрикович и умопомрачительно сексуально улыбнулся.

Пульс участился, в горле пересохло. Воевать с самой собой больше не было ни сил, ни желания.

Всё, кажется, попала. Впрочем, муж он мне или как?

Потянулась к губам желанного мужчины. И тут раздался громкий стук.

— Госпожа, к вам прибыл юрист. Просил передать, что ожидает вас в машине, — торжественно сообщил из-за закрытой двери Николай.

Птица обломинго ты, а не дворецкий!

Несколько минут спустя.

Вот не мог Николай хоть чуть-чуть попозже прийти?

Сожалея о не случившемся поцелуе, я вышла из дома. Спускаясь по скользким ступенькам, почувствовала, как невидимый Дмитрий аккуратно приобнял за плечи.

Страхует. Вроде мелочь, а приятно. Очень.

Пряча улыбку, я направилась к Кони: тот стоял у своей машины и явно о чём-то размышлял.

«Внимание, на территорию особняка только что заехали полицейские», — внезапно доложил Або.

«Цель визита?» — невозмутимо уточнил Рюрикович.

«Вручение повестки главе рода Апраксиных. Большего они не знают», — с сожалением пояснил ушастик.

Повестка? Что на сей раз?

От удивления я резко остановилась. Рука Дмитрия чуть крепче сжала плечо.

— Не волнуйся, всё решаемо, — шепнул венценосный супруг на ухо.

А ведь Дима прав. У меня один из лучших юристов, а муж и вовсе император.

На корню подавив зарождающееся беспокойство, я продолжила путь к автомобилю адвоката.

— Добрый вечер, — уважительно поздоровавшись, Кони собрался открыть для меня пассажирскую дверцу.

— Анатолий Фёдорович, нам придётся немного задержаться, — остановила я мужчину. — Ко мне едут сотрудники полиции. Желают вручить повестку. Куда, к кому и по какой причине вызывают, пока не знаю.

— Разберемся, — обронил адвокат и предложил: — Александра, может, вы всё же сядете в машину? В вашем положении не стоит мёрзнуть на улице.

Согласно кивнув, я намеренно замешкалась, давая возможность Рюриковичу прошмыгнуть в салон. Почувствовав, что супруг убрал руку, на всякий случай мысленно досчитала до десяти и наконец-то села в автомобиль.

Как только дверца захлопнулась, тихо спросила:

— Почему не скажешь Кони, что едешь с нами?

— Хочу посмотреть, как адвокат работает, — невозмутимо поведал Рюрикович.

Хм-м. Вполне логично. Но почему-то кажется, что причина не только в этом желании. А что, если Димитрий Иоаннович заодно решил понаблюдать, как юрист ведет себя со мной наедине? Предположим, так и есть. И какой в этом смысл? Непонятно.

Размышления прервал Анатолий Фёдорович. Устроившись за рулем, он полуобернулся. Протянув мне сложенный пополам бумажный лист, пояснил:

— Это та самая повестка. Все официальные документы из прокуратуры закрывают магической печатью. Как ваш представитель, я был обязан её вскрыть в присутствии сотрудников полиции, тем самым подтвердив получение. Завтра в десять часов утра вас вызывают в прокуратуру. Допрос будет проводить лично прокурор Владимирской губернии. Вас обвиняют в причинении тяжкого вреда здоровью своего отчима. В качестве заявителя выступает бывшая боярыня Апраксина.

О как. Анфиса Тимофеевна решила мне отомстить за своего озабоченного альфонса?

Развернув документ, пробежалась глазами по тексту. Не обнаружив ничего нового, вернула повестку юристу.

— Александра, вам не о чем беспокоиться. Члены императорского рода неприкосновенны. Но даже будь вы обычной дворянкой, причин для тревоги не было бы и в этом случае, — уверенно заявил Анатолий Фёдорович.

Честно признаться, я особо не удивилась. В неприкосновенности членов правящей семьи нет ничего экстраординарного. Вполне нормальное явление.

Выехав за территорию особняка, Кони предложил: