Чтение онлайн

– Отличный вкус. Попробуйте, леди Адель.

Женщина последовала его примеру и, быстро поднося устрицу к своему рту, проглотила. Голодный желудок сразу откликнулся внутри неё и требовательно забурлил, желая ещё. Жаннин, наконец, занялась пищей. И мужчина украдкой, с улыбкой наблюдал за её движениями:

– Я рад, что вам нравится еда, леди Адель, - его зубы блеснули под усами.

Жаннин до сих пор было немного странно слышать своё прошлое имя. За последнее время она почти забыла о ней - госпоже Адель Пентьевр де Блуа, одинокой после гибели своих возлюбленных отца и мужа. Она попала в другой мир, грязный и порой невыносимый, и в котором она никак не могла найти себе места. Ей вдруг захотелось заговорить об этом, в лоб спросить этого человека о его планах. Наверное, чтобы больше не тешить себя напрасными надеждами на хорошее будущее или, наоборот, наконец, успокоиться и почувствовать себя под защитой.

– Еда действительно замечательная, и, наверное, я впервые ем с удовольствием, сэр Джеймс.

– Я рад, значит, я не зря напросился на ужин с вами...

После небольшой паузы, Жаннин решилась спросить:

– Сэр Джеймс...

Англичанин поднял на неё свой взгляд, и его губы немного сжались, словно он почувствовал, что она боится чего-то.

– Могу я задать вам вопрос?

– Конечно, леди Адель. О чём же?

– Какие у вас планы на меня? Что вы собираетесь делать в отношении меня?

Джеймс Сандорс отодвинул тарелку, вытер руки салфеткой и обратил на женщину свой взгляд. Немного помолчав, он ответил:

– Признаюсь честно, пока не знаю. Но теперь я точно уверен в том, что не смогу вас прогнать отсюда. Вы мне приятны и интересны, леди Адель. И, несмотря на то, что я представлял нашу встречу и вас совсем другими, я не хочу, чтобы вы исчезли. И потому... я действительно пока ничего не могу вам сказать. Я не знаю. А что думаете вы? Какие планы у вас? Надеюсь, вы больше не хотите меня убить, и я не произвожу на вас впечатлений, словно я чудовище, которое желает вашей погибели.

Жаннин вздохнула, с трудом сдерживая своё волнение. Она не знала, радуют его слова или огорчают. Какое-то беспокойство охватило её сердце, наверное, потому что она сама не знала, чего именно хочет, и есть ли правильный выход в этой ситуации.

– Вы молчите? Что же мне теперь думать, госпожа Адель?

– Я никогда не желала вам смерти, сэр Джеймс... не знаю, на что именно я надеялась, когда шла сюда...
– Жаннин опустила взгляд, не в силах смотреть на прорези в маске. Теперь эта черная тень на его лице ей мешала.

– Вы пришли с войском! Пусть и небольшим, но люди, которые были с вами, готовы были убивать.

– Вы не можете знать того, на что были готовы мои люди. Если бы это было так, наверное, мы бы сейчас не говорили с вами. Как раз наоборот, я проявила слабость, не пошла на пролом, не взялась осаждать любимый дом. Я не смогла поднять руку на его стены, ведь они такие родные мне. Здесь я выросла, здесь была счастлива, здесь моя душа, - лицо Жаннин вспыхнуло.

– Я это знаю, я это почувствовал в первый же день моего нахождения здесь.

Жаннин с горечью сглотнула и посмотрела на своего собеседника. Его глаза снова заблестели под маской.

– Когда я вошёл сюда, здесь был крах. Невредимым оказался в этом доме лишь портрет в гостиной. Может это покажется вам странным, но молодая женщина смотрит на меня с него всегда по-разному: то со скорбью, то с откровенной усмешкой, то с манящей улыбкой, то с безразличием. Сначала я хотел его забрать с собой, но потом подумал, что тем самым лишу дом души. Теперь вы здесь вживую, другая, но вы всё же та женщина "с горящими волосами". Вы изменились, и ваша жизнь тоже, но вы - она.

– Я благодарна вам, сэр Джеймс, за то, что вы возродили этот замок. Он и в самом деле был в плачевном состоянии.

– Прошу вас помнить, что это - теперь мой дом. Я не мог иначе.

– Да, вы правы, сэр Джеймс.

Жаннин было так горько, что стало трудно дышать. Невыносимо больше продолжать этот разговор. Почему она не послушала графа Шатарье? Не доверилась ему и не поехала за ним в его дом? Возможно, её жизнь действительно бы сложилась иначе. Здесь она как узница, связанная по рукам. Зачем она здесь? Как глупо было думать, что англичанин захочет взять её в жёны. Теперь стало совершенно очевидным, что это не входит в его планы. "Боже, как всё это глупо!" - кричало во всё горло её уставшее сердце.
– "Какая нелепость быть здесь!"

– Я вижу, что утомил вас, леди Адель. Большое спасибо за вашу компанию и разговор со мной, - он быстро поднялся со своего места и подошёл к Жаннин. Она тоже попыталась поспешно встать, но он остановил её и усадил обратно, взяв её ладонь в свои руки:

– Не спешите, вам нужно хорошо есть и поправляться. Вы очень бледны и слабы. Надеюсь, я ничем не расстроил вас?

Жаннин еле сдерживала стон отчаяния. Ей хотелось кричать во всё горло. Но она выдавила из себя улыбку и, всё же встав на миг, присела в книксене. Англичанин быстро удалился, оставив женщину одну за столом. В глазах её застыли слёзы, но она держалась. И только, когда его громкие шаги стихли в коридоре, она взяла в руки своё пустое блюдо и с силой швырнула его в стену. Блюдо со свистом пролетело через комнату и с грохотом врезалось в камень, оставив глубокий след. Блюдо скатилось на пол, громко крутясь и издавая звонкий металлический звук, и, наконец, затихло.

Через мгновение в комнату вбежал охранник, который теперь снова сидел под её дверью и испуганно уставился на погнутое блюдо, затем на стоящую возле стола женщину.

– С вами всё в порядке, госпожа?

– Да, в полном. Мне уже полегчало.

* * *

Старая Бэт несла в связанной небольшой котомке ещё неостывшую еду: блинчики, овощи и кувшин молока для Бертрана и показавшегося очень странным спутника Жаннин Франсуа. Бэт насколько могла осторожно шла по коридору, боясь, что её выследят. Жаннин права, от них нужно избавиться, они здесь всё равно ничем не помогут. И Бэт понимала, что снова уходить и скитаться неизвестно где, тоже не выход для её уставшей госпожи, да ещё и с таким бременем. Бэт вздохнула, поправляя чепец на голове и рассуждая про себя по дороге: 'Если бы англичанин взял её в жены... тогда, наверное, стало бы проще. Но Жаннин упряма, и что на уме у нынешнего хозяина тоже никто не может знать. А хотелось бы...'

Наконец, она оказалась перед нужной дверью и, убедившись, что слежки за ней нет, быстро проникла внутрь маленькой комнатки. Перед женщиной сразу же возник Бертран, осунувшийся и ещё сильнее поседевший за последние дни. Его угнетала беспомощность.

– Где второй?
– прошептала Бэт, плотно закрывая за собой дверь и быстро проходя внутрь комнаты.

– Не знаю, я немного задремал, а когда проснулся, его уже не было.

– Не дело это - шататься по замку в такое время. Поймают - повесят и разбираться не станут, - проворчала Бэт, присаживаясь рядом с понурым Бертраном.
– Что с тобой происходит? Ты стал другим, придя сюда...

– Я подставил Адель, подложив её сначала под одного, теперь подкладываю под другого. Она мне как дочь, а я ничего не могу поделать. Пойти к нему ночью и свернуть ему шею, Бэт? Что мне сделать?

Бэт усмехнулась, затем вздохнув, взглянула на своего собеседника. В свете тусклой свечи, его лицо выглядело ещё более усталым и постаревшим.

– Какая глупость, свернёшь шею одному, обязательно появится другой. Если она хочет остаться здесь и жить как хозяйка, придётся идти на жертвы и хитрить. Она должна женить англичанина на себе. Я не думаю, что это так трудно. Она молода и красива!