Чтение онлайн

— Не велено…

— Кем не велено?! О, чует мое сердце недоброе! Где он, говори!

— На поле он. В пяти верстах была вчера битва.

— Зачем Егор туда поехал?

Фрол замолчал и ничего больше не сказал.

— Таак, опять что-то задумал. Собирайся, найди коней. Едем.

— Там опасно! Сброд всякий! Матушка Анастасия Тимофеева, не надо!

— Мы едем!

На поле пахло железом, кровью и смертью. Летали с гарканьем вороны, слышались стоны раненых. От всего этого выворачивало желудок наизнанку. Настя порадовалась, что в беспокойстве за сына не позавтракала. Да, бывала она на поле битвы и после сражения. Но такое! И что делает здесь ее сын? Раненым решил помочь? Настя с Фролом спешились и вели коней под уздцы, ехать по полю было невозможно. Подол ее дорожного плаща и платья пропитался кровью и жидкой грязью. Настя глазами искала сына.

По равнине, усыпанной телами людей и коней, слонялись в основном мужики разбойного вида, женщин было мало. Настя заметно выделялась, привлекала любопытные взгляды. Фрол поёжился: «Ох, жди беды!». Они прошли уже далеко, когда Настю привлекла собравшееся толпа людей. Громко споря, ругаясь непотребно, выясняли, то ли делили что-то как попало одетые мужики. «Без Егора с Алексисом там явно не обошлось!» — Подумала Настя, подошла ближе. Сына в толпе не было. Настя протиснулась к центру. Внутри толпы, возле поверженного коня, лежал без движения воин. Богатые доспехи его, украшенные золотой вязью с драконами, стали предметом спора, переходящим, похоже, в драку.

Начался бой, двое сцепились на кулаках, но главный стоял поодаль, смотрел, чем дело кончится. Настя не обращала на них внимания, она присмотрелась к раненому. Рисунок доспеха показался ей знакомым, сердце бешено колотилась. «Нет!.. Нет, не может быть!» Она упала на колени рядом с ним.

— Ногай?! Ногай! — звала она. Он не откликался. Лицо его было перепачкано грязью и кровью. «Может, не он?» Настя достала из рукава платок, начала оттирать у лежащего на земле щеки, лоб, нос, глаза. Платок пропитался кровью, палец провалился в рану.

Ногай застонал. Пальцы Насти задрожали, девушка одернула платок. Рана была ужасна, вместо глаза было кровавое месиво. Ее замутило, казалось, живот потянулся к горлу. Настя стиснула зубы, тихо выдохнула, сглотнула.

— Ногай, — позвала его она.

— Смотрите-ка, он еще живой! — Бородатый мужик, похоже, победивший в драке, ухмыльнулся и достал кинжал. Настя среагировала мгновенно, схватив валявшийся рядом меч, направила в сторону подошедшего.

— Только тронь его! И это будет последнее, что ты сделаешь!

— Госпожа, не надо! Давайте уйдем! — потянул ее Фрол за рукав, но Настя словно не слышала.

— Какая грозная! Уже боюсь! — съехидничал мародер, сверкнув щербатым ртом, но кинжал убрал. Толпа мужиков с интересом обратила внимание на Настю.

— Ой, мужики, гляди-то как! Будто пятерых живьем проглотила, да шестым поперхнулась, а Зацепа? — Толпа заржала, радуясь намечающемуся представлению. Рослый бородач, названый Зацепой, хмыкнул. Настя поняла, кто из них главный, опустила меч и обратилась к нему:

— Отдай мне воина! Доспехи можешь себе забрать! Мне нужен только он!

— И пошто тебе этот, — Зацепа склонился над Ногаем. — Кусок мяса! А? — Распрямился, сделал неприличный жест бедрами в сторону Насти. — Я-то тебе, красава, поболее сгожусь! — В толпе опять раздался дружный хохот.

— Ты это, если где свербит, то почешись! — Зло ответила Настя. — А честную мужнину жену, речами своими охальными не смущай!

— А коли ты замужняя на кой ляд он тебе сдался?!

— Не твоя забота! Отдай!

— А кто тебе, голуба, сказал, что я тебе его отдам? Моя он пожива! Весь! И доспех, и он сам. Я, может, из черепушки его себе кубок сделаю? А?! — Снова заигрывая с толпой, подмигнул Зацепа. Толпа одобрительно загалдела.

— Кубок? Больше провозишься! Да и не победил ты его в честном бою! Не докажешь…я сражусь за него! Как и все! — Настя махнула в руке мечом, призывая супротивника к бою.

— Я с бабами не дерусь! Я с ними только люблюсь! Может, ты за него меня отлюбишь?!

В толпе опять засмеялись.

— Проиграть бабе боишься?

— А коли выиграю? Велика ли мне честь от такой победы?!

— Я за него заплачу!

— О, вот! Вот, уже пошел меж нас сюрьёзный разговор.

— Золотой плачу!

— Золотой — это хорошо, но маловато! Не, любава-красава, колечко хочу, что на пальце у тебя, с камушком красненьким. — Настя закрыла глаза, тяжело вздохнула. Не сняла, дуреха, забыла! Ивана подарок. Даже в трудную, голодную годину не заложила. Жалко было. Как память жалко. Но здесь уже не поторгуешься, она выдала себя, свой интерес, и за меньшее не отдаст он ей Ногая.

— Идет, — кивнула она. — Но доспехи я сниму с него сама.

— Ну и вкусы у тебя, красава. На кусок мяса позарилась! Что, голым не терпится узреть?

— Оставь пошлые речи. Боюсь, как бы хуже ему не сделали, раны не растревожили.

Настя с помощью Фрола, осторожно, со знанием дела, отстегнула пластины доспехов. Кольчугу ей Фрол помогал снимать, приподнимая осторожно ордынца за плечи.

— И перчатки, перчатки сними! Не забудь. — Снова влез главарь. Настя потянула перчатки, блеснул на руке Ногая перстень с зеленым камнем. Она поспешно закрыла его ладонью, незаметно сняла и спрятала в рукав. Отдала перчатки.

— Хороши перчатки, тонкая работа. Думала, забуду? Ишь, хитрая лиса!

Ногая, оставшегося в пропитавшейся кровью рубашке, Настя накрыла своим плащом. Положила под голову платок. Толпа заскучала, люди стали расходиться по полю. Настя отправила Фрола в деревню за телегой, сама осталась ждать.

Зацепа с парой своих людей, отошедший было в сторону, с интересом поглядывал на видную одиноко сидящую Настю. Говорил что-то сальное рядом стоящим мужикам. Те посмеивались, смотря на женщину. Мысли в голове главаря мародеров роились не добрые. Он уже решился, но тут на горизонте появились люди с носилками, гружеными доспехами.

Настя узнала слуг и сына. Ей стало больно. Кем сын вырос?! Как не гнула она его, все без толку! Все мимо прошло! Не ожидала такого от Егора! Так низко пасть! Да и про отца явно наплел! Мать обманул! Окаянный!

— И не стыдно тебе, Егорка, людей-то обирать! — громко крикнула Настя. Егор повернулся на знакомый голос.

— Матушка, — растерялся он от неожиданности. — Ты почему здесь?

— Да им-то, мертвым, не все ли равно! — влез Алексис.

— Ты-то молчи! Наверняка, без тебя не обошлось! Все твоему отцу скажу! Вываливай все! Будем раненых с поля выносить!