Чтение онлайн

— Можешь пока что организовать своих архаровцев, чтобы они как-то упорядочили наше добро?

— Без проблем. Дам программу, чтобы пока что складывали всё в вещмешки. Есть тут пачка на складе.

Перед выходом я схватил большую жареную ногу и, обнюхав, обнаружил, что она уже имеет странный аромат.

— Может, что-нибудь похавать найдём заодно, — предположил я, всё же откусывая кусок мяса.

— Ага. Надейся, — усмехнулся Афеллио и поднял ногу для того, чтобы сделать шаг по коридору, но не удержал равновесия и завалился на спину.

— Осторожно. Эссенцию не помни, — усмехнулся я и лёгким движением руки поставил лежачий доспех в вертикальное положение.

Выход из дворца найти оказалось несложно. Планировка здесь была на удивление простая, и вскоре мы поняли почему.

Когда я открыл массивные ворота, перед нами распростёрся город, окружавший чёрную пирамиду, из которой мы собственно и вышли.

— А. Теперь всё ясно, — понял я. — Эдик свой дворец оборудовал прямо в Чёрном Храме.

— Ну в целом где ему ещё обитать, если стремишься к божественному статусу? — развёл руками Афеллио. — Только я так понимаю, мы сейчас по второй пирамиде. Та, которая принадлежит никассам.

Я кивнул:

— Похоже на то. К тому же, если верить фотографиям, что мы видели внизу, то город этот явно не зендарский.

Спустившись на его улицы, мы в этом убедились. Архитектура никасс была какой-то формой постройки средневекового поселения, но с применением современных принципов Земли. То есть, повсюду превалировал камень и дерево, но построены из них были многоэтажные, вплоть до четырёх этажей здания с черепичными красными крышами. Каких-то нечистот или мусора на улицах не наблюдалось. Всё было чисто и довольно цивилизованно. Будто приехал в какой-то старый европейский город.

Но то, что это город никасс, мы догадались именно потому, что тут и там лежали трупы этих самых никасс. Все они умерли внезапно и одномоментно. Причём во время этого все они были заняты каким-то делом. Что-то строили, таскали грузы. Да даже бездельничающих детей я не заметил. Они тоже делали работу, с которой могли справиться их слабые тела.

Глядя на этот мёртвый город, у меня внутри всё засвербело, и я обречённо покачал головой:

— Я снова уничтожил целый мир.

— Не преувеличивай, — возразил мне Афеллио. — Эти существа уже не были живыми. Они были лишь марионетками той твари. По сути, в этом мире жил лишь он.

— Ты прав, — согласился я.

Но всё равно, глядя на валяющиеся, словно тряпки, мёртвые тела, я заметил внутри себя странные чувства. Точнее наоборот. Меня тревожило то, что я не испытываю того, что должен испытывать при виде такой картины нормальный человек. Никакого ужаса, никакого сожаления, никакой жалости. Хотя нет. Где-то в глубине души они были. Но вбитое бесконечной борьбой за жизнь понимание того, что мы на самом деле живём в крайне жестокой вселенной, заставляло меня смотреть на подобные ужасы равнодушно.

Тогда же, откуда это давящее изнутри чувство? Я прекрасно понимал, что не я виновен в смерти этого мира. Да даже в гибели Эбиса было моей вины не больше, чем вины в мече, убивающем на войне. Я всего лишь играл свою роль, отведённую теми силами, бороться с которыми не дано ни одному живому существу. Но был человек, который показал мне, что милосердие — это не пустое слово. Что нужно оставаться человеком в любых условиях.

Мои размышления прервал Афеллио внезапным вопросом:

— Ну и куда дальше?

— Ты у меня спрашиваешь? — изумился я.

— А ты видишь тут кого-то ещё?

Тут я застыл, глядя вдаль, где мощёная камнем улица упиралась в большую площадь с монументом посредине.

— Э-э… Ну, вообще-то, вижу, — ответил я, указывая пальцем вдаль.

Афеллио проследил в том направлении, и мы оба застыли, наблюдая, как под величественной статуей какого-то никасса копошится чья-то гуманоидная фигура.

Мы с доспехом переглянулись, и оба молча пожали плечами. Также молча мы двинулись к неизвестному и, немного сократив расстояние, поняли, кто это выжил в этом мёртвом мире.

Маг в балахоне как будто и не обратил на нас внимания. Он так увлечённо занимался расписыванием земли и постамента статуи, что нам удалось подойти едва ли не вплотную. И даже тогда он не отвлёкся от своего занятия.

Скрестив руки на груди, я наблюдал за действиями мага, пока мне это не надоело, и я не задал вопрос Афеллио:

— Ты понимаешь, что он вообще делает?

— Похоже, что готовит портал.

Я изумлённо приподнял брови:

— Серьёзно?

— Ага. Я узнаю некоторые руны. Они определённо используются только в порталистике. Вот только…

— Вот только что?

— А то, что многие из этих знаков мне неизвестны. На первый взгляд. Но такое чувство, будто они мне знакомы, но я их забыл.

— Ты способен что-то забыть?

— Я же говорил. Объём моей памяти ограничен. Поэтому иногда я стираю некоторую информацию.

— Надо тебе флешку поменять, — усмехнулся я.

Афеллио хотел что-то съязвить в ответ, но внезапно доселе не обращавший на нас внимания маг резко выпрямился и повернулся в нашу сторону.

Мы тупо на него уставились и замолчали в ожидании дальнейших его действий.

Маг поднял правую руку и щёлкнул пальцами. Тут же рядом с ним открылось небольшое окно портала, и он сделал приглашающий жест.

Я окинул мага скептическим взглядом и нахмурился:

— Ага. Ща-а-аз. Прыгать в неизвестный портал, неизвестно куда, неизвестно зачем и самое главное, неизвестно кем сотворённый.

Афеллио скопировал мою позу со скрещёнными на груди руками и начал подпевать:

— Вот именно, мистер! Мы благодарны за вашу прошлую помощь, но всё это начинает попахивать подставой.

Неизвестный застыл на несколько секунд, будто размышляя над чем-то. Но вскоре он уверенно подошёл к носителю Афеллио и положил на него ладони, прежде чем жезл успел хоть как-то возмутиться.

Когда Афеллио застыл, не говоря ни слова, я уже хотел было напасть на мага. И уже даже занёс кулак для удара, но внезапно латная перчатка доспеха поднялась в останавливающем жесте, и Афеллио воскликнул:

— Постой!

Я опустил кулак и немного расслабился. Но всё же уточнил:

— С тобой всё нормально?