Чтение онлайн

Бутыль в плесени и паутине принес из подвалов сам хозяин.

– Мэтр Окшотт! Вы нашли эту бутылку на помойке?

– Это местная традиция, приносить грязную бутылку из подвала!
– в двери стоял незнакомый мне дворянин примерно моих лет. Лицо чисто выбрито. Волосы его цвета воронового крыла были коротко подстрижены, на голове берет с пером, заколотый брошью с драгоценными камнями.

Зеленый камзол с красными полосами и такого же цвета короткие штаны, открывавшие его стройные ноги, обтянутые белоснежными чулками. В разрезах камзола виднелось белоснежное белье. На ногах короткие сапожки со шпорами. На широком поясе с золотыми медальончиками кинжал в серебряных ножнах и меч-бастард.

Я поднялся из-за стола.

Дворянин, изящным жестом снял, берет и поклонился.

– Честь имею, барон Хэрри Эльсинер!

– Грегори, лорд Холлилоха.

Я предложил гостю кресло и сел напротив. Карие глаза выдавали уроженца юга.

– Прошу простить, Грегори, что я явился без приглашения, но я ваш сосед и признаться, любопытство было невыносимым! Весь город говорит только о вас!

– Хэрри, вы, входя, что то сказали о местной традиции?

– Вот именно! Грязную и пыльную бутылку приносят из подвала, даже не стряхнув паутину, для того чтобы вы убедились в том, что она действительно содержит выдержанное вино! Бутылка-грязь, вино- рубин!
– так говорят в наших краях.

Этой же бутылки не касались, по меньшей мере, лет двадцать - вино наш ровесник!

Вы колеблетесь?! Позвольте мне его откупорить?

– Прошу.

Барон ловко и быстро откупорил бутылку, понюхал пробку, закатив глаза вверх.

– Отменное! Из подвалов монастыря Святой Жильберты?

– Вы правы, сьер барон.
– подал, наконец, голос мэтр Окшотт.

Барон разлил вино по прозрачным стеклянным бокалам, совсем понемногу. Сощурившись, он осмотрел вино на просвет, остался доволен его рубиновым цветом, потом отпил глоток и несколько мгновений гонял вино во рту. Было очень забавно наблюдать за этими манипуляциями.

Наконец вино проглочено. Приоткрыв рот, барон прислушался к своим ощущениям.

– Лучшего не найдете и в подвалах короля! Пробуйте, Грегори!

Я отпил глоток. Вино было не сладким, скорее пресноватым, с легкой кислинкой и неожиданным послевкусьем орехового ядрышка.

– Оно отдает орехом? Я прав?

– Странный ореховый привкус!

– Только на виноградниках монастыря Святой Жильберты выращивают это виноград и заметьте, Грегори, только на южных склонах!

Барон болтал без умолка и вскоре я уже знал о нем массу всяких вещей.

Хэрри был средним сыном барон Эльсинер и его отправили в Конфландию в Вилларский университет. По дворянским традициям старший сын наследует титул и имущество отца, средний получал образование или отправлялся в монастырь, а младший нанимался в услужение крупным зелевладельцам-герцогам или князьям церкви. Старший брат Хэрри погиб на охоте и отец спешно вернул сына из университета и теперь прилагал много усилий, для того чтобы воспитать своего преемника из этого шалопая. На турнир Хэрри явился во главе трех рыцарей и ему был отведен под апартаменты соседний с постоялым двором дом.

В отличие от моих рыцарей Хэрри был поглощен флиртом с любой, попавшейся на пути юбкой и дегустацией вин. Предстоящие на ристалище рыцарские сражения его совершенно не интересовали.

Под его болтовню мы допили бутылку и отправили мэтра Окшотта за второй.

Выпить вторую бутылку нам помешали леди.

Со второго этажа спустилась Адель под руку с Бернадеттой.

Глаза Хэрри заблистали, и он понесся мести пол перед дамами своим роскошным пером и целовать ручки. Я представил его и меня отправили наверх, надевать парадную одежду.

Когда я спустился вниз уже готовый к приему, мои леди с улыбкой до ушей таяли перед Хэрри, который осыпал их комплиментами и бисером лести.

– Грегори, представь себе, Хэрри советует ехать на прием не в седлах, а в его носилках!

– Носилки?

– Это сейчас здесь самый модный способ передвижения. Я заказал себе двухместные и вчера мне их доставили. У меня имеется восемь крепких парней - вы доберетесь до дворца в комфорте, под крышей, укрытые от нескромных взглядов!

– Грегори!

– Пожалуйста, Грегори, позволь нам?!

Леди повисли у меня на руках, строили глазки и ворковали, как голубицы. Им до смерти хотелось проехаться в носилках.

– Барон, в ваших силах осчастливить леди.

– Через несколько минут носилки будут у ваших дверей!

Раскланившись, Хэрри исчез за дверью.

– О, Грегори, закажи нам носилки!

– Может стоит сначала попробовать этот способ передвижения?

Но леди были твердо уверены, что носилки - это именно их способ передвижения.

В сопровождении рыцарей и оруженосцев мы вышли на улицу. Слуги с фонарями стояли вдоль мостовой. Уже стемнело. Кони мотали головами и звенели удила.

Хэрри появился из арки ворот соседнего дома в сопровождении своих рыцарей и оруженосцев верхом. Восемь дюжих молодцов в ливреях с гербами рысью принесли носилки. Между двух длинных ручек располагалась кабинка с крышей и мягкими сиденьями на двоих. Покусывая губки, чтобы не пищать от восторга, мои леди разместились в глубине носилок. Слуги подняли носилки. Мы расселись в седла и поехали.

Королевский дворец Гвинденхолла-это, по сути, огромный замок, своим фасадом возвышавшийся в глубине королевской площади. Желтый свет горел во всех высоких окнах. По мощеной площади к подъемному мосту подъезжали приглашенные участники турнира и дамы. Хэрри оказался прав-дамы приезжали в носилках.

Факелы и фонари освещали пеструю толпу рыцарей, дам, оруженосцев, слуг в разноцветных ливреях, коней в попонах с пестрыми гербами.

Но сутолоки и толкотни не было. Помощники герольдов встречали каждого прибывшего гостя и проводили к мосту,где выстроился караул гвардейцев в сияющих стальных полу доспехах с алебардами .По всему мосту стояли солдаты с факелами в руках.

Адель взяла под руку меня. Бернадетта составила пару барону. Наши рыцари оруженосцы следовали за нами. Слуги остались с лошадьми.

Жезлоносец в пышном, раззолоченном костюме стукнул торцом жезла о каменные плиты.

– Лорд и леди Холлилоха!

– Барон Хэрри Эльсинер и баронесса Соммерсби!

Мы вошли в огромный зал для приемов. Тысячи свечей освещали его.

Сотни придворных и приглашенных заполняли это помещение. Гул от сотен одновременно говорящих людей порой заглушал музыку.