Чтение онлайн

Добрались благополучно. Посмеивались над Михаилом Викторовичем, призывавшим к бдительности. Ребята так разошлись, что пришлось их приструнить.

— То, что мы не встречались с предателями, не повод для веселья. Ведь для кого-то из нас такое свидание может оказаться первым и последним. Оружие у них — не хлопушки с конфетти.

Утренний подъем прошел дружно. На рассвете на машинах проскочили по спящим улочкам городка. Кто-то острил: «пятая колонна» спит. Шутника не поддержали. Впереди нас ждал серьезный бой. Ребята выглядели сосредоточенными, подтянутыми. Ответственность перед предстоящей операцией была понятна каждому.

Миновав последние домики городка, выезжаем на ровное плоскогорье, каменистое и холодное. Ветер гонит по земле пыль, похожую на снежную поземку.

Вот и аэродром. Осмотр машин. Уточнение задачи. Разъезд по самолетам. Звонок по телефону с КП. Над аэродромом повисает зеленая ракета — искра на фоне розовой зари.

Взревели моторы. И вот уже две зеленые искры взмывают вверх. Мы взлетаем. Делаю круг над аэродромом, собирая эскадрилью. Отправляемся на место сбора ударной группы. Эскадрильи прибывают к месту вовремя. Принимаем соответствующий боевой порядок. Командир группы Иван Еременко берет курс к линии фронта. На подходе встречаем наших замечательных друзей, чудо-парней, как меж собой мы прозвали ребят из эскадрильи капитана Алонсо. Впрочем, Алонсо уже не капитан. В конце сентября ему присвоили звание майора. Проходя над группой Р-зет, покачиваю крыльями, приветствую майора Алонсо и его товарищей. В этой операции группу легких бомбардировщиков сопровождает испанская эскадрилья И-15.

Взошло солнце. Оно светит за нашими спинами. Впереди у линии горизонта виден дым разрывов, клубится рыжая пыль. Республиканские войска продолжают наступление.

Перед линией фронта Иван Еременко подает сигнал, и ударная группа истребителей уходит вперед, обгоняя боевые порядки остальных самолетов. Нам надо первыми пройти на территорию противника, чтобы перехватить истребители врага, если таковые появятся, и не допустить их к нашим бомбардировщикам.

Район КП ВВС. Вот и условный знак — стрела. Отлично! Значит, доразведка подтвердила показания итальянского капитана со сбитого нами «фиата». Наша армада отправляется «утюжить» позиции итальянской дивизии «Черные стрелы».

Несколько ниже нас и в стороне, обгоняя группу Р-зет, двигались СБ. Их вел Александр Сенаторов. Средние бомбардировщики прикрывали И-16, которые вел Фернандо Клаудин. Еще ниже нас истребители прикрытия наземных войск — эскадрилья И-16 Григория Плещенко и эскадрилья И-15 Анатолия Серова. Что и говорить, мощный кулак, надежное прикрытие.

Бомбардировщики Александра Сенаторова первыми оказались над районом расположения «Черных стрел». Они обрушивают на итальянцев бомбы и вместе с истребителями прикрытия отходят на нашу территорию. Следом за СБ ложатся на боевой курс самолеты Алонсо. Испанские товарищи прекрасно выполнили боевую задачу. На земле — паника. Но небо, где только что прошли СБ и Р-зет, пестрит разбросанными клоками ваты. Это разрывы зенитных снарядов. Сбили кого-то из наших? Трудно пока сказать. Наблюдаем за подходами к месту боевой работы наших товарищей и за воздушным пространством, чтобы не просмотреть истребители противника. Но по-моему, все обошлось благополучно. Провожаем взглядом уходящие на свою территорию бомбардировщики. Наша миссия выполнена.

Сигнал Ивана Еременко. Начинаем разворот к линии фронта. Направляемся на поддержку нашим истребителям, прикрывающим войска. За командиром ударной группы разворачиваются эскадрильи Девотченко и Сарауса. Мы пока продолжаем патрулирование, пропуская наши эскадрильи. Небо чисто от неприятельских самолетов. Пора уходить и нам. Последний раз окидываю взглядом воздушное пространство. Только собрался начать разворот, вдруг замечаю в синем небе черные черточки. Насчитываю четыре девятки бомбардировщиков и две девятки истребителей противника. Они идут к линии фронта. Вот еще впереди и выше группа истребителей. Эскадрильи две-три. Не меньше.

Ничего себе подарочек!

Впереди идут чистильщики, их задача — отогнать нас, чтобы не мешали ударной группе бомбардировщиков сбросить свой груз на наступающие республиканские войска. Это их ударная группа. А основной бомбовый удар, который должна нанести армада бомбардировщиков, должен был обеспечить успешное контрнаступление «Черных стрел». Несмотря на то что по дивизии «Черные стрелы» уже отработали наши СБ и Р-зет, однако остановить начавшуюся военную операцию было так же невозможно, как сорвавшуюся с гор снежную лавину.

Убеждаюсь, что чистильщики не замечают нас. Ведь мы находимся по отношению к ним со стороны солнца. Оно слепит противника. Прервав разворот и поднабрав высоты, пропускаю девятку бомбардировщиков под собой и бросаюсь в атаку. Панфилов и Ильин атакуют истребители прикрытия. За ними еще две пары связывают «фиаты» боем.

Больше пока я ничего не вижу. Глаза не отрываются от прицела. Улавливаю ведущий самолет эскадрильи бомбардировщиков. С дистанции метров 300 даю очередь. Меня поддерживает Соколов. Нити трассирующих пуль, поблескивая, впиваются во вражескую машину. Выход из атаки. Но свою цель я не выпускаю из поля зрения. Бомбардировщик с большим креном уходит под строй. Он пытается вывести самолет из пике и крена — не удается. Бомбардировщик резко идет вниз. Экипаж выбрасывается на парашютах. В небе раскрываются четыре белых купола. Атака увенчалась успехом. Машина с полной бомбовой нагрузкой взрывается где-то в расположении своих частей. Может быть, в том же районе сосредоточения «Черных стрел».

Оглядываю поле боя. Женя Соборнов и Жора Шубин расправляются с правым звеном ведущей девятки. Их атаки не так удачны. Звено противника рассыпается, но и одиночными самолетами они продолжают идти прежним курсом. Дружная пара Соборнов — Шубин не оставляет их в покое. Они атакуют самолеты врага с разных сторон. Наконец неприятель не выдерживает. Побросав бомбы, не доходя до цели, бомбардировщики уходят на запад. У Соборнова хватает выдержки, он не преследует противника. Ведь цель — не количество сбитых машин врага. Нам нужно ликвидировать угрозу бомбардировки участка фронта, на котором наступают республиканцы.

И хотя после наших атак девятка противника рассыпалась — одна машина сбита, три уходят, — пятерка бомбардировщиков продолжает движение к цели. Упорные, черти.

При выходе из очередной атаки ищу Смолякова. А он с ведомым обрабатывает замыкающую девятку. И в той девятке ведущий пошел вниз. Потом вижу белые купола парашютов. Очень хорошо! Правда, остальные машины эскадрильи разомкнутым строем все-таки шли к цели. Стрелки бомбардировщиков не прекращают огонь. Трудно разобраться, глядя против солнца, что предпринял командир группы Еременко. Вот и они. Развернувшись, эскадрилья Девотченко обрушилась на девятки бомбардировщиков противника, оказавшихся меж двух огней: головную девятку атаковали мы, а хвостовую — Смоляков.

Рассказывать о воздушном бое не менее сложно, чем вести репортаж о футбольном матче. Ведь гол бывает забит в результате активных действий всей команды, даже если она играет на «звезду». В воздушном бою так же ярко проявляется и коллективизм летчиков, и их личное мастерство.

Уловить ситуацию на поле боя искусный командир обязан очень быстро. Оценить ее нужно в считанные секунды.

С начала нашей атаки головной эскадрильи врага прошло не более чем полминуты. Только тогда нас атаковали истребители ударной группы противника. Но приблизиться к нам им не позволили. По пути их перехватили «москас» Сарауса. Однако противник превосходил нас, по крайней мере, вдвое. Нескольким истребителям удалось прорваться к своим бомбардировщикам. Теперь они атакуют нас и эскадрилью Девотченко, стараясь связать обе наши группы боем и не дать в обиду подопечные бомбардировщики. А они продолжали идти к цели — позициям республиканцев.

Схватка приняла общий характер. Наши истребители бились одновременно с истребителями противника ударной и прикрывающих групп и в то же время атаковывали бомбардировщиков. Подошла и вступила в бой с бомбардировщиками эскадрилья Плещенко, прикрывавшая наземные войска.

Это была очень острая схватка в небе. Разобраться в ее перипетиях мог человек, знающий, что такое броуново движение. Подобно тому, как только физик может объяснить столкновение взвешенных в воде частиц, так лишь опытный авиатор может обрисовать сложные эпизоды разыгравшегося воздушного сражения.