Чтение онлайн

Проделав достаточную брешь, сквозь завал протискивались големы, один, другой, третий. Механойды двигались очень медленно, ускоряться не умели, стрелковым оружием не располагали. Но их прочность и подобные киркам кастеты, венчающие толстые манипуляторы, внушали уважение.

Казалось бы, вот сейчас надо бросить в атаку минотавра, чтобы он встретил вражеские консервы в узком месте и превратил их в металлолом. Но баллисту враги держат наготове. Выходить в туннель и бежать два десятка метров, навстречу заряженному неприятельскому орудию, в то время как механойдам достаточно сделать шаг в сторону, открыв сектор обстрела мне бы не хотелось. Риски считать жизнь научила. Слишком велик шанс сгинуть без толку. Даже если удастся завалить голема, другого, разменивать на них минотавра недопустимо. Даже, если мы все ворвёмся в туннель, а баллиста чудом промажет и начнётся свалка лоб в лоб, чего орки и добиваются, их же на порядок больше. То, что сквозь бруствер можно свободно пройти в одном месте, не значит, что нельзя бить через полуразрушенную амбразуру рядом. С орколорда станется, перезаряжать орудие и стрелять сквозь своих сражающихся товарищей.

На нас неспешно надвигалась бронзовая стенка големов. Арбалетчик, наконец-то попал, выбив бронзовому бойцу стеклянное око. Посыпались на пол осколки, но шагать размеренно вперёд механойд не перестал. Тем временем за образовавшейся бронзовой стенкой, скапливались орки лучники и керны в чёрном, нанятые где-то врагом.

— Отступаем, — приказал я

Ближе всех к врагу, за колонной спрятался последний керн Штурма, по имени Тишин. Этот гном особо ловко швырял франциски. Собственно теперь он единственный среди нас, кто обладает таким талантом, ведь своих новых кернов я переквалифицировал на 'Бой щитом'. Тишину, в надежде на его сольное выступление, выдали двойной запас метательных топориков, собранных с павших соратников.

Перезарядив арбалеты, гномы поспешили к туннелю на верхний план. Видя, что мы бежим и нас мало, враги устремились в погоню, протискиваясь сквозь неторопливых големов.

Выскочивший из-за колонны Рой, снайперским выстрелом завалил неприятельского гнома. Атакующие первыми керны в чёрном, быстро сбили строй, укрывшись щитами и ускорились, стремясь добраться до героя в алом хитине на бросок франциски. Орки лучники стреляли на ходу, и виртуозно мазали.

Тут-то, неожиданно для всех, сбоку выскочил Тишин, принявшись метать топоры, по два за раз, используя обе руки. Нападение справа, на тех, кто носит щит в левой руке, позволяет поразить незащищённый бок. Шесть франциск пропели свои песни, неся смерть, раны и сумятицу вражеским кернам — наймитам.

— Арбалетчики стой и пли, — крикнул я.

Замешкавшихся врагов попотчевали три стальных болта, тем временем, наш героический метатель топориков, бежал, скрываясь за колоннами.

— Секирыч! — заорал я, жалея, что исключил телёнка из регулярной армии и тем самым от ауры 'Боевого единства'.

Минотавр выскочил молча, с разбега ударил врагам во фланг. Взмахи секирой снесли несколько голов. Чёрные шлемы кернов покатились по каменному полу. Вражеские лучники в страхе разбегались.

— Секирыч! Отваливай, отступаем! — продолжал орать я.

Из туннеля нескончаемым потоком спешили урукхаи с копьями или палицами. Выжившие керны, опомнившись, швыряли в упор топорики. Достань они телёнка по незащищённым ногам, и я потеряю телохранителя. Вняв моим призывам, дисциплинированный минотавр спешил за нами, лавируя среди колон. Франциски с искрами отлетали от бронзовой кирасы, та, что угодила в пехотную юбку, оставила глубокий шрам на ляжке.

Отступить к деревянной баррикаде, что сложили ушедшие пионеры в середине туннеля, ведущего на верхний план, удалось без необратимых потерь. Кого-то, крепко залепило чёрной стрелой, но санитарка и Плюх, своевременно уволокли того с поля боя. Продолжать погоню враги не спешили, лишь несколько чёрных кернов блокировали спуск под гору, осторожно выглядывая в проход.

— Есть чем запалить это? — поинтересовался Рой.

— Нет! — опрокидывая шкафчики и кровати, так чтобы перегородили проход, отмахнулся я: — Рассчитывал на Зажигалку.

Оставшийся под горой лепрекон, укрывался рядом с барельефами, высматривал вражеского вождя и транслировал нам картинку. Несколько раз его чуть не затоптали хаотично мечущиеся орки, которые с воплями ликования разбегались по твердыне. Часть ломилась в кельи пионеров. В резиденции басовито ухнул огненный фугас.

Вражеский вождь, въехав в подгорные залы на могучем варге, принялся криками и пинками наводить порядок. Орки лучники затеяли с нами перестрелку. Им приходилось выскакивать в полный рост, в то время как гномы стреляли из-за дубовой мебели. Потеряв нескольких, враги успокоились.

Мы переводили дух, держа арбалеты наготове, пока главный враг хозяйничал в резиденции. Наконец-то размен вышел в нашу пользу, одна жизнь против двух десятков, а может и более.

Лепрекон, продолжая спамить казну монетами, транслировал картинку из твердыни, пересчитывая врагов. Те лечили раны, подкреплялись, поедая труппы павших, ломали гномье имущество. Орколорд назначил себе героев: оставшихся всадников на варгах, шамана и доспешных урукхаев с избытком оружия. Это можно понять по тому, как враги развлекались с селектором, громко крича вслух невидимому собеседнику. Видимо, где-то к нему присоединились 'орки штурмовики', аналог гномьих кернов. Монет у врага было достаточно, зелёных орков мы больше не видели, только урукхаев. В кельи пионеров заселялись зашуганные орчанки с детишками. Штурма, вернее некий обрубок плотно замотанной мумии, в коем по карте я опознал ударного тана, затащили на центральный проспект твердыни, живописно свесив с балкона резиденции, словно памятник своему злодейству. Птицы рух, коих ожидаемо, оказалось две, влетели в подземелье и, усевшись на перила балкона странно каркали. Иногда слетая, чтобы поклевать Штурма в открытые места. Орколорд снова закатил беседу с очнувшимся, пленённым героем, на предмет, что хватит страдать, пора переходить на правильную сторону 'добра и света'. Джо никак не мог помочь Штурму, оставалось только наблюдать, не забывая пополнять казну ржавеющим золотом.

— Тан, мы оставили твердыню, уложив пятую часть орков. Ещё пару раз также, и дадим генеральное сражение. К ночи вернём замок! Держись! — ободрил я Штурма, тот сипло засмеялся в лицо орку, тут же закашлявшись собственной кровью.

Наконец, вспомнили про нас. По главному проспекту твердыни побрели големы, волоча свой щит и подкатывая баллисту. Расчётом орудия оказалось несколько вражеских пионеров. Вдоль колонн, урукхаи выстраивались в штурмовую колонну.

— Уходим! — понял я, что ловить без молниемёта тут больше нечего.

Мастер Плюх нашарил в своей котомке огниво. Мы всё-таки подожгли баррикаду, поспешив к мосту тролля.

Глава 16 Стояние на реке 'Угре'.

Мороз и Солнце, день действительно чудесный. Свежий воздух бодрил, снег весело скрипел. Оглянулся, у выхода из твердыни уже маячили чёрные силуэты. Выехал вражеский вождь, издав торжествующий вопль и раскинув руки. Радовался, видать, новому, нежданно свалившимся миру, который можно покорить.

Цепляться за выход из горы мы не стали. Только теперь я понял, что, возможно, допустил просчёт. Вон там, повыше над провалом туннеля можно устроить насест для нескольких бойцов, что швыряли бы камни на головы выбегающих орков. Подняться по покрытой льдом, практически отвесной стене, сложно, пришлось бы делать лестницы. Гора, образующая твердыню, не терроморфируема, но тонкий, слой каменной облицовки снять позволительно. Пожалуй, лучший вариант, просить Зажигалку растопить лёд, а Цифру 'намагичить' ступени. Однако, работа, вышла бы тяжелее, чем сложить бруствер из камней и установить пару фугасов. Потому, не стоит печалиться, ресурсов на оное не имелось.

Разумеется можно бы, встать рядом со входом и бить выбегающих орков. Но туннель простреливает баллиста, супостатов значительно больше и размен даже три к одному не выгоден. Потому решил уходить за мост, где закрепиться в ожидании возвращения молниемёта.

'Мы отважны, но рисковать понапрасну вредно' — вольно интерпретировал мудрость эллинов.

Несколько варгов разъехались далеко в стороны, заходя по широкой дуге и стараясь отрезать нас от моста. Опередивших нас санитарку и керна, что волокли Зажигалку, действительно могли догнать. Впрочем, до переправы тут, если не в пургу, минут двадцать бодрым шагом. Не стоит недооценивать скорость Секирыча и дальность блочного лука. Меткий Рой, завалил самого наглого варга, чей наездник собрался приветить нас чёрной стрелой. Прочие шустрые преследователи предпочли держаться на уважительном расстоянии. Но колонна пеших орков упрямо шла по пятам.

Взлетевшие в высокое синее небо птицы рух, двигались аккуратной двойкой, не меняя дистанции. Эти манёвры заметно отличалось от типичного поведения глупых птиц.

— Наверняка одну из птиц, орк назначил героем, — заявил Рой, оценивая дистанцию: — Пусть поближе подлетят, тогда сниму.

— Да им холодно! — воскликнул Плюх.

Птицы атаковать не спешили, кружа в недоступном для точных выстрелов отдалении и 'пробуя воздух'. Стрелять наудачу Рой не желал, экономя стрелы. Что-то в полётах бронзовых пернатых не заладилось. Птицы тяжело сели, направившись вразвалочку, словно пухлые, рыжие наседки, к туннелю. Не для всякой фауны благотворна зима.