Чтение онлайн

Звучало до оскомины логично. Типа всё, что мы можем – это бежать, теряя тапки, и надеяться, что сил хватит до темноты. Короче – скучно. И муторно.

– Вот-вот, беги и не выёживайся, – прокомментировал Витя.

Короче, все решили изо всех сил надавить на моё чувство противоречия. Ну, я и не выдержал, тем более, мы как раз пробегали мимо какого-то дерева одинокого. Тут такие встречались, время от времени, кривоватые и невысокие, но мне пофиг, я на него не лезть собирался. И жабы не вот прям толпой скакали. Вытянулись в линию, то ли по рангу, то ли по ещё каким-то признакам. Может, по выносливости просто? Мы когда мимо дерева пробегали, я приотстал чуть-чуть. Ну, типа нравится эльфам бегать – пожалуйста, пущай бегают. А я щас тут всем покажу, как поступают настоящие ловкие Дуси, любимцы женщин.

Жабы моему маневру обрадовались. Настолько искренне, мне показалось, что я даже увидел улыбки, озарившие их бугристые серые морды. Им, беднягам, тоже было очень скучно вот так-то монотонно скакать неизвестно куда. Можно сказать, сменили одно монотонное прыганье, на другое. Уже, бедолаги, настраивались на очередную долгую прыготню, а тут раз – и жертва остановилась. Поневоле проникнешься к ней искренней, горячей благодарностью. Мне аж приятно стало – люблю, когда меня благодарят.

Та, вырвавшаяся вперёд пострадавшая, которой я засадил в шкуру несколько пуль, кажется, ещё немного ускорилась. В стороны из морды полетели клочья слюней. Ну тут да, я понимаю. Сам от себя в восторге, так бы и съел, не удивительно, что у неё слюни текут.

– Извини, подруга, – пробормотал я тихонько. – У нас с тобой слишком разные весовые категории. И вообще, я предпочитаю дам постройнее.

Вряд ли она меня услышала – слишком большое расстояние. Поэтому энтузиазма не утратила – так и спешила навстречу мне, великолепному. Как-то даже неловко стало – сейчас я её разочарую.

Метров за тридцать жаба, как и в прошлый раз, приостановилась на секунду. Но я-то уже учёный, я уже готов. И когда она выстрелила, я просто отошёл в сторону. А язык влупился в дерево.

Расчёт был на то, что он там застрянет. Ну, он же не зря покрыт липкой слизью? Мы пока бежали, мне опытные товарищи уже сообщили, что эта слизь – один из ценных ингредиентов, которые добывают с этих жаб. Как клей используется, который намертво соединяет любые материалы. А о чём они упомянуть забыли, так это то, что растворяется этот клей секретом, добываемым из железы той же самой жабы.

Так что для неё это оказалось не беда – жаба не дура. Зря я за язык схватился. Я-то хотел его отсечь ножиком – тоже, кстати, как потом выяснилось, дурная идея, потому как языки у них прочные.

В общем, я схватился, а жаба мгновенно отлепилась, и я полетел к ней в пасть, как она и планировала изначально. Чуть руку мне не выдернуло, с такой скоростью этот язык обратно стягивался! Я, конечно, сразу его отпустил – я ж не дебил! Зря меня Витя с Митей так обзывали в этот момент. Вот только скорость уже набрал, ну и высоту… в общем, приземлился я прямо жабе на башку. Распластался по ней, упёрся руками в глаза, которые она на меня недоумённо скосила.

– Извините, – говорю, – ошибочка вышла. Я это, пойду, наверное.

Жаба мне тоже что-то квакнула гневное, хлебальник свой распахнула, да так резко, что я чуть не взлетел. Видно, хотела, чтобы я попал всё-таки в место назначения. Обломалась, жаба, конечно. Я за веки уцепился, так что не взлетел, а потом и вовсе скатился на шею. И, знаете, сидеть на шее у недовольной жабы – это реально страшно! Нет, я понимаю. Никто не любит, когда ему садятся на шею. Но вот так вот брыкаться… можно ж было попросить по человечески! А так я чувствовал себя как кусочек льда в шейкере у бармена. Меня трясло вверх-вниз, вправо-влево, вообще во все возможные стороны. Хорошо, я уцепился за какие-то отверстия в коже, иначе точно бы слетел и был раздавлен. Жабой. Это был бы очень логичный конец. Я слышал, многих жаба задавила…

– Вот не бежалось тебе спокойно! – Митя легко держался на голове у земноводного, и укоризненно помахивал крыльями. И хвостом своим полосатым тоже помахивал, зараза, и совершенно ему не мешало то, что мы, вообще-то, на бешено скачущей жабе находимся, и что с этим делать – непонятно. В какой-то момент мне показалось, что сейчас меня таки раздавит. Думал, эта зараза земноводная догадалась-таки на спину перевернуться – очень уж сильно задралась её морда. А Митя с Витей, гады такие, даже не пытались помогать, только шляпу мне заботливо придерживали, чтобы не слетела. Заботливые они… – Зачем животину обижаешь? Вон она как воет!

Она реально выла! Даже не прерывалась надолго. Я-то сначала подумал, что у меня в ушах гудит, но нет. Это из утробы земноводного доносился жуткий, инфернальный вой, от которого закладывало уши. Я и так-то не понимал, где земля, где небо, перед глазами всё кружилось, так ещё и вой этот.

– Меня… сейчас… стошнит, – пожаловался я.

– А вот поделом тебе! Нечего было лезть, куда не просят! Дусь, мне иногда кажется, что ты только притворяешься, что у тебя мозги есть! А на самом деле всё такой же долбонавт, каким и был всегда, разве что говорить научился.

– Вот вы сейчас вообще не помогаете!

Я тяжко сглотнул в очередной раз подскочивший к горлу желудок, и приподнял на секунду голову. Надо же хоть понимать, что происходит, и куда мы ускакали.

Оказалось, недалеко. Тут же, примерно, и скачем, даже дерево то примечательное на месте, хотя и сбоку почему-то. Но лучше б я глаза не открывал. Оставшиеся шесть жаб окружили нас и теперь обстреливали языками! И, блин, попадали! По жабе попадали, не по мне. Я-то оказался в складке кожной почти полностью, а по башке и рукам они прицелиться не могли, потому что мой скакун продолжал скакать как бешеный.

– А с чего тебе помогать, паршивец ты мелкий! Сам в эту жопу залез, сам из неё и выбирайся.

– Это ж не жопа, вроде, а шея?

– У жабы нет шеи!

Бывает, короче, такие ситуации, в которые ты сам себя загоняешь, и не знаешь, как потом из них выбраться. Духи мои, на самом деле, и не могли особо помочь, поэтому и ворчали. Всё, что мне оставалось – это держаться изо всех сил за дырки на башке моего земноводного, и надеяться, что когда-нибудь они всё-таки устанут.

Я постепенно привык к дикой тряске, а может, она перестала прыгать так высоко. Даже стал различать удары чужих языков – лупили моего скакуна просто нещадно. Сколько времени это бешеное родео продолжалось, даже сказать не могу. Не помню, хоть убей, но по ощущениям примерно вечность. Однако всё когда-нибудь заканчивается, даже она, вечность в смысле. Я вдруг заметил, что меня больше не трясёт. Снова открыл глаза, и увидел неподалёку ещё одну жабу, а на ней – зелёного Логоваза.

– Дусь, объясни мне, – жалобно спросил эльф. – Зачем ты это устроил, а? Тебе что, нравится, когда тебя мучают? Ты этот… мазохист, да? Я думал, сдохну на этой твари!

– Ты-то зачем на неё полез? – изумился я.

– Да мы все полезли. Когда они отвлеклись. Думали, в этом есть какой-то большой, глубокий смысл.

Я осторожно огляделся. Перед глазами всё кружилось до сих пор, но пересчитать количество жаб я сумел. Четыре штуки, по количеству наездников.

– А остальные три куда делись?